Поиск авторов по алфавиту

Казем-Бек А. Второй Ватиканский Собор

ЕВРОПЕЙСКАЯ ПРОГРЕССИВНАЯ ПЕЧАТЬ О ЗАДАЧАХ СОБОРА ПЕРЕД ЕГО ОТКРЫТИЕМ

Многие сторонние наблюдатели настолько прониклись уверенностью, что в Римской Церкви все насыщено и пропитано традицией, что уверили себя, что в ней нет места ни для каких существенных перемен. Между тем круги, более внимательно изучавшие эволюцию католической мысли, приходили к обратным заключениям. О настроениях в тех ветвях Римской Церкви, которые активно противились засилию и косности римской курии, часто высказывались интересные оценки в левых кругах европейской общественности. Поэтому мы приводим суждение органов коммунистической печати и, в частности, потому, что эту печать нельзя было бы обвинить в предвзято положительном отношении к современным исканиям "передового католичества". Однако, не учитывая существования именно "передового католичества", нельзя понять всего происходящего на Ватиканском соборе и вокруг него. В этом месте нашего изложения лучше всего охарактеризовать ту влиятельную часть католического епископата, которая готовилась к генеральному сражению на соборе, можно цитатой, почерпнутой из итальянской коммунистической газеты "Паэзе сера" (из номера ее накануне открытия собора - 10 октября): "По мнению части католического клира, необходимо разрушить здание Католической Церкви и вновь построить его с оснований, чтобы оно соответствовало современности. Будет ли это основным заданием предстоящего собора? Никто не в состоянии сказать, ни кардиналы, ни даже папа, хотя Иоанн XXIII неоднократно говорил об "аджиорнаменто Церкви" (Поясним, что слово, брошенное и повторяемое папой Иоанном - "аджиорнаменто" - буквально непереводимо на русский язык, оно означает "применение к действительности", "приближение к жизни" и лучше всего переводилось бы несуществующим русским словом "современизация". - Примечание автора), и высшие представители мира духовенства повторно подчеркивали неприспособленность, с которой Церкви приходится вступать во взаимодействие с сегодняшним миром. Как говорится в послании совещания кардиналов и архиепископов Франции о соборе, "некоторые наши современники задаются существенным вопросом: некоторые с беспокойством, другие с любопытством, а иные не без чувства удовлетворения - есть ли еще место для Церкви в современном мире? Перед лицом прогресса наук и техники, быстро изменяющего условия человеческой жизни и ставящего под вопрос наши понятия и наш образ мышления, возникшие в эпоху, ныне отжившую, не будет ли Церковь принуждена изменить или даже отбросить свои догматы и свое толкование Библии?"

"Одновременно с переворотом, вызванным во взаимоотношениях между народами эволюцией культуры и социально-экономической жизни человечества, продолжает цитировать документ, выпущенный французскими кардиналами и архиепископами, итальянская газета, - не устарела ли во всех своих нравственных подходах и нормах, как и в своей структуре и юридическом строе, и Церковь, связанная с западной цивилизацией и определенным экономическим порядком? И, наконец, каким образом может голос Церкви быть услышан в мире, который обнаруживает притязание строиться без Бога и без нравственных законов с единственной целью наслаждения земными благами? Так вот, продолжают французские иерархи, одна из задач собора и подлинно задачу, к которой надо подойти со всем мужеством, заключается в том, чтобы выяснить с предельной ясностью все проблемы, поставленные эволюцией мира, в философии которого произошли глубокие изменения и сдвиги".

Продолжаем цитировать газету "Паэзе", но уже из другого места той же статьи, занимающей целую страницу: "За последние несколько десятилетий все видоизменяло коренным образом отношения между Церковью и миром и когда стало казаться, что какое-то равновесие вновь достигнуто, две мировые войны и перемены, вызванные ими, вновь поставили перед папами тревожные проблемы присутствия и дальнейшего существования Католической Церкви в истории. Социализм восторжествовал почти в половине мира. До сего времени высшая церковная иерархия жила надеждой, что события сойдут как-то на нет, сменят нынешний мир и нынешнюю идеологию, так же как и ее предшественники тщетно надеялись, что либерализм окажется чем-то случайным и что Церковь рано или поздно вернет себе прежнее господствующее политическое влияние на жизнь народов". "Мир пережил гигантские духовные изменения", утверждает немецкий кардинал Депфнер (младший из членов священной коллегии, бывший епископ Берлинский, ныне архиепископ Мюнхенский и Фрейзингский, примечание автора), а другой немецкий кардинал, архиепископ Кельнский Фрингс, говорит, что "мир уменьшился и соответственно с этим в человечестве возникло единство совсем нового порядка. Конечно, это явление пришло в движение по меньшей мере с открытия Америки, но лишь сегодня с неслыханными возможностями техники стала возможна его необычайная актуальность, ставшая доступной пониманию даже "человека с улицы". Епископ Падерборнский (ФРГ) проявляет еще больше мужества, когда пишет, что "обозначается новая мировая культура, новая всемирная идеология, уже прочно обосновавшаяся, над которой господствует и которую характеризует секуляризированная техническая цивилизация. Техническая эпоха нарастает на глазах. Возможно, что недалеко время, когда христианство уже не будет тем, каким оно стало после Константина - основой мышления, мужества и действенности".

"В будущий четверг, - заключает газета, - 2850 епископов со всего мира соберутся на собор. Событие это приобретает значение историческое, исключительное, уникальное, если принять во внимание, что ассамблеи всех католических епископов собираются лишь на расстоянии веков одна от другой. 2850 "отцов собора" прибыли в Рим, чтобы свободно обсуждать и решать судьбы Католической Церкви, ее будущее, близкое и далекое. Будет ли схвачен случай, чтобы приспособить структуру этого векового сооружения к новым временам? Никто не может пренебрегать тем значением и влиянием, какие католичество имеет еще во всем мире. Прошла эпоха, когда великий современный политический руководитель, покойный премьер-министр СССР Сталин, спрашивал предлагавшим ему союз с Ватиканом для борьбы против нацизма, сколько у папы дивизий. Все знают теперь, что католическое могущество несоизмеримо с политическим или военным могуществом государств. Сила его иного происхождения: это - способность вызывать и контролировать мощное движение униженных и отверженных, вызванное вековой надеждой на лучший, более справедливый и мирный мир. Век тому назад возникло наряду с этим и за последние десятилетия завоевало половину мира другое движение, низвергающее несправедливость и тиранию и устанавливающее новое социалистическое общество. И вот представилась историческая возможность. Воспользуются ли ею 2850 "отцов собора"?". Этими словами заканчивается огромная статья "Паэзе сера", занимающая целую страницу газеты. Отметим, что во главе всей этой страницы стоит заголовок "Великая возможность Иоанна XXIII".

Интересно дополнить суждение итальянской коммунистической газеты мнением столь же далеких от Церкви кругов Запада, как французские радикалы, по традиции антиклерикальные во всех, так сказать, плоскостях. Мы можем привести суждение влиятельного еженедельника "Франс-Обсерватер", близкого к Мендес-Франсу. Это группа (между прочим, с самого начала враждебная де-Голлю), которая уже в силу того, что она являет собой концентрацию еврейских литературно-политических сил Франции, не может быть заподозрена в преувеличении роли Римской Церкви и ее собора. Между тем, 12 октября, в самый день открытия П Ватиканского собора, журнал в пространной статье, озаглавленной "Собор всегда - "авантюра", пишет: "Если верить большинству журналистов, специализированных по религиозным проблемам, собор в основном будет заниматься пастырскими или богословскими вопросами, весьма отдаленными от повседневных забот простого человека. Все будет протекать так, как будто это событие технического порядка, как будто оно чуждо какому бы то ни было политическому измерению".

"На самом деле будет совсем не так, - продолжает французский журнал, - при условии, что будет понятно, какой смысл дается тут понятию "политический". Соборные решения - и, в частности, те, которые были приняты на Никейском соборе (325), привели к определениям богословского порядка, во также и к последствиям в области политической: арианство было практически пресечено с этого времени. Когда собрался Тридентский собор, он имел первоначальной целью остановить развитие протестантизма и провести "реформацию" по-своему. Последнюю собор осуществил, но ему удалось удержать в рамках католицизма целый ряд государств, которые были готовы вот-вот отпасть к протестантизму (среди которых находилась и Франция). Эти два примера показывают, что созыв всякого собора в конечном счете имеет последствия, оказывающиеся на уровне всей истории культуры. Вот почему было бы бесцельным пытаться скрыть подлинную действительность: отзвук П Ватиканского собора будет долгое время давать себя знать в истории нашего времени. Решения его возымеют продолжительное действие на эволюцию идей и структур в современном мире. У собора есть, следовательно, свое политическое измерение, при этом - в сильнейшем значении этого слова".

"Да никто и не выражает сомнения в этом в частных разговорах, - пишет далее "Франс-Обсерватер", - историю возникновения собора можно свести к нескольким очевидным фактам: Иоанн XXIII, избранный почти случайно, будучи выражением компромисса между обеими главными ориентациями, между которыми поделились воззрения кардиналов, Иоанн XXIII неожиданно убеждается в том, что он ничего поделать не может. Вокруг себя он наталкивается лишь на всемогущество римских "бюро", на укоренившиеся навыки, на пристрастие к традиции. При попытке столкнуться с этой административной машиной "в лоб" он рискует истощить свои силы в какой-то мелкотравчатой борьбе. Остается единственный путь, чтобы перешибить эту механическую преграду: проветрить все, дав приток свежему воздуху, и взяв разгон, созвать собор. А это уже зависит лишь от него. И вот, этот муж не без робости, но полный здравого смысла, внезапно решается и берет на себя риск. В один прекрасный день он изрекает нужное слово: и жребий брошен. Все "бюро" Ватикана поставлены перед совершившимся фактом, против которого они бессильны".

"Иоанн XXIII берет на себя риск, но это огромный риск: 2800 епископов, собранных в Риме, концентрация всех главных богословов - все это означает, что устанавливается другая машина, другая махина. Устанавливается при этом, озираясь вспять: каждый собор приходится, так сказать, изобретать заново, поскольку никому не было дано лично пережить опыта собора, бывшего прежде. И, с другой стороны, ведь нет возможности заранее знать, куда заведут прения".

Об интересе к открывшемуся собору левой общественности Европы можно судить и по передовой статье, напечатанной в день открытия собора на первой странице во главе всего содержания газеты "Унита" - официального и центрального органа Итальянской Коммунистической Партии. В этой статье говорится: "Итальянские коммунисты, трудящиеся и интеллигенты - последователи нашего движения, у которых в крови чувство "экуменичности", чувство универсальной ценности солидарности и братства между всеми народами земли, в обществе, угрожаемом мутной моралью буржуазной наживы и атомного шантажа ее поборников, не скрывают своего интереса к собранию в Риме сотен и сотен представителей католической иерархии со всех концов света для работы, которая в силу самых предпосылок своих и серьезности переживаемого времени могла бы представить собой нечто новое, нечто отличное от старого духа идеологического крестового похода, духа Политического и социального осуждения".

После такого признания общего интереса к собору "Унита" поясняет, что именно побуждает и ее, говоря от имени итальянских коммунистов, проявлять этот интерес. "Эхо ХУ1 вселенского собора, провозгласившего в Констанце принцип превосходства соборного начала над папой и установившего периодичность созыва соборов, замерло, как казалось, в католическом мире. Неожиданное решение Иоанна XXIII, принятое через несколько месяцев после кончины последнего из ряда пап, правивших Церковью по образу "автократическому", в высшей степени централизованному и недостаточно апостольскому" (это слова молодого католика в сентябрьском выпуске журнала "Квеститалия"), представляется поэтому как призыв к совещательности, как призыв к методу диалога, в котором гражданское общество все больше ощущает потребность".

"Аджиоранаменте", - продолжает газета, заключая в кавычки это слово, о котором мы уже говорили выше, - которое немало элементов, представленных ныне на соборе, желало бы удержать в пределах обсуждения вопросов литургики и дисциплины, неизбежно распространяется на области жизни технической, политической, социальной, национальной и международной. Вопрос о взаимоотношениях между католическим миром и народами другой религиозной веры, с нациями, которые только что освободились от колониального ига и в первую очередь с социалистическими странами, настоятельным образом выдвигает необходимость мирного и плодотворного согласования между коммунистическими идеалами и свободными религиозными общинами, — этот вопрос ставится перед общественным мнением с особой силой именно теми же самыми "ожиданиями", которые собор вызывает среди верующих".


Страница сгенерирована за 0.07 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.