Поиск авторов по алфавиту

Автор:Булгаков Сергий, протоиерей

Булгаков С., прот. Проблема «условного бессмертия» (Из введения в эсхатологию). Журнал "Путь" №52

Часть I.

1.

 

Вообще область эсхатологии менее всего отличается движением Богословской мысли. Даже на западе, где, на­чиная с эпохи реформации, Богословие сдвинулось с места и, худо ли хорошо ли, проявляет новую жизнь в разных областях, менее всего это применимо к эсхатоло­гии. Можно скорее говорить здесь об известном эсхатологическом нечувствии, которое проявляется или в традиционном повторении того, что в таком в и д е непо­вторимо, или же в легком принятии безболезненных раз­решений так называемого  универсализма. Преобладают два типа эсхатологического  мышления: уголовный кодекс во всей свирепости, или же благодушная амнистия, являю­щаяся фактическим уклонением от всех трудностей проблемы. Первый: путь все более становится фактической невозможностью в наши дни, ибо утратил свою внутрен­нюю убедительность; второй представляешь собою не прео­доление, но простое отрицание первого  (не говоря уже о серьезных библейских и Богословских его трудностях). Пред лицом обоих типов: средневековой ортодоксии и гуманистического  универсализма, возникает вопрос о воз­можности иного, третьего, пути, который, соединяя преиму­щества, был бы свободен от слабостей обоих, некоего tertium. Таким образом, из отрицания обоих членов эсхатологической дилеммы возникает во второй половине XIX века Богословское учение, именующее себя теорией «условного  бессмертия» или кондиционализма. Оно во всяком случае заслуживает внимания уже потому, что с ра-

3

 

 

­дикальной остротой ставит вопрос о бессмертии и веч­ной жизни, этот предварительный вопрос всякой эсхато­логии. Для одних человек — смертен, как животные, и потому смерть есть некое уничтожение; отсюда с очевид­ностью следует отрицательная эсхатология пустоты. Тако­ва ныне распространенная вера атеистического  неверия (ибо, конечно, и неверие здесь есть лишь разновидность веры по характеру этого вопроса, не допускающего рационально доказуемого  разрешения). Или же человек бессмертен, принадлежит вечности, и эсхатология пытается определить содержание этой вечности. В теории кондиционализма мы имеем еще третью альтернативу: человек не имеет природного  бессмертия, но может получить его или же не получить. Бессмертие обусловлено, оно дается или же не дается в зависимости от определенных условий. Такова постановка эсхатологической проблемы, которую мы имеем в «кондиционализме». Невозможно обойти ее молчанием, с нею отсчитавшись 1).

Теория «кондиционализма» в качестве заметного  тече­ния Богословской мысли появляется во второй половине XIX века, в Европе и в Америке, разумеется, преимуще­ственно, даже почти исключительно, среди протестантских богословов, несвязанных традиционной ортодоксией. Оно насчитывает среди своих сторонников целый ряд видных Богословов и философов (среди последних, например, Ренувье). Руководящими основоположниками здесь являются два протестантских пастора: англичанин Е. White 2) и швейцарец Petavel-Olliff 3), к которым примыкают их многочисленные последователи 4). Сочинения обоих, при известной Богословской примитивности, отли­чаются тем не менее не заурядной силой убеждения, а по-

_____________________

1) В русской Богословской литературе единственное изложение теории кондиционализма попутно дает проф. H. Н. Г л у б о в с к и й. Благовестие aп. Павла, т. I, гл. V, стр. 571-591.

2)         Edward White. Life in Christ (A Study of the Scripture doctrine of the nature of man, the object of the divine incarnation, ant the conditions of human immortality. 3-d ed. London 1878. Французский перевод: Limmortalité condtionnelle ou la vie en Christ. Paris (1880 (цитаты делаются по этому переводу).

3 )        Е. Petavel-Olliff. Le problème de limmortalité. Vol. I-II. Paris 1891-1892.

4 )        Библиография, см. y White, 1. с. (англ.), у Petavel-Olliff, 1. с. Alger. A Critical History of the doctrine of a Future Life. Philadelphia 1864 (исчерпывающая библиография). G. Runze. Immortality в The New Staff. — Herzog Encyclopedia of Religious Knowledge, vol. V. Fulford. Conditional Immortality в Encyclopedia of Religion and Ethics by Hastings, v. III.

4

 

 

тому и убедительности. Они предлагают кондиционализм не только как Богословскую истину, принятие которой указуется откровением, но и как спасительную идею, которая одна лишь способна освободить современное христианство от соблазнительной безответности относительно вечной жизни, ибо от этой безответности страдает и христиан­ская жизнь и в особенности христианская миссия. Согласно теории условного  бессмертия, уделом человечества в веч­ной жизни будет райское блаженство, и этим осуществит­ся пророческое слово апостола, что будет Бог все во всех. Однако, в этом блаженстве примут участие толь­ко праведники, его достойные. Грешники же, до конца противящиеся воле Божьей, умрут, обратившись в ничтоже­ство, не получат удела бессмертия. Такова основная мысль. Обратимся к ее Богословскому обоснованию.

 

2.

Человек создан был в отличие от животных, ко­торые имеют лишь родовую жизнь («по роду» их: Быт. 1, 21, 24-5), имеющим личную ее энергию, которая осуществляется в личном бессмертии Человек не сотворен смертным по естеству, напротив, он имеет воз­можность бессмертия — posse non mori, по сотворению. 5) Это бессмертие свойственно человеческому духу, подобному духам бесплотных. Однако человек отлича­ется от духовного  мира сложностью своего состава, именно он сотворен не как бесплотный дух, хотя и сущий в тварном мире, но пребывающий н а д  этим миром. Он есть дух воплощенный, связанный с миром. Возможность смерти подстерегает эту сложность не со стороны «бессмертия души», но со стороны жизни целого человека, для которого  смерть не есть возвраще­ние в небытие, но некое развоплощение, разрыв с миром, онтологическая катастрофа. Тело отнюдь не есть причина смерти, но, напротив, условие жизни человека, данное ему Богом при творении. Этой сложностью человек отлича­ется одинаково и от бесплотного  мира, не знающего во­площения, и от животного  мира, не имеющего духа, но лишь «душу живу», ту животную душу, которую, вместе с ним, имеет и человек. Эту связь духа и тела, сверхприродно-

___________________

5) Католическая доктрина (см. Scheeben. Handbuch der Dogmatik, В. II, § 165 fg.) считает posse non mori не природным, но сверхприродным, благодатным даром, ибо тело само по себе содержит начало смерти и разложения, — здесь мы имеем отголоски манихеизма и платонизма, а вместе предсказуется путь кондиционализма.

5

 

 

го и природного  бытия, которая дана была при творении, должен был закрепить человек силою своего свободного  и творческого  духа, возведя свое бытие к высшему со­стоянию положительного  бессмертия. Это было связано с определенным его отношением к Богу (что символиче­ски выражено в заповеди невкушения плодов от древа познания добра и зла), как и в определенном положительном отношении к миру (что выражено во вкушении плодов от древа жизни). Изначальное устроение не отлу­чало человека от мира, и мироотреченость не была ни целью, ни основанием бессмертия. Напротив, должная связь с миром, включенная в должную связь с Богом, была необходимым условием жизни человека на пути к поло­жительному завоеванию, non posse mori, хотя мы и не знаем, как бы оно осуществилось. Но произошло грехопадение. Человек потерял неустойчивое онтологическое ра­вновесие сложного  своего существа. В мир вошла смерть, человеческая смерть, которая глубоко отлична от смерти, господствующей в животном мире, при всем внешнем сходстве. Ибо смерть человека не есть смерть в строгом смысле, но онтологический разрыв его единого  существа на два начала, в него входящая. Через смерть че­ловек внешне приравнивается животному миру, кото­рому он не равен, хотя плотской стороной своего суще­ства к нему и принадлежит; он приравнивается и бесплотному миру, к которому он также не принадлежит, хо­тя и сроднен с ним духовной стороной своего существа. Смерть есть не прекращение человеческого  бытия, но ката­строфическое как бы расчеловечение человека, утрата им своей целости.

Кондиционализм отрицает коренное различие, су­ществующее между человеком и животным миром, как по соображениям биологии (здесь мы имеем прямое влияние дарвинизма и вообще биологического  эволюционизма), так и своеобразной экзегетики. Человек сотворен, по нему, «в душу живу», одинаково с животными, и разли­чие между ними есть не качественное, но количественное: че­ловек имеет такую же животную душу, как животные, только обладающую известными свойствами. Именно — язык, да моральное и религиозное чувство отличают чело­века от животных. Таким образом, жизнь одинако­ва для человека и животных, также одинакова и смерть их или смертность. «В Ветхом Завете душа и жизнь (nephesh), приписываемые человеку, часто приписываются и животным». «Мы должны или разделить бессмертие с нашими соседями животного  царства, или же пожертвовать

6

 

 

нашими собственными надеждами и признать себя смерт­ными, как и они».  7). «ОбразБожийвчеловекенеестьнечтоонтологическое, но «тень», l’ombre n’est pas la réali­té, 7) ombre de ressemblance, — l’ombre n’est pas l’identité. 8) «Образ Божий» в Адаме состоял в способности пони­мать и подражать своему Творцу, и таким образом моральным путем возвышаться к бессмертию». 9) Человек не сотворен бессмертным, но он есть «кандидат к бессмертию», бессмертие абсолютное может быть свойственно одному Богу, условное же свойственно человеку. Сила смерти одинакова для человека и животных: это есть уничтожение жизни, разрыва жизненного  единства, разложение полное и окончательное всего природного  комплекса, одно­временное разрушение тела и души, «аннигиляция субстанции», 10) упразднение личности. Влияние платонизма 11) с его учением о бессмертии души, как и «limmortalité incondi­tionnelle etimpiede religionspanthéistes», извратили это пря­мое понимание смерти как полного  уничтожения, несмотря на то, что из 600 случаев упоминания о душе в Библии ни разу не говорится о душе бессмертной 12) (но ни в одном случае не говорится и о смертной). Поэтому и угроза смерти человеку в раю в случае его непослушания озна­чала не какую-либо «духовную смерть», но немедленное и полное уничтожение. «Смерть могла означать и для Адама лишь то, что называлось этим именем в животном царстве». «Изначальная угроза предсказывала неминуемую смерть». 13)

Итак, человеку было дано условное бессмертие. Оно было обусловлено исполнением воли Божьей. Это продол­жение существованья зависело от материальной пищи, вку­шенья плода от «древа жизни», 14) которого  лишен был человек за непослушанье. Человек пал, и следствием этого должна была наступить немедленная смерть, которая

_________________

6) White, 1. c., 19, 89.

7) Petavel-Olliff, 11, 399.

8) Ibid., 440.

9) White, 87.

10) White, 92-3, 100-1, Petavel-Olliff, 1, 97: La suppression totale de tel ou tel individu est une notion qui se laisse très bien concevoir (!). «Бог не говорить Адаму: «твое тело умрет», но «ты умрешь» (103).

11) Petavel-Olliff, 1, 158.

12) Ibid., 1, 163; 11, 147.

13) White, 96, 107.

14)White, 87. Мифологический образ древа жизни здесь истолковывается как природно-магическое средство бессмертия. В этом же смысле сопоставляется с ним и апокалиптическое древо жизни в Новом Иерусалиме. Откр. 22, 2; 27.

7

 

 

тем самым сделала бы невозможным существование человеческого рода, ибо он пресекся бы в родоначальни­ке. Однако этого не последовало: исполнение смертного при­говора было отсрочено. Это произошло силою искупления: «в момент падения началось искупление». 15) «Если бы фа­тальный приговор имел свое немедленное действие, мы все были бы мертвы в Адаме, или, вернее, мы никогда бы не были рождены. Следовательно, само существование нашего рода есть благодать». 16) Бог не исполнял своей педагогической угрозы, оказавшейся своего рода pia fraus. Смерть не только была вообще отсрочена, но оказалась не той полной смертью, которая угрожала. Именно, место раз­рушения личности, «при смерти индивида его дух сохра­нился в целости, чтобы соединиться с телом в день суда. Это выживание души мы приписываем исключительно искуплению», 17) действие которого, таким образом, пред­варяется во времени. «искупление же есть не что иное, как соединение человечества с Божеством, существа, нарушившего  закон, с верховным Законодателем». 18)

 

3.

Боговоплощение, приятие Сыном Божьим, Логосом, человеческой плоти имеет целью искупление и примирение человека с Богом, жертвой Безгрешного, Его страдания­ми и крестной» смертью. «Цельискуплениясделать чело­векабессмертным. 19) «Le chemin de limmortalité passe par Gethsémane et par Golgotha. On cherchait en vain autre route». 20)

«Согласно господствующей догматике, если тело чело­века смертно, его душа, образующая его личность, естест­венно, бессмертна или вечна. Искупление не предназначено изменить природу или длительность этого духовного  эле­мента. «Воскресение тела» во славе есть обстоятельство акцидентальное и второстепенное для спасения. Величие этого спасения состоит в избавлении души от «грядущего гне­ва» или вечных мук. Подобное избавление означало бо­жественное искупление, жертву Агнца Богу. — Эти идеи ка­жутся нам, противными Писанию. Согласно библейскому учению, искупление имеет прямым предметом изменить

__________________

15) White, 107.

16) White, 110.

17) Ibid., 111.

18) Ibid., 109.

19) White, 193.

20) Petaver-Olliff, 1, 179.

8

 

 

 нашу природу, перевести нас не только от греха к свя­тости, но от смертности  к  бессмертию, от смерти к жизни»21).

Искупление состоит в том, что прощается вина греха, но не устраняется наказание. «Иисус искупил не все, так не говорит и Писание. Каждый из нас стра­дая, умирая, до известной степени искупает. Но разница, существующая между нашим искуплением и сделанным Иисусом Христом, в том, что Он умер за виновных, будучи невинным... Только Его искупление имеет значе­ние предстательства. Грешник ожесточенный испивает до дна чашу искупления, застарелые последствия греха идут до полного  уничтожения его существа. Вечнаясмертьестьплатазаегоупорство: pour lui, par le fait, Jésus se trouvera navoir rien expié». 22)

Христос был воскрешен из мертвых Духом Святым. «Будучи Богом, как человек, Он несомненно был «подвластен закону» и умер в качестве жертвы примирения; как Бог же Он был выше закона, наложенного  на твари, и не мог умереть. Вот почему, когда смертный приговор исполнялся над смертной природой, Божественный Гость, впитывая человеческий дух в Свое собственное естество, имел власть восставить его развали­ны, «разрушенный храм», овладеть им и «воскресить его в третий день... Он победил смерть, но не как «сын Адама», но как «Сын Вышняго», как Господь небес­ный». 23) Воскресение Христа является не имманентно-трансцендентным, но всецело трансцендентным актом всемо­гущества Божья. Наше собственное воскресение из мерт­вых покоится на формальном и непогрешимом обеща­нии Сына Божья. «Соединенные со Христом в Его страданиях и смерти, мы идем навстречу тому дню, когда наш Спаситель, участвуя во всемогуществе, преобразит наше смертное тело по подобно своего славного  тела. Отец, Сын и Дух Св. соединятся в исполнении этого славного  дела (Р. 8, 11). Всемогущество, которое проявилось в сотворении мираи в воскресении Христа, проявится в осуществлении и нашего собственного  воскресения. Если чудо сотворения человека имеет свойraisondêtre, мы можем рассчитывать с еще большим raisondêtreна обе­щанное чудо, которое даст избранным славные орга­ны новой жизни». 24)

___________________

21) White, 108.

22) Petaver-Olliff, 1, 141-2.

23) White, 233.

24) Petaver-Olliff, 1, 195.

9

 

 

Всеобщее воскресение предваряется двумя другими действиями боговоплощения, еще прежде его соверше­ния. Первое из них нам уже известно: это — от­срочка смерти прародителей после грехопадения, кото­рая дала возможность произойти от них человече­скому роду. Очевидно, эта отсрочка распространяется и на все греховное человечество, которое, будучи повинным смерти за грех, однако, живет, хотя и в пределах ограниченной, смертной жизни. Второе предварение силы боговоплощения, еще более поразительное, состоит в том самом бессмертии души за гробом, против которого  с такой настойчивостью восстают кондиционалисты. Они принуждены признать эту загробную жизнь души, как в силу бесспорных данных откровения, так и по связи своей собственной системы. 25) «Если ка­кой-либо элемент нашей природы переживает в первой смерти, это должно быть приписано единственно искуплению, которое действует сверхприродным путем для со­хранения нашего духовного  существа от разрушения, для суда ли, или для вознаграждения»... «Я обязываюсь Библией верить, что души переживают смерть... Вот как позво­лено представлять себе их состояние: одни спят; другая суть абсолютно без сознания; иные мыслят, воспринимают, совершенствуются; иные находятся в печали и да­же в муках, иные блуждают по земле в состоянии daimonia, иные низвержены в бездну, иные содержались во аде до первого  пришествия Христова». 26) Загробное со­стояние праведников уже имеет начало вечной жизни и бессмертия. Жизнь грешников после смерти имеет це­лью: 1) установление личного  тожества того, кто грешил здесь и пробужден будет для суда; 2) для мук в аду (11 Петр. 2, 9); 3) для исцеления от восстания против Бо­га, когда оно имеет извинение в неведении, чрез пропо­ведь «духам в темнице»; 4) для принятия высшего  нака­зания, самого  торжественного  и устрашающего : первая смерть умерщвляет лишь тело; умертвить душу оставлено для смерти второй. 27) «Предварительное страда­ние есть добавление к мукам; отчасти оно имеет значе-

____________________

25) Некоторые кондиционалисты последовательно приходят к полному отрицанию у человека души в ином смысле, нежели она существует у животных и разлагается вместе с телом в смерти. Таков Н. Constable   Hades. Дух, по К., есть частица божественного духу в душе, которая отнимается со смертью. Человек полностью умирает в смерти, и сознание пробуждается лишь в воскресении.

26)  White, 278-81.

27)  Ibid., 281-2.

10

 

 

ние наказания, частью — убеждения. Оно оставляет место для раскаяния», 28) это — род  пургатория. В общем за­гробное состояние не останавливает на себе особого  вни­мания кондиционалистов и понимается преимущественно как промежуточное между смертью и воскресением.

Воскресение является всеобщим, не только для добрых, которые пробуждаются в воскрешение живота, для вечной жизни, но и для злых, которые пробуждаются в воскрешение, суда, для второй и окончательной смерти, для уничтожения. В признании этого двойного исхода, бессмертия одних и полного  уничтожения других, и заключа­ется основная мысль кондиционализма.

Условием бессмертия является не какое-либо «онтоло­гическое или физическое изменение субстанции, но мораль­ное состояние души, в которой вообразился Христос, и тем привлечено пребывание Духа Св., 29) дар благодати. Для грешников же наступает неотвратимо вторая смерть и окончательное уничтожение чрез известное, ближе не определяемое, время после суда. Возникает общий вопрос: есть ли это уничтожение смертная казнь или само­убийство? Как ни странно, в этом основном вопросе нет полной ясности, и отдельные суждения колеблются ме­жду этими обеими возможностями. Иногда можно думать, что «вторая смерть» есть смертный приговор, который осу­ществляется не сразу и не в короткое время, но в течение всей оставшейся жизни, — как смертная жизнь наиболее квалифицированная. 30)

_____________________

28)           Petavel-Olliff, И, 49.

29)White, 254-6.

30)           В таком смысле развивается эта мысль у White (478-90): «Удовлетворение или обнаружение свойств Божьих есть первая и по­следняя цель творения и провидения. Такова здравая философия нака­зуемости, которая, устраняя надежду на всеобщее спасение, устанавливает торжественную доктрину воздаяния. Bсе нераскаянные имеют дать ответ своему Творцу в своем теле и душе, и их судьба будет определена смертным и окончательным приговором. Благо  всеобщее будет принято во внимание. Но тот, кто упорствовал в непослу­шании, не может надеяться на средства исправления, он будет уничтожен «телом и душой в Геенны». Бог отвергнет всех выро­дившихся и закореневших детей, будучи верен Своей вечной справедливости, Он их уничтожит». «Великий день Его мести и мести Агнца, придет». «Страшно впасть в руки Бога Живого» (Евр. 10, 31). «Я поражу смертью детей ее (Иезавели), и уразумлю все церкви, что Я есмь испытующей сердца и внутренности» (Откр. 2, 23). «Господь Бог есть огнь поядающий, Бог ревнитель. Свидетельствуюсь вам се­годня небом и землей, что скоро потеряете землю, ее пребудете много времени на ней, но погибнете» (Втор. 24, 26). «Гнев Божий пребывает» (Ио. 3, 36) на непослушном» и т. д. (характерный произвол в цитировании и истолковании текстов).

         11

 

 

Другие останавливаются, так сказать, на имманентной стороне смерти, как уничтожения. Прежде всего, смягча­ется самая идея воскресения для новой и окончательной, «второй» смерти, ибо она неожиданно включает в себя возможность раскаяния и исправления после воскресения 31). Вместо неумолимой справедливости мы имеем здесь горь­кую необходимость и род самоубийства со стороны упорствующих. 32)

«Универсалисты» ставят «кондицоналистам» вопросы «если злые должны быть в конце концов уничтожены, то с какой целью премудрость Божия вызвала их к суще­ствованию»? На это дается ответ в том смысле, что Бог дал бытие существам не злым, но способным из­бирать добро и зло, ценный, но и опасный дар свободы. «Насильственное бессмертие связало бы эту свободу. До­стойно божественного  свободолюбия (il est digne du libéra­lisme de Dieu) не обязывать жить бесконечно существа, которые упорно отрицают рациональные условия существо-

___________________

31) «Воскресение мертвых может объясняться как последнее средство благодати», «en vue dpreuve», Бог не отвергает совер­шенно человека, который еще не совсем испорчен», и «конечное уничтожение ожидает только наиболее ожесточенных (Petavel-Olliff, 11 204). «Различные выражения Писания позволяют нам  верить, что они будут подвергнуты новому испытанию, и к ним будет обраще­на специальная проповедь» (ibid., 5).

32) «Это есть прогрессивный и неодолимый упадок, растущее убывание двух факторов человеческого  существования, — ощущения и действия» (4). «Страшная агония, а затем ночь без рассвета. Эта ду­ша более не сознает и не реагирует. Она была, она любила, она жила; она больше не любит, она мертва, она не существует» (11). «Полное разрушение человеческой души будет, без сомнения, пред­шествуемо страданием, соответственным в своей интенсивности при­рожденной жизненности этой души. Самые тяжкие муки будут сопро­вождать агонию души, наиболее богато одаренной, и разрушение наи­большей массы жизненных сил. В этом смысле «от того, кто по­лучить более, более и взыщет» (13). «Страдание не преминет сы­грать свою страшную роль в будущих муках, но это только прели­минарная фаза. Высшее наказание положить конец индивида только в болезненной гибели в загробном существовании. Согласно науч­ному закону непрерывности, нераскаянный грешник станет добычей долгого  и печального  маразма. Затем придет для наиболее непокорных горестное молчание, о котором говорить Писание как о «смерти второй». «Нас спрашивают, — что же мы понимаем под anéan­tissement? Мы отвечаем: постепенное уменьшение способностей, ко­торыми располагает индивидуальное я, и в конце концов угасание этой основной способности, благодаря которой, мы обладаем други­ми способностями». «In dieser Durchdingung des ganzen Seyns vom Tode geht die Persönlichkeit (Lk. 9, 25) im Sterben auf (apoleia) ; es ist nicht absolutes Nicht-Sein, aber absolute Pas­sivität und Todes-unmacht und Todes-jammer (Beck) (II 16- 17), note 3).

12

 

 

вания... Возможность самоубийства, которую Бог оставля­ет для каждого  человека в этом мире, не есть ли анало­гия, которая дает нам понимать возможность самоубий­ства души и условного  бессмертия... Конечно, злые сотворе­ны не для истребления, но и само их истребление, а кос­венно и их изначальное сотворение, кое-чему послужит. Воспоминание о их конечной судьбе (чье и когда?) противостанет в качестве устрашающего барьера для зло­употребления свободой в будущей жизни» 33). Итак, странным образом последнее наказание смертью оказы­вается торжеством тварной свободы: «une immortalité absolue porterait une grave atteinte à la liberté humaine» 34). «Il est au sens tragique dans lequel lhomme nanti dune liberté véritablement sérieuse, peut être plus fort que Dieu, plus fort que son Sauveur» 35). «Грешник уничтожает сам себя» 36).

 

4.

Кондиционалисты ищут для своих идей подтвержде­ния и в церковном предании, в частности в патристике. В особой главе Petavel-Olliff вслед за White, приводит целый ряд ранних церковных писателей, преимуществен­но апостольских и после-апостольских мужей, у которых он находит следы более или менее определенного  кондиционализма. Сюда относятся: Варнава, св. Климент Римский, св. Игнатий Богоносец, Эрм, св. Поликарп, св. Иустин Философ, Тациан, Феофил Антиохийский, св. Ириней, Климент Александрийский, Арнобий, Лактанций, св. Афанасий Вел. (de incarnatione), Немезий. Большинство из этих цитируемых текстов отличаются наивным морализмом, свойственным эпохе, и, конечно, эти ранние пи­сатели чужды проблематике кондиционализма, определен­ное выражение которого  находим лишь у Арнобия. Когда эсхатологическая проблема возникает, мы наблюдаем в ранней церкви (до V века), два основных течения, которые одинаково исходят из признания бессмертия души: универсалистическое (с Оригеном и св. Григорием Нисским во главе) и анти-оригенистическое с принятием «вечных мук», представляемое на западе блаж. Августином, на востоке Юстиниановским анти-оригенизмом. Признание

____________________

33)  Ibid.,  120-1.

34)  Ibid.,  151.

35)  Ibid.,   346.

36)  Ibid.,   410.

13

 

 

условного  бессмертия свойственно иудаизму, как ортодок­сальному во влиятельных течениях Талмуда, так и мисти­ческому, в Кабале, и философскому у Маймонида (также у Спинозы).

Таким образом, кондиционализм умеет найти для себя известные опорные пункты и в предании. Однако глав­ная его сила — и, нужно сказать, сила немалая, заключается в его экзегетике, в умении и настойчивом желании находить для себя подтверждение в Свящ. Писании Ветхого  и Нового  Завета. В этом отношении его сторонника­ми произведена большая работа, и их библейская аргументация требует для себя более внимательного  рассмотрения, нежели то, которое она до сих пор встречала 37), как со стороны самого изучения текстов, так и их Богослов­ской экзегезы. В настоящем очерке ограничимся лишь необходимым минимумом. Кондиционалисты прежде все­го, делают статистический и текстуальный учет тех библейских текстов, как Ветхого  так и Нового  Завета, в которых говорится вообще об уничтожении, гибели, смер­ти: в 100 текстах Ветхого, и Нового  Завета говорится о том, что грешники будут истреблены. В еврейском языке существует 50 корней слов, означающих уничто­жение живых существ 38). Petavel-Olliff составил целую синоптическую таблицу различных выражений в Библии, еврейских, греческих, для выражения notion dune des­truction complète (1, 349-356), тоже 546, 552). Кроме этой общей сводки 39), оба автора приводят обширные сопо­ставления ветхозаветных и новозаветных текстов, в ко­торых говорится о конечной погибели грешников и во­обще противящихся воле Божьей. Более всего таких тек­стов имеется, конечно, в Ветхом Завете, в псалмах и пророчествах. Однако даже и поверхностное знакомство с ними убеждает, что при всей щедрости псалмопевцев и пророков на эти угрозы, чаще всего они носят относи­тельный и, так сказать, образный характер 40) и с

_____________________

37)  Г л у б к о в с к и й, 1. с. S a l m o n d. The Christian doctrine of immortality. Edinborough 1895.

38)  Petavel-Olliff, 1, 105; 11, 150.

39)  White делает сопоставление этих выражений как ἀπολλυμι, ὄλεθρος и под., в их значении у Платона в Федоне, где они по смыслу прямо означают уничтожение, и у LХХ и в Новом Завете, с тем чтобы и здесь применить экзегезу Платоновского словоупотребления (конечно, совершенно произвольно).

  40) Вот несколько примеров: Пс. 7 2, 1 9, 27: «ибо вот удаляющие себя от Тебя гибнут, Ты  истребляешь всякого , отступающего  от Тебя». И с. 1, 2 8 : «всем же отступникам и грешникам погибель, и отставшие Господа истребятся. Ср. Пс.

14

 

 

трудом поддаются эсхатологическому истолкованию (ср. White, 158-162) 41). Гораздо важнее тексты новозаветных писателей 42).

Вот общий список новозаветных выражений об уча­сти грешников (White, 324-5).

Умереть: «если живете по плоти, то умрете» (Рим. 8, 13).

Смерть: «ибо возмездие за грех смерть» (Рим. 6, 23).

Погибель : «широки врата и пространен путь, веду­щий в погибель» (Me. 7, 13).

Вечная погибель: «подвергнутся наказанию, веч-

_____________________

29, 20. Наум. 1, 15: «празднуй, Иудея, праздник твой, ибо не будет проходить по тебе нечестивый: он совсем уничтожен». (И однако, Ис. 28, 9: «ради имени Моего отлагал гнев Мой, и ради славы Моей  у д е ρ ж и в а й   С е б я  от истребления зла»). Вообще в псалмах и пророчествах необыкновенно много говорится о погибели нечестивых, причем очень часто, если не всегда, имеется в виду не столько эсхатологическая, сколько историческая погибель.

41) Edward W h i t е доказывает, что нигде в В. З. и в ча­стности Бытии, нет прямых свидетельств о бессмертии человека, а только о смерти его многосложного  состава, и что после грехопадения Адама человек не умер лишь силою предварения будущего  боговоплощения, которое есть лекарство бессмертия. Он приводит следую- шиe тексты относительно смертности человека: Ιο,в., гл. 18, 20, 21; Псал­тырь: I, II, IX, XXIV, XXXVII, Χ, IX, XCII, CIII, 9, C1V, CIXII; Прем. Сол. X, 24, XIII, 13, XIV, 12, XV, XXI, 16. Статья H . W . Г u 1 f о г d . Con­ditionnai imortality (Ε. II. Ε. Haslings, ν. III). Главные тексты, приводимые в  пользу 1 С.: Быт. 2, 16-17; 3: 4, 19, 22-4; Второз. 30: 15, 19, 20; Пс. 21, 4; 37, 10, 20; 49, 20; 73, 19-20; 92, 7; 94, 23; 145, 20; Пр. Сол. 8, 35-36; 11, 19; 12', 28; 24, 20; Ис. 51, 8; Иезек. 18, 26-32; Мал. 4, 1-3; Me. 7, 13-19; 10, 28; 13: 30, 40, 48, 49; 16, 26; Лк. 13, 4-5; Ιο. 3, 6, 16; 5, 24, 40; 6, 33-5; 8, 51; 10, 28; 11, 25; 14, 6, 19; 15, 6; Рим. 6, 21-3; 7, 5; 8: 6, 11, 13; 1 Кор. 3, 16-17; 2 Кор. 2, 15-16; 4, 3; Гал. 6, 7-8; Фил. 3, 18-19; 1 Тим. 5, 3; 2 Тим. 1, 9 (όλεθρος αιώνιος — единствен­ная фраза в Н. 3.); 1 Тит. 6, 9, 19; Евр. 10, 26-39; 12, 29; Иак. 1, 15; 5, 20; 1 Пет. 1, 23; 4, 18; 2 Пет. 1, 4; 2, 12; 3, 9; 1 Ιο. 3, 15; 5, 11-12; Откр. 2, 7, 11; 3, 5; 20, 11-15; 21, 6; 22, 1, 4. Эти места имеют доказать, что человек не бессмертен, бессмертие есть свойство Бога (1 Тим, 6, 16), смерть в буквальном смысле есть следствие падения, а бессмертие есть дар лишь для праведных, что оно условно. Библия нигде не го­ворит о бессмертии души. Что нераскаянные грешники часто угрожаются смертью, и о них говорится, как об уничтоженных, и что смерть означает бессмертие души и тела (824). Весь вопрос сосредо­точивается около понимания библейского выражения смерть.

42) Цитаты из Н. 3. об участи грешников в смысле уничтожения в смерти (378 сл.): Me. 3, 12; 5, 25; 10, 2ί8; 16, 25; (Лк. 9, 25; 17, 23; Ιο. 12, 25). Лк. 9, 56; 13, 1-5; 20, 18; 20, 35; Ιο .8, 34-6; 8, 51; 10: 10, 27; И: 49, 50; Д. А. 3, 22-3; 8, 20; 20, 26; Р. 1, 32; 2, 6-7; 8, 13; 1 Кор. 14; Гал. 6, 8; 1 Тим. 6, 9; Евр. 10, 26-31; 2 Пет. 2, 12; 1 Ιο. 2, 17; Иуд. 5, 7; Откр. 2, 7; 3, 5; 21. 8. Ср. таблицу соотв. слов и выражений: 387-90.

15

 

 

ной погибели от лица Господа и от славы могущества его» (11 вес., 1, 9).

Тление: «Сеющий в плоть свою пожнет тление» (Гал. 6, 8). «Они как бессловесные животные..., рожденные на уловление и истребление... в растлении своем истребят­ся» (2 Пет. 2, 12).

Истребление: «и будет, что всякая душа... истре­бится от народа своего» (Д. Ап. 3, 35).

Смерть: «И детей ее (Иезавели) поражу смертью»  (Откр. 2, 23)  и т. д. 43).

В 12 местах Нового  Завета место нераскаянных грешников называется геенной. В ста местах Ветхого и Нового  Завета Писание учит, что злые будут совершенно уничтожены. Сторонники условного  бессмер­тия собирают все тексты, где только упоминается смерть и жизнь в их взаимоотношениях 44). Ограничим­ся некоторыми, наиболее трудными, текстами 45). Рим. 1, 3 2: «язычники знают праведный (суд) Божий, что делающие такие (дела) достойны смерти». Рим. 6, 2 3 2: «ибо возмездие за грех — смерть, а дар Божий — жизнь вечная во Христе Иисусе, Господе нашем». Рим. 8, 13: «ибо если живете во плоти, то умрете, а если духом умерщвляете дела плотские, то живы будете». Гал. 6, 8: «сеющий в плоть свою пожнет тление, а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную». 2 Тим. 6, 9: «похоти... погружают людей в бедствие и па­губу». Евр. 10, 26-31. «...страшное ожидание суда и ярость огня, готового  пожрать противников». 2 Пет. 2, 12: «... они, как бессловесные животные..., рожденные на уловление и истребление... в растлении своем истребятся». Иуд. 5, 7: «...Содом и Гоморра, под­вергшись казни огня в е ч н о г о, поставлены в пример».

(Но этим и подобным текстам, где говорится о смер­ти и гибели в более или менее неопределенном смысле

_____________________

43)  У  Petavel-Olliff имеется еще огромная сводка библейских текстов разного содержания на тему о бессмертии: 1, 368-392. Конечно, в такой огромной сводке можно встретить случаи и произвольного включения тех или других текстов.

44) «Двадцать раз ап. Павел повторяет нам, что смерть есть плата грехa, la mort sans phrases» (1, 16).

45) Интересно наблюдать как они справляются с текстами, неудобными для кондиционализма. Таким, бесспорно является 1 Кор. 3, 13-15: « у кого дело сгорит, тот потерпит урон, впрочем, сам спасется, но так как бы из огня». Whitе по этому поводу приговаривает (350), чего нет в тексте: грешник, если не захочет отделиться от дела. тоже сгорит.

16

 

 

слова, можно противопоставлять иные тексты, где говорит­ся о смерти, несомненно, не в смысле уничтоженья: Рим. 7, 10-11: «я умер, и таким образом заповедь, дан­ная мне для жизни, послужила к смерти, потому что грех, взяв повод от заповеди, обольстил меня и умертвил ею». 13: «грех причиняет мне смерть Ср. Гал. 2, 19; Еф. 2, 1, 5; Кол. 2, 13; Иак. 5, 20; 1 Ιο. 3, 14; 1 Тим. 5, 6: заживо умерла — ζῶσα τέθνηκεν).

Однако и самим собирателям текстов приходится считаться с существовавшем таких, которые не могут быть благоприятны для кондиционализма. Таковыми явля­ются или те тексты, где говорится о вечных муках (Мф. 25, 41, 46; Мр. 3, 29; Апок. 14, 9-11; 19, 20; 20, 10) или же где говорится о Божественном милосердии и спасении мира и людей (таковы по White, 416-18, следующие тексты: Ιο. 3, 17; 1, 29; 12, 32; Рим. 5, 15, 18; 1 Кор. 15, 18; Εφ. 1, 10; Фил. 2, 9-11; Кол. 1, 19; 1 Тим. 2, 4, 6; 1 Тим. 4, 10; Тит. 2, 10; 1 Ιο. 2, 2; 1 Кор. 15, 22; 2 Кор. 4, 13; Опер. 4, 13). Конеч­но, эти мешающие тексты подвергаются у кондиционалистов соответствующему истолкованию.

 

5.

Итак, грeхoвнoe и прoтивящeecя Бoгу чeлoвeчecтвo умираeт и oбращаeтcя в ничтo,  забываeтcя. Eгo нeт так, как будтo и нe былo. Oнo забываeтcя oдинакoвo в памяти Бoжьeй, как и памяти чeлoвeчecкoй (как, oчeвиднo, и в памяти духoвнoгo  мира, o кoтoрoм кoндициoнализм в cвoeм бoгocлoвии вooбщe бoлee или мeнee забываeт). Ocтаeтcя нeрушимoй лишь cвoбoда твари, кoтo­рая принимаeт cвoe oпрeдeлeниe к жизни в Бoгe, или к вoзвращeнию в дoтварнoe ничтo. Уцeлeвшиe ocтатки чeлoвeчecтва (причeм нeт ocнoваний думать, чтo их будeт бoльшинcтвo) пoлучают вeчнoe блажeнcтвo и coбoю являют oправданьe твoрeнья. Прo уцeлeвшую eгo чаcть мoжнo будeт cказать, чтo «будeт Бoг вcячecкая вo вceх». Этoт прoдырявлeнный мир и прoceяннoe чeлoвe­чecтвo и cocтавляют пocлeднюю цeль твoрeнья, ecть eгo тeoдицeя. Здecь упраздняeтcя наличьe вeчнoгo  ада, к кo­тoрoму труднo примeнить тeкcт, чтo будeт Бoг вce вo вceх, иначe как в cмыcлe палящeгo oгня. Здecь даeтcя как будтo яcный,  матeматичecки рациoнальный oтвeт на прoблeму вeчнoй жизни, c coглаcьeм Твoрца признать oшибку в твoрeньe, наличьe пуcтых нoмeрoв, как и co­глаcьe чeлoвeчecтва на ceбялюбивoe забвeньe казнeнных cамoубийц. Нeльзя oтрицать прocтoту и пoнятнocть такoгo

17

 

 

решения, при всей его парадоксальности. Нельзя отрицать и радикализма мысли и смелости в постановке вопроса, ко­торая может быть плодотворнее робкого  замалчивания. Так, в данном случае эта эсхатологическая ересь, подоб­но другим ересям, будит догматическую мысль. Тем не менее, мы должны сказать, что теория условного бессмертия есть настоящая ересь, которая включает в себя целый ряд догматических заблуждений, и это теперь нам предстоит показать.

Следует начать с того, что составляет все-таки са­мую сильную сторону кондиционализма, с разбора его биб­лейски-экзегетической аргументации. Как мы видели, им удалось собрать огромное количество библейских текстов, которые говорят об уничтожении, гибели и смерти. Нельзя отрицать, что это сопоставление само по себе, хотя все эти тексты в отдельности, конечно, и известны внимательным читателям слова Божия, производит силь­нейшее впечатление и способно смутить, если не склонить к признанию условного  бессмертия или, что то же, природ­ной смертности человека. Однако это первое и, так ска­зать, внешнее впечатление должно уступить место более внимательному вниканию, как в контекст, так и в кон­кретное значение каждого  отдельного  текста. В Слове Божием, действительно, не говорится о бессмертной душе, да эта философская формула вовсе и не характерна для христианского  догмата. Последний состоит вовсе не в бессмертии души, — вне отношения к телу, но в бессмертии человека, который не умирает до конца даже и в смер­ти и воскресает с телом силою Христова воскресения. При этом, что не менее важно, в Библии отнюдь не гово­рится о смерти человека, как об уничтожении. Вообще Библия говорить не в философских терминах, но языком образов, которые всякий раз требуют особого  уразумения, причем одни и те же выражения могут быть мно­горазличны и многосмысленны. Поэтому они нуждаются в экзегезе, по крайней мере, там, где нет очевидного  смы­сла. А эта экзегеза в известной мере определяется всей совокупностью апперципирующих идей, или догматиче­ских предпосылок, т.-е. преданием, которое содержит в себе свидетельство Церкви о понимании Библии. Библейский буквализм и неправилен, ибо «буква мертвит, дух животворит», а часто и невозможен. И именно язык эсхатологических текстов в наименьшей степени поддается буквальному пониманию, поскольку его образность ярко окрашена языком апокалиптической письменности, с ее фантастикой и синкретизмом, как это известно каждому,

18

 

 

 имевшему дело с эсхатологическими текстами. И конечно, язык апокалипсический резко отличается от параноэтических текстов, духовных увещаний апостольских, ко­торые имеют дело преимущественно с идеями нравственного  порядка. Кроме того, трудная задача в эсхатологиче­ской экзегезе состоит и в том, чтобы различить разные планы и ракурсы в эсхатологических образах, которые наслаиваются один на другой по образу горных цепей в перспективе. Поэтому буквальное толкование текстов часто вообще невозможно, а та догматическая экзегеза, ко­торую дают кондиционалисты, отнюдь не бесспорна и от­нюдь не есть единственно возможная. Она обусловлена опре­деленными Богословскими предпосылками, которые и нуж­но выделить и проверить в свете более основных и общих, а вместе с тем и уже установленных Церковью догматических истин.

 В частности основные понятия, которыми оперирует теория условного  бессмертия: жизнь, смерть, погибель, истре­бление, разрушение и т. д., также не однозначны, но много­значны. В частности и то понятие смерти, как  и  ж и з н и,  из которого  исходит кондиционализм, вовсе не самоочевидно. Это явствует уже из того факта, что так, как понимались они в теории последнего, раньше их ни­кто не понимал. Кондиционализм упрощает понятие жизни и смерти до простого биологического  сопостав­ления. Зоологический биологизм есть общая схема этого Богословия. Жизнь и смерть здесь одинаковы для человека и животного. Человек есть животное, которое отличается от животного  мира лишь некоторыми свойствами, не тем, что ему самому принадлежит, но что дает ему Бог, имен­но условное бессмертие. (Это несколько напоминает ка­толическую схему: natura u donum supernaturale). Оно да­ется ему сначала чрез вкушение плодов древа жизни, т.-е. физическим средством, а затем восстановляется чрез физическое же соединение Бога с человеком в боговоплощении, которому так усвояется именно такое биоло­гическое значение.  Им дается физическое бессмертие, и этим оно исчерпывается, так что нет и речи о преображении, обожании, прославлении человека. С этой точки зрения становится даже непонятным, почему боговоплощение совершилось именно в человеке, раз он не отличается от животного  мира, а не в каком-либо из животных, если это понимается лишь как физическое лекарство бессмертия. И, с другой стороны, является необъяснимым то предварительное действие боговоплощения, которое оно оказывает прежде своего свершения в сохранении жи-

19

 

 

зни человека на земле и за гробом. Излишне говорить, что загробное существование теряет здесь всякое самостоя­тельное значение в судьбе человека и представляет со­бой только промежуточное состояние между смертью и воскресением. Здесь существенный пробел в эсхатологии кондиционализма.

Человек для него есть одно из живых существ в этом мире, имеющее и  относительную жизнь. В этом основном определении со всей очевидностью прояв­ляется отсутствие в богословии кондиционализма одинаково как антропологии, так и космологии, что в данном слу­чае одно и то же. Человек не есть для него тварный бог, и не есть центр и владыка мира. Характерно здесь это по­верхностное истолкование образа Божьего в человеке. За ним не признается онтологического  значения в смысле богоподобия и причастности Божества. Недостаточно оцени­вается и тот факт, что Бог сотворил человека в ис­полнении предвечного  совета во Св. Троице п о  образу Нашему (Быт. 1) и, творя человека из земли, сам дыханием Своим, т.-е. из Себя Самого, вдунул в него «душу живу», которую кондиционалисты отожествляют с «душою живою» животных. Справедливо говорят кондиционалисты, что человек не имеет, как  о с о б о- г о  начала, бессмертной души, временно заключен­ной в смертном теле, как темнице или футляре, и жду­щей от него освобождения. Такова восточно-платоническая доктрина. Человек имеет дух, предназначенный для бессмертной жизни в  теле, которая, хотя и нарушена от­носительно смертью вследствие греха, но будет восстановлена в воскресении. Однако, кондиционалисты делают от­сюда то ошибочное заключение, что человек вовсе не име­ет в себе бессмертного  божественного  начала, и даже видят в признании его ересь пантеизма 46). Однако мы имеем слово Откровения, что Бог  вдунул в человека из Себя дыхание жизни. Это значит, что человеке  в  духе своем имеет нетварное начало Божества, которое однако имеет для себя сотворенную Богом по образу

__________________

46) Как ни странно, они имеют здесь предшественника в своём главном антагониста - блаж. Августин, который в качестве церковного учения выставляет положение, что дух (душа - anima ) человека создана богом из ничего (De anima et eius origine, lib. III-V. Minge Patr. s. 1. t. 44. Noli ergo credere, noli docere, quod non de nihilo, sed de sua natura fecit animam Deus, si vis esse eatholicum (1. III. c. V., 7, col. 5, 16). В этом бл. Августин становится в прямое противоречие с Библией, свидетельствующей. Что Бог, создав из земли тело человека, из Себя вдунул в него дыхание жизни.

20

 

 

Своему ипостась. 47) Таким образом, человек имеет в себе нетварно-тварное начало, принадлежит вечности божественного  мира 48), хотя самобытное личное бытие получает лишь в тварности своей. К этому же надо присо­единить, что человек, как центр творения, предназначенный господствовать над ним, имеет в духовной своей природе причастность Божественной Софии, в мире же, тварной Софии, он есть человекомир, и «радость» Боже­ственной Премудрости «в сынах человеческих». Чрез это человек стоит в центре мира, но также и над миром. Принадлежав к тварноживотному миру, он вместе с тем есть и Бог по благодати 49). И здесь нечего пугать пантеизмом, как это делается нередко, в частности, и в данном случае. Пантеизм в дурном смысле означа­ешь тожественность мира Богу, а не одну лишь при­частность его Божеству. Если человек сообразен Богу, то это значит, что и Бог сообразен человеку. Богочеловечество соединяет Бога и человека, есть Богочеловечество вечное, небесное, как есть и Богочеловечество тварное. Только на основании этой сообразно­сти Бога и человека может быть онтологически по­нято боговоплощение, как усвоение Логосом челове­ческой природы, соединение в одной ипостаси двух природ, или двух воль, божеской и человеческой. В христологии кондиционализма боговоплощение принимает характер онтологического  абсурда: Бог воспринимает... животное естество человека, не имея с ним никакой онтологической связи. Отсутствие антропологии в кондиционализме необходимо ведет и к отсутствию христологии.

Итак, человеку принадлежит, по божественному его происхождению, природное бессмертие. «Бог единый име­ет бессмертие» (1 Тим. 6, 16) в Себе, но человек имеет бессмертие в Боге. Нельзя не отдать справедливости конди-

_________________

47) У Petavel-Olliff (1, 171) находим следующее невразумительное определение духа: L’esprit  est exclusivement l`origine (!!) qui percoit le divin, c`est le sens moral et religieux, ce qu`on pourraler en un seul mot spiritualiste ... Dans le plan divin l`esprit  de l`homme en communion vivante aves l`Esprit de Dier devait penetrer l`ame , et par elle reigner sur le corps et sur tous ses organes.

48)  Напротив, в кондиционализме мы имеем следующее заключение относительно образа Божия в человеке: Il portait en lui un fragile miiroir de la divinite, le miroir est brise, et l`homme n`est plus que l`enfant de la poudre. Tire de la terre, le premier homme n`etait que poussiere, dit l`apotre (ibid., 164).

49)  Развитие всех этих мыслей, см. в Агнца Божьем.

21

 

 

ционалистам в их критике рациональных доказательств бессмертия души, начиная с Платоновского  Федона (что сделано было еще Кантом), 50), ибо бессмертие подлинно присуще одному Богу, но и тому, что богопричастно, как человек 51).

Это парадоксальное антиномическое понятие живого об­раза Божия, как сотворенного  Бога, именно и характеризу­ем человека. Как творение, человек имеет осуществить то задание, которое вложено в него его богопричастностью и в этом смысле несотворенностью, она же есть си­ла бессмертия. Это бессмертие в тварности его изначала есть потенцианальное бессмертие, которое начинается с posse non mori. Это фактическое бессмертие вследст­вие грехопадения нарушается смертью, хотя и не абсолют­ной, а лишь относительной, но восстановляется в Христовом воскресении уже как non posse mori, как положи­тельная сила бессмертия. Она дана Богочелове­ком,  но могла быть  принята человеком как ему сообразная.

Полнота образа Божия в человеке есть личность, живущая в своей собственной природе, причастная тварной Софии, включенная в мир, в полноту творения. Лич­ность, понятая в этой полноте жизни, есть ens realissimum в творении. Полнота образа Божия в человеке, коренящая­ся в личности, выходит и  з а  личность, как монаду, в многоединство всего человечества. Можно сказать, что образ Божий в полноте принадлежит даже не человеку в его единоличности, но человечеству в его соборности, в любви, по образу единосущного  триединства Божия.

Вот эта то изначальная богопричастность человека, де­лающая его нетварно-тварным, и содержит в себе силу бессмертия, в сверхвременности или вечности человеческой личности, сознание чего дано ей в непосредственном акте

_____________________

50) Ср. очерк проф. С. Н. Трубецкого: Бессмертие души. Сочинения, т. III (Вопр. фил. и псих., №№ 63, 70, 71, 72).

51) Богопричастность принадлежит не одному лишь человеку, но и ангельскому миру. Для кондиционализма характерно отсутствие внимания к ангелологии (которая существует для него лишь как сатанология). Иначе он должен был бы стать перед вопросом о природном  бессмертии ангелов, именно в силу их богопричастности, в ко­торой ангелы н е отличаются от человека. Проблема ангелологии дол­жна была бы необходимо привести к пересмотру и учению о безсмертии человека. Ангелам свойственен образ Божий, как и человеку. В отношении к богопричастности своего духа человек не отличается от ангелов, будучи отличен от них в том, что, имея тело, в нем становится причастен миру, как его центр и господин.

22

 

 

 самосознания: я  есмь  я. В этом качестве я, я сам себе принадлежу, сам собою полагаюсь, хотя вместе с тем, как сотворенное я, я сам себе и дан. и это не пантеизм, но это, конечно, панэнтеизм, исповеду­емый апостолом: «ибо все из Него, им и к Нему» (Р. 11, 36).

(Окончание в следующем номере)

Протоиерей С. Булгаков.

Лето 1935 года.

23


Страница сгенерирована за 0.11 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.