Поиск авторов по алфавиту

Автор:Верховской С.

Верховской С. Христос

разбивка страниц документа сделана по:

 

I

О Христе мы знаем от тех, кто были живыми свидетелями Его жизни, от Его апостолов. Апостольская Церковь жила их свидетельством; оно хранилось затем всеми поколениями христиан и было закреплено в тысячах памятников церковной жизни. Но главнейшим памятником апостольского предания остался на все времена Новый Завет... Если мы принимаем Новый Завет, мы знаем, Кто Христос и как Он жил на земле. Если мы отвергаем его, мы отвергаем Христа, или становимся перед загадкой Человека, который жил так, как если бы Он был Богом. Христос Нового Завета и церковного предания есть истинный Бог и истинный Человек, — Сын Божий, ставший человеком. Другого Христа не было и нет. Или Христос есть Бог и Новый Завет истинен, или Христос ошибался, ложно веруя в Свое Божество и в Царство Божие, будто бы принесенное Им в мир для спасения людей, и тогда Новый Завет — безумная книга... Иные ученые и поэты выдумывают «своего Христа», взяв некоторые факты и мысли из Евангелий. Но кому нужны выдумки? Люди нуждаются в истине.

Каждый, даже неверующий, должен прочесть Новый Завет, но, прочтя его, мы стоим перед необходимостью выбора: принять или отвергнуть Христа. И от этого выбора зависит вся наша жизнь; лучше сказать, зависит, иметь ли нам истинную и вечную жизнь или идти путем бесконечного умирания в заблуждении и зле.

Верующие знают Христа не только из новозаветных книг, потому что Христос живет не на страницах книги: Он в каждом из нас и в мире, как наш Бог и Сочеловек-Спаситель. Мы сотворены по Его образу и Им живем, когда живем в добре, хотя бы мы и не сознавали этого.

333

 

 

Кто сознательно следует Христу, тот знает Его сам, ибо живет Им и Его силой и светом.

Содержание Нового Завета и церковного предания бесконечно богато. В настоящей статье мы бы хотели привлечь внимание к самому существенному, что в нем сказано о Христе, надеясь, что читатель уже знает Новый Завет или захочет прочесть его. Мы избегаем ссылок и цитат только по недостатку места.

 

II

Христос родился в убогом домике в Вифлееме, маленьком городе маленькой Иудеи, в бедной рабочей семье, хотя и происходившей некогда из царского рода. Вместе с тем, Евангелие рассказывает, что безвестный Младенец, повитый в яслях, был «с нами Бог»1 и родился от Девы, осененной силой Духа Божия; ангелы и знамения возвестили о Его Рождестве... Христос вырос в семье деревенского плотника и Сам стал плотником; Он жил со Своей матерью среди родных своим трудом. Он «преуспевал в премудрости и возрасте и в любви у Бога и человеков». Однако несколько человек уже знало о том, что Он не простой человек. Двенадцати лет Он называл храм «принадлежащим Отцу Своему» и поражал Своей мудростью ученых.

Около тридцати лет от роду Христос вышел на проповедь и крестился от Иоанна, который все назначение своей жизни видел в том, чтобы быть Его Предтечей. Во время крещения Сам Бог назвал Христа Своим возлюбленным Сыном. После этого Христос постился сорок дней и был искушаем сатаной.

В начале проповеди Христос был совершенно безвестен, но затем за Ним стали ходить толпы народа, потому что никто так не проповедовал, как Христос, и никто не творил таких чудес и исцелений. Через три года у Него было около пятисот последователей, главным об-

_____________

            1 Таков смысл данного Христу имени «Эммануил».

         334

 

 

разом из простых людей Некоторых людей Христос любил особой, дружественной любовью. Иногда люди возмущали и тяготили Его, и Он искал уединения в молитве... В годы странствований Христос жил подаянием и помощью последователей, не имея пристанища; Он уставал, был голоден и жаждал; иногда грустил и плакал.

Христос проповедовал Царство Божие, и это Царство было в Нем Самом, ибо Он был Богочеловеком, Сыном Божиим, низведшим Бога на землю, явившим истину и даровавшим людям вечную жизнь... В конце Своей земной жизни Христос был торжественно встречен народом в Иерусалиме, а через несколько дней казнен, как богохульник и бунтовщик, поносимый толпой и почти всеми оставленный. Вожди еврейского народа возненавидели Его. Он мог избавиться от гонителей, но не захотел, чтобы Своей смертию победить смерть и принести жертву за грехи всех. Убитый, Он сошел во ад, где победил диавола, как Праведник — того, кто господствовал ложью и обольщением. Он вывел из ада всех, кто заслуживал прощения, и основал Царство Небесное; в третий же день после смерти воскрес. Еще до смерти Христос являлся ученикам в божественной Своей славе. По воскресении Он являлся им в преображенном теле и беседовал с ними. Затем вознесся к Богу Отцу, чтобы ниспослать ученикам в день Пятидесятницы Святого Духа и основать Церковь... С тех пор миллиарды людей спасаются во имя Христа, другие же отрекаются от Него или ненавидят и гонят Его.

Церковные песнопения любят подчеркивать контраст между человеческой судьбой и божественностью Христа. Этот контраст соблазняет неверующих. Но в соединении божественного и человеческого весь смысл жизни Христа и всего христианства, потому человек призван быть причастником божественной природы и жизни; мы призваны жить божественным идеалам; только приближаясь к Богу, мы можем быть совершенны; только в Боге мы находим единство друг с другом. И спасти людей от зла мог только Бог, ставший человеком.

335

 

 

III

Христос сознавал Себя Сыном Божиим и Сыном Человеческим. Он одобрял, когда Его называли Сыном Божиим. Только бесам Он запрещал говорить о Своем Божестве... Если Христос часто предпочитал скрывать, что Он Бог, то очевидно потому, что слишком многие или соблазнились бы, что Бог стал простым человеком, или отнеслись бы к Нему как к Богу, совсем не так, как Он хотел. Люди не вмещают смирения Божия; то, что Бог может жить в простейших формах нашего человеческого существования — кажется нелепостью. Люди ценят в Боге более всего Его всемогущество, щедрость и славу; они любят поклоняться Богу не в духе, любви и истине, но в торжественных и умилительных обрядах и прошениях о земных благах... Даже те, кто были близки Христу, ожидали от Него земного царствования и почетных мест в нем для себя самих. Народ хотел сделать Его царем, чтобы иметь от Него даровое пропитание и исцеления. Христос знал, что толпа, которая сегодня прославляла Его в Иерусалиме во имя Господне, через пять дней будет кричать: «распни, распни Его!»... Встреча человека с Богом требует великой подготовки. Бог может всякого поразить Своим величием, но истинное богообщение не заключается в том, чтобы нам быть пораженными страхом перед внешней силой Бога. Подлинное величие Божие духовно, и мы должны сами достичь известной духовной высоты, чтобы внутренне принять Бога.

Каждый человек призван быть сыном Божиим. Сам Христос говорил об этом и в Себе Самом открыл нам возможность совершенного богосыновства. Чтобы отличить Свое сыновство от общечеловеческого, Христос называет Себя «единородным (т. е. единственным) Сыном», и никогда по существу не отождествляет Себя с другими людьми по отношению к Богу (например, говорит: «Отцу Моему и Отцу вашему», а не «Отцу нашему»). Мы не говорим, конечно, о том добровольном отождествлении Себя с нами, которое Христос совершил для нашего спасения.

336

 

 

Христос назвал Себя Господом. Известно, что это имя есть главное в Писании имя Божие, равносильное богооткровенному имени Ягве (что значит Сущий). Следовательно, если Христос именовал Себя Господом, то это то же, что если бы Он называл Себя Богом, как именовали Его прямо апостолы... Христос почти всегда называл Богом Своего Отца, но не для того, чтобы показать, что Он Сам не Бог: напротив, быть сыном значит иметь ту же природу, что отец; родиться от Бога значит быть Богом. Поэтому Христос, никогда не сливая Своей личности с личностью Отца, отождествляет Себя с Ним по природе и всем божественным свойствам: Он и Отец одно, т. е. один Бог; Он пребывает в «недре Отчем»; знать, исповедовать, чтить, видеть или отвергать и ненавидеть Сына — значит делать все это в отношении Отца. Христос есть Посредник между Богом-Отцом и людьми именно потому, что Отец в Нем всецело явлен миру. Христос равен и во всем подобен Богу: подобен Отцу, Он единственен (нет второго Отца, Сына и Святого Духа), и вместе с тем Он есть «Начало и Конец», т. е. полнота бытия, Сущий; подобно Отцу, Он свободен и всемогущ, творит и промышляет о мире, ниспосылает Духа; подобно Отцу, Он обладает совершенной любовью, мудростью, святостью, вечностью, вездесущием... Сам Отец неоднократно свидетельствовал о Божестве Своего Сына (например, во время крещения и преображения), и Христос ссылался на это свидетельство… Сын, как Бог, имеет в Себе вечную жизнь, которую Он может даровать и людям. Его бытие не начинается с Его земным рождением: Он был прежде бытия мира, всегда был у Отца. Свою земную жизнь Христос представлял, как пришествие с неба, от Бога, как исполнение посланничества от Отца; Он должен вернуться к Отцу, когда совершит Свое дело на земле. Христос сознавал Себя «от вышних» не «из мира сего», и радовался возвращению к Отцу.

В земной жизни Христос ведет Себя как Бог: творит чудеса, прощает грехи, изменяет постановления Ветхого Завета, утверждает, что люди будут спасаться Им и служением Ему, что Ему дана вся власть на небе и на

337

 

 

земле, и что Он придет в славе судить живых и мертвых, которых воскресит.

 

IV

Новый Завет не только утверждает божественность Христа, но и открывает нам личные отношения Христа к Богу-Отцу и Святому Духу. Все, что имеет Сын, Он имеет от Отца, даже самое бытие Свое. Он есть Образ или Слово Отца, сияние Его славы2. Отец любит Сына и прославляет Его, и Сын любит Отца, и всю Свою жизнь, Свое творчество, мысль и учение определяет волею и мыслью Отца. Христос признает Отца даже большим Себя: не в том смысле, конечно, что Отец в большей степени Бог, чем Сын, но именно потому, что имеет от Отца все Свое божественное бытие и всецело следует Отцу в Своей жизни, будучи Его Образом и Словом... Отец знает Сына, и Сын знает Отца. Это знание есть полное духовное обладание друг другом: Отец пребывает в Сыне и Сын в Отце... Но как же Христос говорит, что Отец Его оставил на кресте? — Эта богооставленность Христа лишь относительна: Он был оставлен Богом, поскольку умирал по человечеству, ибо смерть и есть оставление силой Жизни; но и в страданиях, по Его свидетельству, Он был не один: Отец продолжает быть с Ним, потому что Он не умирает, как Бог, и в самой смерти нетленен, как человек.

Бог-Отец извечно даровал Сыну Своего Духа, — Духа Своей любви и святости, премудрости и силы, т. е. Духа Святого. Святой Дух извечно пребывает в Сыне и даже именуется Его Духом (хотя и происходит, подобно Сыну, только от Отца), ибо Дух Святой живет Сыном Божиим, в Нем имея личное явление Истины и Логоса Божия. Дух Святой есть Дух Жизни, но нет жизни без истины и мудрости: жизнь в добре осуществляет и являет истину. Так и Дух Святой, как Дух Жизни, нераз-

______________

            2 В греческом подлиннике Нового Завета вместо русского «Слово» стоит «Логос», т. е. оформленная, выраженная в слове Мысль.

         338

 

 

делен от Сына Божия, как божественной Премудрости: Он есть Дух Истины и Премудрости, являющий и осуществляющий их Своей животворной силой... Исполненный Духа, Христос может даровать и посылать Его от Отца. В свою очередь Святой Дух посылает Христа в мир и свидетельствует о Его Божестве.

 

V

Достаточно признать, что Христос был истинным Богом, чтобы понять естественность многого, что удивляет в Евангелии. Христос должен был родиться от Девы, так как Богочеловеку подобало родиться от человека силою Духа Божия... Что удивительного в чудесах, когда Бог всемогущ? Не верить в чудеса могут только отвергающие бытие Божие... Богу естественно было явить Свое Божество в крещении, преображении, в явлениях Своей славы и силы... Если Бог пришел на землю, то понятно, что Царство Божие открылось для людей и что вечная жизнь, истина и святость стали им доступны... Бог не мог быть побежден злом; ни смерть, ни диавол не могли победить Христа. Будучи Богом, Он должен был воскреснуть и стать Первенцем спасенного и обновленного человеческого рода.

 

VI

Христос был не только истинным Богом, но и истинным человеком. Мы уже указывали на факты, которые рассказывают нам Евангелия о Христе, как человеке. Можно ли сомневаться в подлинной человечности Христа и думать, как древние докеты, что она была только мнимой? — Новый Завет явно исповедует, что Христос есть человек, называя Его Человеком или Сыном Человеческим, утверждая, что он рос, питался, спал, утомлялся, страдал. Если невозможно отрицать действительность телесной жизни Христа, то не менее очевидна Его душевная жизнь, ибо мы знаем, что Он имел все

339

 

 

наши переживания: Он желал или не желал, одобрял или негодовал, любил, знал или даже не знал, и т. д. ... Но главное, — Евангелия сообщают нам, что Христос душевно страдал, Бог же не может страдать в Своей собственной природе. В частности, самое выражение Христа — «душа Моя скорбит смертельно» — неприложимо к Богу, так как Бог не имеет души и в Нем не может быть ничего смертного, ибо Он есть чистая Жизнь. Сын Божий воистину пострадал, но именно как человек, в нашей душе и в нашей плоти.

Церковь учит, что Христос единосущен нам, как человек. Это значит прежде всего, что Христос имеет такую же человеческую природу, как и все люди. Но это значит и большее: Христос внутренне соединен с нами. Конечно, это соединение потому и возможно, что Христос по природе приобщен всему человеческому, но духовное единство предполагает свободное желание и любовь и познание. Силою Своей любви и знания Христос обнимает в Своей душе все человечество, имеет в Себе каждого из нас, живет жизнью всех нас. Все человечество объединено во Христе и живет в Нем новой жизнью, и Он живет в нем. Люди призваны составить одно существо, подобное Святой Троице. Но мы можем достичь этот идеал только потому, что он уже осуществлен во Христе, и только благодаря тому, что Христос действительно соединил в Себе всех, Он мог преобразить, спасти и искупить в Себе всех нас...

 

VII

Христос прошел весь путь человека: от земного рождения до перехода через смерть к небесной жизни в ожидании общего преображения мира. Если Христос прожил нашу, человеческую жизнь, чтобы приготовить для нас Царство, то и мы должны идти Его путем. Христос осветил и освятил весь земной путь человека, т. е. дал возможность и самую нашу земную жизнь сделать осмысленной, доброй, благодатной, приводящей нас к Богу и Его вечному Царству.

340

 

 

Христос, будучи Богом, единственный из всего человечества, родился от Девы. Но Сам Он говорил не только то, что брак установлен Богом, но что Сам Бог соединяет мужа и жену... Христос почтил брак в Кане Своим присутствием. Претворение воды в вино не означало ли символически, что благодаря Христу естественный брак станет благодатным таинством? Во всяком случае, Своим рождением и младенчеством Христос освятил и материнство, и рождение, и детство. Христос любил детей потому, что Он любил людей, жизнь, чистоту, смирение и простоту. Новое рождение — новый человек, новая жизнь. «Если не обратитесь и не будете как дети – не войдете в Царство Небесное. Итак, кто умалится, как это дитя, тот и больше в Царстве Небесном. И кто примет одно такое дитя во имя Мое, тот Меня принимает». (Мф. ХVIII, 1-6).

Христос вообще представлял отношение людей к Богу, как отношение детей к Отцу; сыновство же в духовном смысле есть восприимчивость, преданность, послушание, чистота, доверие, уверенность в любви и попечении Отца.

Христос до тридцати лет прожил в простой семье, принимая участие во всей ее трудовой жизни. Этот факт имеет огромное значение. В людях всех времен мы находим неискоренимую склонность смотреть на простой труд лишь как на печальную необходимость, которая может быть неизбежна, но столь же неизбежно делает нашу жизнь убогой, скучной, унизительной. Пример Христа доказывает, что простой труд не унизителен и, главное, совместим с глубочайшей внутренней жизнью; люди же обычно думают, что духовная жизнь возможна только у культурных людей или священников, монахов и т. п. Конечно, духовная жизнь предполагает духовную культуру и сосредоточенность на высшем, но и то и другое, очевидно, возможно для рабочего или крестьянина никак не меньше, чем для представителей высшего класса.. Богатство и власть казались Христу и апостолам опасными для духовной жизни. Ученые книжники оказались среди главных врагов Христа, последователи же Его были большей частью из простых людей.

341

 

 

Многим кажется, что семейная жизнь связана с суетой, пошлостью, скукой, и потому расслабляет и принижает человека. Но Христос более девяти десятых Своей жизни прожил со Своими родителями3 среди близких родственников. Очевидно, эта жизнь была для Него лучшей средой возрастания и приготовления к высшему служению, которое потребовало от Него оставить обычную жизнь.

Подвиг Своего служения Христос начал крещением, постом и отвержением диавола. Нам трудно сказать, насколько все это нужно было Самому Христу, как Человеку; но мы знаем, что все это нужно было для нас... Крещение Господне было явлением Пресвятой Троицы, предосвящением во Христе всей человеческой природы и водной стихии, тем самым крещение Христово было предустановлением нашего таинства крещения... Пост Христа утвердил для нас всю необходимость поста для самоиспытания и духовной сосредоточенности. Три искушения Христа показывают нам три главные искушения людей — материальными благами, тщеславием и властолюбием. Христос отвергает их не силой Своего всемогущества, и не просто прогоняет диавола, но противопоставляет ему три изречения Писания, на которые мог бы опереться каждый человек: «Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих»4 (Втор. VIII, 3), «Не искушай Господа Бога твоего!» (Втор. III, 16), т. е. не используй божественных даров для тщеславия. «Господу Богу твоему поклоняйся и Ему единому служи», (Втор. VI, 13). Никакие блага мира не должны нас заставить поклониться злу.

Служение Христа было проповедью истины. Мы не можем не заключить из этого, что проповедь Истины

______________

            3 Иосиф по закону и в житейском отношении был отцом Христа. Стоит обратить внимание и на то, что Пресвятая Дева Мария прожила тридцать лет со Христом, как мать и хозяйка дома.

            4 Под «словом, исходящим из уст Божиих» можно понимать Святое Писание или вообще всякую истину и мудрость, которая открывается нам Богом. Человек должен питаться истиной, как духовным хлебом; он не может жить без нее.

         342

 

 

есть самая высокая деятельность, доступная человеку в этом мире. Слово истины есть главное оружие в борьбе за добро. Простой беседы было достаточно для Христа, чтобы говорить об Истине. Он не брезгал и пиром грешника, чтобы иметь возможность учить людей. Одновременно с проповедью Христос исцелял, утешал, кормил голодных, изгонял бесов. Проповедь была деятельностью Христа; делание добра не было планомерной Его деятельностью: Он делал добро каждый раз, как был к тому повод. Очевидно, это есть общий закон для всех живущих в этом мире: имея свою деятельность, делать добро, когда только это возможно...

Люди считают, что господствовать неизмеримо лучше, чем служить. Но Христос пришел, чтобы служить, а не господствовать, и говорил, что блаженнее давать, чем получать. В служении мы обогащаем других, делаем их более совершенными и счастливыми и обращаем их к любви; таким образом, отдавая свое и себя, мы приобретаем тех, кому мы отдаем себя. Так и Христос Своим служением приобрел Церковь, в которой миллионы людей отдают себя Христу.

Христос имел учеников; Он был Посланником от Бога, чтобы и других посылать в мир. Сам будучи Образом Божиим, Он хотел запечатлеть Свой образ во всех людях и приобщить их Себе... Дух христианства есть дух посланничества, миссии, учительства, деятельного влияния. Замкнуться в себе значит изменить Христу.

Христос принимал все естественные связи, которыми люди живут на земле. Он не отвергал ни семейных или родственных отношений, ни дружбы, ни родины. Но замечательно, как Христос возвышает духовные связи над естественными. Ученики Христовы — больше чем Его родные; соблюдающие слово Божие блаженнее Его матери. Родной народ Его останется в значительной мере вне Царства, множество же людей «с Востока и Запада» войдут в него, ибо будут иметь совершенную веру... Природные связи должны были бы совпадать с духовными (родные должны были бы быть и духовно близки), но духовное единство возможно и необходимо даже там, где нет семейной или национальной близости.

343

 

 

Христос не отвергал государства, но и не поклонялся ему. В прямую задачу Христа не входило, очевидно, добиваться политических или социальных реформ, но вряд ли слова Его «воздайте кесарево кесарю» (Мф. XXII, 21) означают только позволение платить налоги; их можно понимать шире, как заповедь исполнения гражданского долга, и в исполнении гражданских своих обязанностей всякий христианин без сомнения призван вносить христианский дух и христианское понимание человеческих отношений.

Христос, как человек, вырос в ветхозаветной церкви и никогда не отвергал Ветхого Завета в целом. Он видел в нем путь к Царству Божиему, которое Он основал Своим пришествием. Высочайшие устремления ветхозаветного духа нашли свое осуществление во Христе; тем самым все, что было ограниченного в Ветхом Завете, должно было отпасть. Ветхий Завет многое допускал, снисходя к «жестокосердию» людей; Христос ставит мерою жизни в Своем Царстве совершенную правду5. Ветхий Завет обращает главное внимание на поведение человека; Христос считает более важным внутреннее состояние человека. Ветхий Завет связан преимущественно с еврейским народом, который должен был дать возможность Христу найти на земле хотя бы пятьсот учеников, способных стать закваской Церкви; но Христос хотел ввести в Свое Царство не только весь Свой народ, но и все человечество. Христос принял догматическое учение Ветхого Завета, но восполнил его великой истиной о Пресвятой Троице и о Своем вочеловечении. Христос принимал ветхозаветную иерархию, которая должна была бы первая войти в новозаветную Церковь; но Он осуждал ее порочность и совершенно отверг ее, когда она восстала против Него. Христос участвовал в богослужебной и обрядовой жизни Своего народа, но Он подчеркивал, что обряды и обычаи законны только, поскольку они религиозно целесообразны, т. е. способствуют духовной и нравственной жизни. Христос давал

_____________

            5 Например, Христос отменяет развод, допущенный по снисхождению Моисеем. Христос совершенно отвергал все человеческие обычаи, выдуманные для ослабления строгости закона.

         344

 

 

новое содержание молитве и внушал, что молитва должна быть так же проста и дерзновенна, как обращение детей к отцу. Большую часть Своего времени Он отдавал проповеди, общению с людьми, работе, что не исключало, конечно, постоянного внутреннего общения Его с Отцом.

Христос предустановил церковные таинства, которых вообще не было в Ветхом Завете...

Христос дал миру то, чего в мире не было: прежде всего Самого Себя и в Себе единство с Богом и людьми, новую человеческую природу, новую, ведущую в вечность жизнь, Царство Божие, т. е. единство Бога и людей. Он даровал нам Духа Божия, Духа Любви и Истины. Но Христос не хотел разрушать и отвергать всего того, что Он нашел в мире: все доброе должно быть благословлено, так как оно от Бога, все раненное или ограниченное злом — по возможности исцелено и улучшено, ибо все доброе ведет к Царству Христову. Однако, из Нового Завета совершенно очевидно, что главное для Христа было создание внутреннего духовного мира, в котором человеческие души были бы соединены друг с другом и с Богом в единой истине, правде, святости, любви, красоте. Христос почти ничего не говорит о формах церковной жизни, но открывает нам всю глубину ее духа. Христос говорит об истине и знании, но упоминает лишь о Св. Писании, не говоря ни о других книгах, ни о науке. Христос показывает путь святости, правды и любви, но дает лишь самые общие указания о внешнем поведении. Христос ничего не говорит об искусстве, но в образе Бога и человека, который открыт Им, явлены основы всякой красоты... Из этого не значит, что Христос враждебно относился ко всем формам нашей земной жизни, отрицая их во имя чистой духовности, но Он знал, что люди умеют сами создавать внешние формы жизни и беспредельно увлекаются и хвалятся ими, сущность же духовной жизни для них едва доступна. Подлинная духовная действительность есть для Христа общая жизнь с Богом и людьми в любви, истине и святости, а не внешнее благочестие, благонравие, государство, наука, искусство и т. п., хотя они и необходимы на земле;

345

 

 

люди же слишком часто живут всем этим, думая, что тем самым они уже духовны. Главная цель Христа была, несомненно, показать нам всеми способами подлинное, духовное содержание жизни, по сравнению с которым все остальное второстепенно.

Христос был Праведником, и праведность Его была прежде всего внутренней святостью. Поклонники пышного, формального благочестия соблазнялись тем, что Христос был простым плотником, жившим в Галилее, которая не славилась утонченным фарисейским законничеством; что Он нарушал субботу, ел и пил с грешниками, не постился по-фарисейски и т. д. Вместе с тем, Христос лишь не считался с человеческими условностями, в действительности же и малейший поступок Его был всегда праведен. Самая внешность Христа настолько отражала Его святость и чистоту, что грешники каялись, видя Его, и все, кто не были одержимы к Нему злобой, невольно относились к Нему с уважением.

Последним событием в жизни Христа перед Его крестной смертью был торжественный Его вход в Иерусалим. Значение этого события в том, что даже в нашем злом мире добро может одержать временную победу и быть прославлено; следовательно, не должно быть места полному пессимизму даже в пределах земной истории. Однако, победа и слава добра в этом мире непрочны. Если Христос едва один день пользовался признанием толпы, то кто из христиан может требовать большего?

Христос умер распятый по ненависти иудеев. Но и во всей жизни Своей Он переносил огорчения, немощи, страдания, гонения, вражду, которыми полон падший мир. Христос и терпел зло, и применялся к его последствиям, и боролся с ним. Крестный путь Христа не только имел глубочайший искупительный смысл и был победой над всемирным злом: он был освящением и просветлением крестного пути всех людей. Если мы постигнем смысл всего, что перенес Христос, и поймем Его отношение ко злу, мы примем, что крест неизбежен в этом мире, что Христос разделяет с нами его тяжесть, что положительная жизнь возможна даже в тяжких усло-

346

 

 

виях, что крест с помощью Божией сам может быть спасителен для нас, что, страдая подобно Христу, мы становимся достойными Его Царства. Таким образом, вся земная жизнь человека — и в ее положительных формах и силах, и в ее крестном ограничении и трагизме оказывается проникнутой, благодаря Христу, высшим смыслом и божественной силой.

Если во Христе человеческая жизнь получает свой истинный смысл и цель, то следовать жизни и учению Христа значит жить осмысленно и соответственно подлинному назначению человека. Следовать Христу есть первая ступень христианства; высшая же — жить Им, подобно тому, как Он жил нами, как бы отождествлять себя с Ним и, следовательно, с тем идеалом жизни, каким Он Сам жил.

 

VIII

Если Христос был Богом и человеком, это не значит, что в Нем сочетались две самостоятельных личности — одна божественная, другая человеческая. Невозможно, чтобы два личных существа соединились в одну личность. Мы знаем соединение нескольких лиц в одно существо, но не в одно лицо. Так Отец, Сын и Святой Дух есть одно Существо, но не одна личность; муж, жена и дети составляют одну семью, но не одного индивидуума. Следовательно, Христос не есть сочетание Сына Божия с особой личностью человека Иисуса. Личность или «я» во Христе одно, это вечная ипостась6 Сына Божия, Который Сам стал человеком и жил по-человечески в человеческой природе. Один и тот же Сын Божий есть и Бог и человек. Поэтому Писание говорит, что Сын Божий родился от жены (Гал. IV, 4) или что Господь Бог приобрел Церковь Своей кровью (Деян., XX, 28).

Христос, как Богочеловек, обладал предельной полнотой жизни. Все блага были в Нем извечно в Его Божестве, и Он возрастал в них, как человек, по мере роста

______________

            6 Ипостась значит то же, что личность.

         347

 

 

Своей человеческой природы. Все человеческое во Христе было приобщено божественному, как бы возвышено до божественного бытия.

Христос есть Сын Божий и как Бог и как человек: Он происходит от Отца в вечности, но и как человек, Он рождается силою Духа Божия от Матери, которая сама происходила через многие поколения от Адама, сына Божия. Личное отношение Христа к Отцу обнимает и человеческую Его жизнь. Когда Господь говорил: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею и всем разумением твоим и всею крепостию твоею» (Мр. XII, 30), то Он, очевидно, говорил то, что Сам переживал всем Своим существом. Кто может сомневаться, что Бог-Отец любил Своего Сына и в вочеловечении? Конечно, и к Человеку-Иисусу относились слова Отца: «Сие есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мф., III, 17), ибо этот Человек был совершеннейшим из творений Божиих, более достойным любви Божией, чем вся вселенная, которой любовался Бог, когда сотворил ее. Как мог не любить Он Того, Кто возлюбил Его даже до крестной жертвы? Поэтому одесную Отца, в божественной славе воссел по вознесении не Сын Божий только, но Богочеловек. Если Сын Божий во всем всегда следует Отцу, то вся земная жизнь Христа направлена только к тому, чтобы исполнить волю Отца, творить Его дела, учить Его истине, прославлять Его в жизни и в смерти. Христос есть Посланник Божий более даже, как человек, чем как Бог, ибо Сын Божий в качестве Логоса и Премудрости Божией всегда был и действовал в мире, но Спасителем и Искупителем Он стал, сделавшись человеком... Христос и по человечеству знает Отца: если бы Он не знал Его, Он не мог бы благовествовать о Нем.

Сын Божий есть Премудрость Божия, но апостол Павел учит также, что Господь «сделался для нас премудростью от Бога, праведностью и освящением и искуплением» (I Кор., I, 30); очевидно, сделался в качестве человека... Сын Божий есть Слово — Логос Отца; но «Слово стало плотью» (Иоан. I, 14) и потому и человеческий разум, и слово Христа содержали и выражали в себе божественное Слово. Сын Божий есть Образ

348

 

 

Отца, но Христос восстановил и в Своей человеческой природе совершенный образ Божий, каким он должен был быть присущ нам изначально. Христос был Господом — не только как Бог, но и как человек. Он был единородным и по человечеству Своему, потому что нет второго Богочеловека. Он был не только Перворожденным всей твари (Кол. I, 15; т. е. рожденным прежде творения мира), но и Первородным между братьями (Рим. VIII, 29) и Первенцем из умерших (I Кор. XV, 20), т. е. первым Христианином или первым Человеком и первым воскресшим для вечной духовной и телесной жизни.

Замечательно, что Новый Завет приписывает божественные свойства Христу, как Сыну Человеческому, говоря, что Сын Человеческий прощает грехи, спасает людей, явится в божественной славе во втором пришествии. И апостол Иоанн, и апостол Павел говорят о Небесном Человеке, или об Агнце, закланном от создания мира. Это не значит, что человеческая природа Христа существовала вечно. Однако, Сын Божий в вечности предвидел Свое вочеловечение, а потому в Нем всегда был замысел Его человеческой природы и жизни. В этом смысле Сын Человеческий действительно сошел с неба, а равно еще и в том, что Человек-Христос по личности был Богом.

Если Сын Божий извечно неразлучен от Духа и исполнен Им, то Дух Святой исполняет и человеческую природу Христа и всегда пребывает в Нем. Самое слово «Христос» значит «Помазанник», ибо Христос всецело помазан, т. е. исполнен Святого Духа, о чем Бог пророчествует еще в Ветхом Завете... Христос живет Святым Духом. Он зачат Богородицею Его силою, крещен Им, возведен в пустыню; Его силою Христос творит чудеса, изгоняет бесов, проповедует; Духом Святым Христос «принес Себя непорочного Богу» (Евр. IX, 14), Духом Он оправдан и воскрешен (1 Тим. III, 16; Рим. VIII, 11). Христос дарует Духа и как человек, и Дух Святой, как Его Дух, Дух Премудрости и Истины, продолжает на земле все дело Христа.

Богочеловечность Христа обнаруживается, несомненно, и в Его отношении к людям. Христос обращен к людям всем Своим существом, всей Своей любовью и

349

 

 

разумением; Он проникает в душу каждого человека, зная все, что в нем происходит; Он пребывает во всех нас, берет на Себя грехи всех, восстанавливает в Себе образ каждого человека. Но мы знаем по опыту, как ограничена наша возможность единения с другими людьми; чужая душа открывается нам с трудом; с неменьшим трудом мы расширяем круг людей, с которыми действительно можем жить общей жизнью. Очевидно, что и любовь, и знание Христовы потому могли быть всеобъемлющи, что они были проникнуты божественной силой.

Тело Христа имело огромное значение в Его богочеловеческой жизни. Его чудеса, преображение, воскресение, вознесение были связаны с Его телом, и в них проявилась Его божественная сила, власть над природой, Его мудрость, милосердие и слава. Все чудеса Христовы имели духовное значение и, вообще, через Свое тело Христос открывал Свое Божество. Нельзя забывать, что слово проповеди, которая имела такую важность в жизни Христа, было, — как всякая человеческая речь, — духовно-телесным явлением. Но и вся внешняя жизнь Христа имела поучительное и символическое значение, почему Церковь с таким вниманием отмечает каждое событие в земной жизни Христа. Бог делается предельно доступным людям, поскольку Он стал плотью. Крайняя форма этой доступности — установленное Христом таинство причащения Его тела и крови, через которое мы приобщаемся Ему Самому и сокрытой в Нем вечной жизни... Божественная сила Христа восполняла естественную ограниченность Его телесных сил и преодолела и самую смерть.

Благодаря Своему телу Христос был в непосредственном общении с материальным миром и положил начало одухотворению и освящению и наших тел и всей природной стихии. По убеждению Церкви, самое пребывание Христа в природном мире внесло в него начало святости и духовности; со времени пришествия Христова может быть и святая вода, и святая земля, и святое миро, и святые мощи, и все вообще материальное может быть изъято из-под власти зла и стать носителем Духа.

Совместимость высочайшей духовности Бога с пло-

350

 

 

тяностью твари с особой силой открывается во Xpисте. Недаром апостол Павел говорит, что в Нем «вся полнота Божества обитала телесно» (Кол. II, 11; ср. I Ио., I, 1-3).

 

IX

Как возможно соединение божественного и человеческого во Христе? Оно возможно благодаря сообразности Бога и человека. Человек подобен Богу, как личность, обладающая свободой, сознанием, нравственной, познавательной и творческой жизнью; как дух, могущий возвышаться над временем и пространством и господствовать над природой. Люди подобны Богу и тем, что могут составить одно существо, не переставая быть многими своеобразными личностями, подобно единосущной Троице. Абсолютные совершенства Бога выражаются в ограниченных совершенствах человека, если только человеческая природа сохранена от зла и подчинена Богу. Во Христе мы как раз и видим эту чистоту человеческой природы и полное подчинение ее Божеству. Все высшие свойства Бога открываются во Христе в формах человеческой природы и жизни... Как Логос Божий, Христос был всегда близок твари и особенно человеку, ибо в Нем извечно содержатся идеи всего сущего и каждого человека, и через эти идеи-слова Сын Божий извечно пребывает и действует в мире и во всех людях, поэтому нет ничего неестественного, что Он Сам стал человеком.

Есть аналогия между отношением божественного к человеческому и духовного к телесному. Если божественное сочетается с тварным, то тем более духовное сочетается с телесным! Человек есть воплощенный дух, поэтому одной из целей боговоплощения было установление правильного соотношения между душой и телом, преображение тела и утверждение вечной связи между человеческой душой и телом. Вся внешняя жизнь Христа выражала Его внутреннюю жизнь. Тело Христа находилось в полном подчинении Его духу и было послушным орудием Его деятельности в этом мире. Христос постоянно подчеркивал, что тело должно быть подчинено ду-

351

 

 

ше, ибо душа неизмеримо важнее, чем тело. То рабство телу и всем его потребностям, в котором мы все живем на земле, казалось Христу неестественным и ненужным даже для самого тела: Бог заботится о нас более, чем мы сами, особенно если мы живем верою. Бедность и гонения заставили Христа испытывать телесные страдания и лишения, но преднамеренная аскеза занимает подчиненное место в жизни Христа; мы знаем только о сорокадневном посте Его после крещения. В воскресшем теле Христа мы видим образ одухотворенного тела человека, которое при всей своей действительности не нуждалось в пище и не подчинялось нашим законам пространственной ограниченности.

 

X

Христос даровал нам возможность вечной жизни. Жизнь в новозаветном понимании не есть просто бытие: можно быть — и духовно и телесно болеть, т. е умирать; умирание есть потеря сил и способностей, внутреннее разложение (одинаково духа и тела), разрыв с Богом, людьми и миром, вообще — умаление, распадение, искажение бытия. То, что мы называем жизнью, часто на самом деле есть умирание; жизнь во зле есть умирание. Истинная жизнь есть стремление к совершенству, к благу, к развитию бытия, следовательно, к единению с Богом и со всем, что есть положительного во вселенной. Мы должны не просто вечно быть, но вечно жить, т. е. жить в Боге, жить в Вечном, в Нем обладая и всем остальным сущим, всеми благами. Жизнь есть любовь, знание, гармония, рождение, творчество.

 

XI

Нет жизни вообще; есть живые существа, творчески осуществляющие свою жизнь; жизнь духа совершается в свободе и ответственности. Свобода есть способность личности к самоопределению и самостоятельному почину в жизни; тем самым свобода есть внутренняя

352

 

 

независимость от чужой воли или действия. Где нет свободы, — нет ни личности, ни духа, но вещь или машина.

Очевидно, что Христос обладал свободой, и, носитель свободы, свободное «я» Христа было одно – Его божественная личность. Однако осуществление свободы не могло быть одинаково в божественной и человеческой жизни Христа. Жизнь каждого божественного Лица всецело определяется Им Самим; никто и ничто не может стеснить Его свободы. Напротив, человеческая свобода осуществляется, отстаивая себя от всяких стеснений: от нашей природной ограниченности, от мира и людей, от зла... Свобода не есть произвол, т. е. действие, не оправданное ничем, кроме собственного желания. Мы стоим перед действительностью, которая имеет присущий ей закон бытия, свою истину. Таким образом, свобода стоит перед истиной и может следовать ей или идти против нее. Христос говорил иудеям: «Познаете истину и истина сделает вас свободными» (Иоан. VIII, 32). Способность свободы не от истины, но истина, будучи светом, открывающим нам бытие, дает свободе возможность действия и широты. Только в истине свобода осмыслена и положительна. Ложь обольщает нас и ведет к ошибкам и гибели. Пребывая в совершенной истине, Бог обладает и полнотой свободы. Но для человека нелегко знать истину и трудно следовать ей, потому что действительность полна лжи и зла. Однако Христос знал истину и как человек, и потому был свободен от ошибок и зла. Христос принес в мир закон, который апостол Иаков назвал «совершенным законом свободы» (Иак., I, 25), потому что он обращен к свободе человека и хочет утвердить его в добре без насилия. Он принимал и все порядки мира, если они не были злы; но Он не считал обязательными ни законов, противоречивших божественным установлениям, ни внешних порядков, лишенных целесообразности. Христос признавал современную Ему церковную и гражданскую власть, но с тем же ограничением, — нет власти выше Бога и Его правды. Христос несомненно не считал Себя связанным ничем мирским; Он признавал одну только власть истины и любви, и служил им всей силой Своей свободы. Он был свободен от мира и в том смысле, что не подчинялся за-

353

 

 

ботам и страхам, которые сковывают большинство людей. Он ужасался греху, страданиям и смерти, но шел Своим путем им навстречу.

Ветхий Завет пророчески говорит о Христе, как о Рабе Сущего (т. е. Бога-Ягве; Ис. 4, III и др.: ср. Фил. II, 7). Что значит это рабство? Оно означает добровольное отдание Себя всем: не только Своему Отцу и Духу, но и всем людям, даже до приятия их грехов, злобы и развращенности, страданий и смерти. Но Христос подчеркивал свободу Своего подвига и возможность, при желании, отказаться от него и уничтожить Своих врагов, если бы только это было совместимо со спасением человечества. Рабство Христово есть по существу рабство любви и истине, рабство свободе, потому что благодаря ему вся тварь может достичь Царства свободы, любви и истины.

Многие недоумевают, почему Христос не основал Своего Царства Своим всемогуществом. Но для Христа подлинно и ценно в человеке только свободное; вынужденное неценно и ложно. Он никого не заставлял быть добрым, потому что это невозможно: никто не может быть спасен против своей воли. Христос положил Свою жизнь, чтобы стать Путем для всех, кто ищет истинную жизнь; те, кто не ищет ее, добровольно идут путем смерти... Свобода есть основа не одного зла, но и добра; без свободы нет добра. Поэтому и Богу, и Христу, и Церкви нужны только свободные, нужны дети, братья, друзья, и не рабы.

 

XII

Жизнь в добре свободно осуществляет истину. Что есть истина? Этот вопрос задавал Христу Пилат, и иногда говорят, что Христос не мог на него ответить. Но Пилат и не ждал ответа, так как вероятно думал, что истины нет, или есть столько истин, сколько точек зрения. Для Христа истина была Он Сам, потому что Он есть совершенное явление Бога и человека... Многие полагают, что истина есть наше знание, какое-либо чело-

354

 

 

веческое учение или идеология; но истина есть само сущее, явленное нам, как оно должно быть.

Бог есть Истина, потому что Он есть Сущий, всецело знающий Себя. Бог есть Свет, потому что сущность и явление в Нем тождественны. В личном образе Бог открывает Себя в Своем Сыне или Слове. Сын Божий есть живая и личная Истина Божия, в которой содержится и замысел всего сущего... Знание Христа есть вечная жизнь, не только потому, что Он есть Путь к ней, но потому, что знать — значит быть в общении, и, следовательно, знание Христа есть вхождение в полноту божественного бытия... Поскольку Сын Божий стал человеком, познавая Его как человека, мы проникаем и в Его Божество. Христос имел человеческий разум и несомненно пользовался всеми человеческими способами познания. Но человеку естественно искать знание в Боге, а Христу было открыто все божественное знание. Поэтому самый человеческий ум Христов был исполнен божественной истины. Проникая в содержание мыслей Христовых, мы постигаем мысли Божии. Никто не может судить учение Христа, потому что никто не может быть выше Него умом. ...Будучи идеальным человеком, Христос заключал в Себе совершенную истину о природе, жизни, назначении и судьбе человека. Таким образом, наше знание о Боге и человеке достигает через Христа предельной полноты, доступной нам на земле, но, конечно, мудрость Христова уже сама по себе для нас неисчерпаема.

Учение Христа дополняет то, что мы созерцаем в Нем Самом, и учение Его не есть просто ряд мыслей о Боге, мире и т. п., но свидетельство истины, как бы словесный образ ее. Поэтому слова Христовы сливаются с Его жизнью, Он живет в них так же, как в Своих делах. Слово Христово, как и все Его бытие, происходит от Отца; оно есть «дух и истина», и исполнено благодатной силы. После отшествия Христа из мира оно даруется нам Святым Духом. Если извечное Слово Божие имеет миротворческую и мироустрояющую силу, действие которой непреложно и неизменно, несмотря на все изменения в мире, то слово Христово есть источник веч-

355

 

 

ной жизни: в нем открыта и заключена истина, освящающая и преображающая человека своим внутренним действием на нашу душу и жизнь; оно есть семя христианской мысли и жизни. Глубокое восприятие нами слова Божия есть условие вселения в нас Бога. Бог пребывает в Своем слове, ибо Бог есть Истина; слово Христово есть излучение Его существа, через которое Он действует в нас...

Проповедуя, Христос знал заранее, что немногие станут действительно Его учениками. Но действие слова Божия таинственно; недаром Христос уподобляет его зерну: нельзя сказать сразу, какое зерно прорастет, и какой силы растение из него вырастет. Христос проповедовал даже среди враждебной Ему толпы, хотя и говорил, что есть степень тупости и злобы, перед которой проповедь бессмысленна и опасна. Некоторые могли воспринимать только притчи, смысл которых медленно раскрывался им. Иные верили Христу сразу, убежденные не столько логикой, сколько силой духа Христова, который выражался в Его речи, делах и самом Его внешнем облике.

Очевидно, что истина и мудрость неразрывны во Христе с правдой или законом жизни. Христос есть Правда или Закон, хотя закон не насилия и формализма, но свободы и любви. Праведность есть и святость. Сущность святости в соответствии божественному закону правды; святым мы называем также то, что посвящено Богу и в чем таинственно присутствует Его сила. Последнее понятие святости может относиться и к вещам (например, иконам, сосудам, святой воде), которые, разумеется, не могут быть праведными. Но духовному существу недостаточно быть посвященным Богу и иметь благодатные дары: и посвящение, и дары Божии служат лишь к осуждению, если из них не следует искренняя праведность, т. е. сообразность Богу... Бог свят, ибо жизнь Его совершенна. Христос свят как Бог, но и как человек, Он всецело посвящен Богу и исполнен Духа, и в человеческой Своей жизни Он явил нам совершенный пример праведности, соблюдая все заповеди Отца.

356

 

 

XIII

Первый вопрос, перед которым стоит всякое свободное существо: — хочет ли оно жить исключительно самим собой, своей личностью, своим произволом, своим мнением, или оно видит благо не только в самом себе, но и в других, и в действительности, как она положительно существует в ее объективной правде? Первый путь есть путь гордости и одиночества, противопоставления себя всему другому, путь произвольного изобретения своей собственной истины и красоты, своего добра (т. е. безобразия и зла). Второй путь есть путь смирения... Смирение понимается обычно очень односторонне — не по существу, но в его аскетическом выражении — как самоунижение, вменение себя в ничто, подчеркивание своей греховности. Но сущность смирения, как основы всей нравственной жизни, есть беспристрастная оценка себя и всего в свете абсолютной правды, обращенность ко всему сущему, хотя бы малейшему, как к благу, общения с которым мы ищем не потому, что оно необходимо для нашего собственного существования или выгодно нам, или дает нам наслаждение, но только потому, что оно само по себе ценно. Мое благо во всем благом, моя жизнь в единении со всеми, моя истина и добро и красота есть единая для всех истина, добро и красота, моя ценность измеряется общей мерой, — вот сущность смирения... В Самом Боге нет ни гордыни, ни самоутверждения в одиночестве, ни произвола. Рождая Сына и изводя Святого Духа, Бог-Отец не превозносится над Ними, потому что Он — Первоисточник Их бытия; напротив, вся Пресвятая Троица равночестна, и каждое Лицо Ее живет в других и для других в блаженстве триединой жизни. Христос не стыдится послушания Отцу, ибо и самая жизнь Его от Отца, и воля Отчая праведна; жить в Отце есть высшее для Него благо. Христос смиренно принимает крещение от Св. Духа, Его силою творит чудеса и приносит Себя в жертву.

Как Бог, Христос имеет всеблаженное бытие, несоизмеримое с тварным и не нуждающееся в твари; Он недоступен и непостижим для нас в Своей совершенной природе и жизни с Отцом и Духом. Но в неизре-

357

 

 

ченном Своем смирении Он творит мир, зная, что мир взбунтуется против Него, и что Он должен будет спасти его ценой беспредельного унижения и истощания7. Что кроме смирения и любви могло привести Христа к воплощению и кресту? Какую любовь должен иметь Бог, чтобы претерпеть смерть ради спасения падшей и злобствующей против Него твари! Если люди сомневаются, нужен ли им Бог, то Бог не сомневается, желая даровать нам общую с Ним жизнь.

Будучи Сам Премудростью Божьей, Христос видит мудрость и красоту в природе, в Писании, в обыкновенной жизни людей8; Он готов принять обличение даже от злого раба. Христос не пренебрегает никаким человеком: ни верностью рыбаков, избранных Им, ни детьми, ни простой семьей Лазаря, ни угощением мытарей и фарисеев, ни помазанием и слезами грешницы. Он ценит всякое добро, до чаши холодной воды или лепты вдовицы. Сын Божий не почел позорным пребывать как Логос, даже и в падшей твари и быть ее предвечным Агнцем-Искупителем. Извечная смиренная любовь Христа к твари осуществилась в особой форме в земной Его жизни; но излишне об этом говорить: пусть каждый вспомнит Евангельскую историю от благовещения до вознесения... Величайшее выражение смирения Христова есть, конечно, Его крестная смерть... Каждое проявление смирения Христова объясняется Его снисхождением ко всему живому — последнему грошику, малейшему добру. Но смирение Христа не мешает Ему утверждать Свою божественность и Свое превосходство над всеми людьми, именно потому что смирение не есть обесценивание себя, но отказ от обесценивания других. Почему же Христос отказывается тогда от проявления на земле Своего всемогущества и утверждения Своего господства и славы? Очевидно, потому что хочет явить божественную высоту смирения, так презираемого людьми: оно есть основа

______________

            7 Истощанием или кенозисом в богословии называется добровольное подчинение Сына Божия человеческим условиям существования с его ограничениями, страданиями и смертью.

            8 Громадное большинство притчей Господних или сравнений, Им приводимых, взято из обыкновенной человеческой жизни.

         358

 

 

добра, как гордость — основа зла. Полнота бытия принадлежит смиренным, ибо они готовы возлюбить все сущее. Гордый хочет жить одним собой, но опустошает и себя.

Почему смиренные избегают внешней борьбы со злыми? — Потому что они и в них готовы видеть частично добро, и опасаются погубить добро вместе со злом. Подлинное смирение проявляется именно в том, что Бог, Христос и Его ученики не считают, что злые должны быть уничтожены или не должны были бы даже родиться; только зло, как таковое, должно быть уничтожено. Во всем сущем есть хоть капля добра и потому Бог творит и терпит даже тех, кто заведомо станут злыми.

 

XIV

Любовь естественно возникает из смирения, потому что естественно любить то, в чем признаешь для себя благо. Любовь есть стремление жить единой жизнью с любимым, отдавая ему себя, обладать им. Только тот подлинно любит Бога, людей, истину, добро, красоту, кто не только что-то берет от них и пользуется ими, но кто и отдает себя им. Однако, справедливо, что любовь есть и обладание, ибо если я не обладаю чем-либо, то как я могу быть единым с ним? Справедливо также любить себя, так как естественно хотеть обладать и жить собой. Ненависть к себе есть путь самоубийства. Ненависть к себе, о которой говорит Евангелие, есть или ненависть к своей греховности, или готовность жертвы ради любви к другому. Дурное себялюбие начинается, когда любовь к себе исключает любовь к другому.

Любовь есть основная сила жизни. Если никого и ничего не любить, ни даже самого себя, то для чего жить? Всякий акт жизни есть отношение к чему-то, но без любви он бездушен. Если любовь есть положительное и всецелое устремление к любимому, то она есть тем самым совершенный акт жизни. Мы все знаем, что отношения, проникнутые любовью, или дело, сделанное с любовью, бывают наиболее совершенными.

359

 

 

Сын Божий исполнен любви к Отцу и Святому Духу. Но Он любит и тварь, творит ее, промышляет о ней и становится ее Спасителем. На земле любовь Божия действует во Христе совместно с человеческой, сообщая ей ту безграничность и силу, на которую не способен человек... Христос любил Свою мать и Своих родных, но духовная семья людей, соединенных в Боге, для Него выше семьи плотской (разумеется, христианская семья может быть и духовной семьей)... У Христа были друзья; вероятно, эти особенно дружеские отношения возникали с теми, кто проявляли ко Христу особую восприимчивость, как апостол Иоанн или Мария, сестра Лазаря. Иоанна Крестителя Христос как бы почитал; связь между Ними была исключительно глубока и таинственна, как впоследствии связь между Христом и апостолами, особенно Петром, Иоанном и Павлом. В течение земной жизни Христа апостолы были для него прежде всего учениками. Однако, между учителем и учениками не было даже и намека на чисто «деловые» отношения: любовь и привязанность их была всестороння, человечна и божественна, проста и глубока. Христос как бы все более входил в души Своих учеников, пока жизнь их окончательно не соединилась с Его жизнью, в едином с Ним Духе и любви... Христос любил Свой народ; видя его отступничество и предвидя его бедствия, Он сокрушался О нем; женщинам, плакавших о Нем, Он говорил, чтобы они лучше плакали о себе и о детях своих. Христос молился даже за распинавших Его соотечественников... Однако Христос не пропускал случая, чтобы подчеркнуть, что хорошие люди есть во всех народах, что многие иноплеменники даже лучше евреев, и что все люди могут быть достойны войти в Его Церковь.

Христос был окружен толпами. Он знал цену толпе, но видел в ней людей, нуждающихся в духовной и телесной помощи и не могущих ее найти. Христос учил, кормил, исцелял, воскрешал, изгонял бесов, утешал, устрашал, обличал, радовал, спасал. Им двигало сострадание и желание словом и делом направить людей на путь истинной жизни. Любовь, одушевляющая добро, должна быть внутренне осмыслена высшим идеалом.

360

 

 

Поэтому Христос говорил о добре во имя Божие или во имя Его Самого или даже во имя пророка. Любовь должна иметь цель и содержание. Мы соединяемся друг с другом не вообще, но в чем-то определенном: чем оно выше и содержательнее, тем выше и прочнее наша связь; поэтому самое совершенное единство между людьми есть единство во Христе... Делая добро, Христос не требовал благодарности, хотя считал ее естественной и правильной.

Если всякое несчастье вызывало сострадание Христа, то особым было его отношение к грешникам: не оправдывая греха, Он любил грешников особой любовью и заботился о них больше, чем о праведниках9. Ради грешников Он и пришел в мир... Мерою любви может быть любовь к врагам, ибо она предполагает такую силу смирения и самоотвержения, которая оказывается сильнее открыто направленного против нас зла. Злые не могли духовно победить Христа, возбудив в Нем ненависть к себе, т. е. духовно отравив Его. Ненависть должна быть направлена на зло; ненавидеть злого значит смешивать добро и зло, потому что в злом есть и доброе.

Христос не только сострадал, но и сорадовался. Более всего Он, конечно, радовался спасению мира, хотя оно и совершалось ценою Его страданий и смерти. Но Он радовался также о каждом кающемся грешнике, о каждом добром деле, сорадовался родителям, получающим своих детей исцеленными от болезни или греха, рождению ребенка, свадьбе, пастуху, нашедшему овцу, и даже женщине, нашедшей монетку.

Было бы неправильно думать, что любовь Христова относилась только к людям, которых Он встречал, и что Он обращал внимание только на внешнюю судьбу их. Любовь Христа распространялась на всех людей всего мира и всех времен, и целью ее было преображение и воссоединение всего человечества и приведение его к Богу. Сострадание и сорадование Христа имели прежде

_____________

            9 Самое слово «праведник» («не имеющий нужды в покаянии»!) звучит в речи Христа часто почти иронически, потому что такой праведник есть самодовольный фарисей, которому так же трудно помочь, как больному, уверенному, что он здоров.

         361

 

 

всего духовный характер: главное несчастье человека есть зло, и счастье его — в богатстве духовной жизни. Поэтому главная забота Христа была о том, чтобы открыть всем возможность избавиться от греха и найти путь, ведущий в Царство Божие.

Любовь есть и средство, и сущность спасения. Средство спасения, потому что только любовь может проникнуть в самую глубину другого, увидеть его идеальный облик, как бы он ни был искажен и загрязнен; только любовь может пережить жизнь другого и отдать для него свои силы и самую жизнь. Спасение другого есть величайший труд, требующий величайшего духовного напряжения, не говоря о внешних усилиях, необходимых, чтобы помогать другим. Мы обращаем внимание на то, что Христос ради нас умер, но еще прежде, чем умереть, Он отдал нам всю Свою душу и жизнь; любовь и есть та сила, которая способна все в нас обратить на служение ближним. Сила любви еще в том, что любящий, духовно обладая любимым, знает его; потому и Христос всегда знал все, что происходит в людях. Знание и освещает путь любви, и расширяется любовью, в пределе совпадая с ней.

Любовь есть сущность спасения, потому что в любви совершается и завершается духовное единство. Христос всех спас, потому что всех соединил в Себе любовью; любовью же Своей к Отцу и Духу Он соединил всех в Себе с Богом. Царство Божие есть царство любви, и Христос есть его средоточие. Во Христе мы приобщаемся той любви Божьей, которой живет Сама Пресвятая Троица. В этой любви Божьей заключено и существенное познание Бога и вместе вечная жизнь.

 

XV

Христос был совершен; совершенство есть сила. Слово «сила» вызывает в нас обычно прежде всего представление о внешней силе. Нет сомнения, что если бы человек стал выдумывать явление Бога на земле, он представил бы себе Богочеловека, как Царя, Который Своей божественной мощью подчинил Себе всех и силою Своею устроил царство идеального земного счастия. Но

362

 

 

Христос пошел иным путем. Внешним образом Он проявил Свою силу только в чудесах, показав возможность Своего господства над миром. Но Он явно не хотел использовать эту возможность. Его целью было явить силу духа в самом духе даже при внешнем бессилии, и это бессилие должно было обнаружить внутреннюю силу с особой яркостью... В чем же заключается духовная мощь Христа? — Это мощь свободы, истины, красоты, смирения и любви, мира и надежды, мощь святости... Свобода есть условие всякой внутренней силы. Раб может быть силен только как механический исполнитель чужой воли. Творческое усилие должно быть свободно, а жизнь Христа была великим творческим напряжением духа ради спасения мира. Сила Христа была и в Его независимости от мира; Христос не боялся никаких ужасов мира и не зависел, как мы все, от его соблазнов, полуправд и лжи. Он делал только то, что считал должным в свете божественной правды... Истина есть сила, потому что в ней совершенное знание; в ней невозможны ошибки и обман; в ней явлено самое сущее. Христос есть Свет, в котором каждый может достигнуть совершенной жизни; сама истина есть уже жизнь... Красота есть сила, потому что в ней открывается совершенство бытия. Христос привлекает людей, быть может, не меньше красотой Своего духовного облика, Своей жизни и учения, чем истиной или добром, и Царство Его прекрасно... Смирение есть сила, потому что смиренный не тратит себя на изживание обид, на угождение самолюбию и тщеславию; он открыт всему доброму, в ком бы оно ни было. Так и Христос мог всех соединить в Себе, никого не презирая, никого не отталкивая, даже злодеям кающимся открывая Свое Царство... Сила любви самоочевидна; в ней соединены все силы духа; она дает новое бытие, всех соединяет, как царица жизни. Вся жизнь Христа была любовью, совершающейся в истине; любовь привела Его в мир, любовь соединила вокруг Него Церковь; любовь и знание есть вечная жизнь, явление Бога на земле... Сила мира во внутреннем спокойствии и собранности, о которые разбиваются земные волнения, подрывающие нашу крепость и цельность... Сила святости в том, что она делает нас недоступными злу, подобно

         363

 

 

соли, сохраняющей от гниения. Святость Христова есть камень, на котором устрояется новый мир; всякий, пребывающий во Христе, становится свят.

Христос есть Царь, но Он не царствует внешней силой. Он не купил человечество «хлебами», не покорил его чудесами, не воспользовался злом или насилием, но воцарился в смирении и любви, силою духа и истины. Этой силе покоряются только те, кто хотят. Все, кто имеют в себе любовь и истину, рано или поздно поклонятся Христу. В этом залог победы Христа: все доброе принадлежит Ему.

 

XVI

Цель воплощения Сына Божия была не только даровать людям совершенное бытие, но и освободить их от зла. Это мог сделать только Бог, ставший человеком. Грешник потому и не может освободиться от зла, что он грешник. С другой стороны, человек не машина, чтобы его можно было починить извне: зло в человеке может быть преодолено только изнутри его свободы и природы.

Первое условие победы над злом есть существование добра. Безгрешность и бессмертие немыслимы и бессмысленны вне положительной жизни. Невозможно бороться со злом, не стоя в добре, да и зачем бороться со злом, если тем самым не утверждается добро? В болоте нашего падшего мира один Христос есть твердыня, на которой можно строить доброе. И важно то, что добро во Христе и Его Царстве есть действительное совершенное добро без всякой примеси зла. И без Христа люди могут возрастать в добре, но только во Христе добро осуществлено совершенно: Христос есть новый безгрешный Адам, новый Родоначальник святого человечества. Однако Христос хотел приобщить к Своей совершенной человеческой природе нас, грешных людей. Сделать это было возможно лишь приятием в Себя наших душ и полным очищением их в Себе, восстановлением идеального образа не только человека вообще, но каждого грешника. Таким образом, каждый из нас находит се-

364

 

 

бя во Христе очищенным и открывает свой путь к совершенству.

Христос сделал и большее: Он как бы совершенно отождествил Себя со всеми грешниками, принял на Себя все последствия наших грехов и искупил их. Грех несет с собой наказание; главное из них — разрыв с Богом и тварью. Грешник не может быть в нормальных отношениях с Богом, ибо грех есть противление и Богу, и Его закону, потеря сообразности Богу. Сам Бог не может быть близок к грешнику: зло исключает присутствие Божие; Богу отвратительно зло; что может делать Бог в сердце человека, одержимого злом? Богооставленность есть жизнеоставленность; человек духовно иссякает и изнемогает. Взяв в Себя грехи мира, Христос пережил нашу богооставленность, как Свою, и гнев Божий, к нам обращенный, принял на Себя. Он принял в Себя и все наши взаимные оскорбления и раны, подчас смертельные, которые мы друг другу наносим. Все это для того, чтобы изжить в Себе нашу вражду и примирить нас между собой и с Богом. Христос есть Примиритель, но Он примиряет, восприняв в Себя вражду, преодолев в Себе Своей святостью и любовью нашу скверну и ненависть…

Именно с искупительной любовью Христа связана Его крестная жертва. Всякая вина может быть искуплена только совершенной жертвенной любовью к обиженному. Сделать зло кому-нибудь — значит проявить к нему нелюбовь; мы можем раскаяться в совершенном зле, но что восстановит наше единство с обиженным, кроме любви к нему? Недостаточно быть прощенным: надо принять прощение всей душой и ответить на него глубочайшим стремлением к примирению. Любовь есть самоотдание, готовность жертвы, поэтому именно жертвенная любовь есть в нашем мире совершенная любовь, которая покрывает все грехи, и в корне уничтожает их в нас… Подлинное самоотдание не есть только жертва земной жизнью, но всем нашим существом; любовь должна исходить от всего нашего существа. Но такая полная жертва непосильна падшему человеку: чем он грешнее, тем менее он способен на самопожертвование. Поэтому только Господь мог, отождествив Себя с нами, вместо нас всецело принести Себя в жертву любви Богу

365

 

 

и людям. Если во Христе мы проявили совершенную любовь, т. е. отдали Богу все наше существо, то мы заслуживаем прощение и примирены с Богом и между собой... Жертва Христова не есть только жертва земной жизнью: Христос в любви Своей к Отцу и миру отдал Им всю Свою жизнь и Свою душу. Самая смерть Христова коснулась не одного Его тела, но и души. Когда Он говорил в Гефсиманском саду о Своей смертельной скорби, то, конечно, не о страхе смерти говорил Он, но о том ужасе зла, который ведет к тому, что мы принуждены «губить свою душу», чтобы спасти ее. Если душа наша поражена злом, мы должны отречься от нее, повергнуть ее на суд Божий, разъять ее и очистить от греха, и получить ее вновь от Бога обновленной. Христос не имел грехов, и не должен был ни умереть плотью, ни внутренне распинать Себя. Но Он прошел через ужас полного умирания, имея в Себе все наше зло и распяв его в Себе и обновив нас в Своем существе. Крестная смерть Христа завершает Его искупительный подвиг, но до последнего мгновения Его земной жизни душа и тело остаются неразрывны в едином подвиге.

Мы уже говорили о смысле страданий и смерти Христовых10. Страдания и смерть неизбежны для падшего человека. Происходя от зла, они ограничивают его. Но трагизм человеческих мучений и умирания в безнадежности. Христос, будучи безгрешен, не должен был ни страдать, ни умирать. Он принял наш путь умирания, чтобы соединить его с обновлением и оживотворением нашего существа. Он не просто уничтожал зло, но заменял его добром. Светом Своей истины Он обнаруживает в нас и глубочайшее и тончайшее зло, и вместе с нами, переживая нашу жизнь, проходит путь распятия в нас всего пораженного в нас злом, и мы распинаем Его нашими грехами, но в то же время Он вкладывает в нас все силы Своего добра, которые только необходимы каждому из нас. Поэтому умирающий для зла одновременно и воскресает для истинной жизни: отрекающийся от гордости или злобы не просто становится бесстра-

_____________

            10 См. «Христианство», гл. XXXII, и настоящая статья, гл. VII.

         366

 

 

стным, но возрастает в духе Христова смирения и любви; отрекающийся от ложного знания возрастает в истине, и т. д. Смерть и воскресение тела подобны умиранию и воскресению души: в смерти тела в нем умирает все больное и развращенное, воскреснет же совершенный и одухотворенный организм. Христос умер не от Своих болезней, но убитый злом; принял же телесную смерть Он не только ради завершения искупительной жертвы, но и для того, чтобы разделить с нами нашу смертность, и утвердить и явить в Себе власть жизни над смертью. Убийство есть последнее орудие и прибежище зла, но Христос лишил его этой власти, вложив в наши смертные тела семя воскресения. Однако, не надо забывать, что воскресшее тело опять достанется мучениям и злу, если не воскреснет наша душа: воскреснут все, но не все войдут в вечную жизнь; одержимые злом уйдут в мир вечного умирания, т. е. ад.

Замечательно, что Христос очень разно относился к грешникам, и скорее не в зависимости от силы греха, но от его качества и от смирения грешника. Он прощал всех, в ком видел раскаяние; смиренный грешник, если он только знает правду, — близок к покаянию, так как болеет своими грехами. Не простить кающегося грешника — значит утвердить его во зле... К язычникам Христос относился снисходительно: они плохо знают истину, но могут следовать простейшей нравственности... Свой родной народ Христос обличал в маловерии, невосприимчивости, почти тупости, в легкомыслии, самомнении, жестокосердии, нераскаянности, поглощенности земным. Язычники оказывались более способными понять Христа и поверить Ему, чем евреи... Но беспощадное осуждение Христа пало на руководящий слой еврейского народа, который апостол Иоанн называет просто «иудеями». Для нас в высшей степени важно понять, почему Христос так осуждал «иудеев», ибо они были причиной убийства Христа; к тому же иудеи по духу часто встречаются и среди христиан... Христос обличает враждебных Ему евреев в том, что они «дети диавола», т. е. служат чистому злу. Иудеи находятся в глубочайшей лжи; они знают Писание, но не понимают его, извращают его смысл и не хотят понять истины, потому что

367

 

 

она им невыгодна. Добро для них то, что полезно для их земного счастья и для земного торжества Израиля; все должно служить этому личному и общему себялюбию: Бог, церковь, религиозное устроение; последнее сводится к тому, что мы называем «фарисейством», т. е. строго установленному внешнему поведению и соблюдению бесчисленных обрядов и обычаев без любви к Богу, к истине и к людям. Фарисейство стеснительно для эгоиста-одиночки, но оно очень выгодно, если целое общество состоит из эгоистов, одержимых и личным и общим себялюбием. Фарисейство дает видимость возвышенной жизни и позволяет прославлять свой народ и себя, как достигших высокой религиозности, нравственности, образованности и т. д. На самом деле оно оставляет полную возможность для гордыни, злобы, властолюбия, корысти, похоти и всех вообще личных и общественных грехов и даже преступлений. Фарисейство внешне дисциплинирует и сковывает общество, позволяя легко управлять им в соответствующем духе и подавлять все, что пытается осуществить подлинное добро, невыгодное фарисеям... Иудеи убили Христа за то, что Он, провозглашая Себя Сыном Божиим, проповедовал Царство богообщения, смирения, любви и истины, а не призывал Свой народ к всемирному торжеству и земному блаженству. Христос казался опасным для политических планов еврейских вождей, хотя Он любил Свой народ и ни в чем не вредил ему. Он был опасен для самого фарисейства и личного и национального эгоизма евреев. Подчеркнем, что иудеи, враждебные ко Христу, верили в Бога и были внешне благочестивы. Вместе с тем, именно в них выразилось высшее зло, приведшее к богоубийству. Следовательно, высшее зло есть лжерелигия, которую внешне невозможно отличить от настоящей религии. Верным критерием различения остаются на все времена заповеди Христовы о любви к Богу и ближним, поскольку любовь наша совершается в истине.

         368

 

 

XVII

По Своем воскресении Христос сорок дней являлся Своим ученикам и беседовал с ними, довершая их подготовку к предстоящему церковному служению. Тогда именно Он сообщил им особые дары Духа. Но вскоре Христос вознесся на небо. Вознесение Христово показывает, что в этом мире не может еще наступить полное торжество правды Божьей: оно возможно до конца истории только на небе, на земле же лишь отчасти и незримо. Во Христе человечество спасено; истина и добро утверждены; дальнейшая история человечества имеет положительный смысл, поскольку люди приобщаются Христу и входят в Его Царство.

Церковь возникает после вознесения Христова. Явным образом в ее основании участвуют только Святой Дух и ученики Христовы. Святой Дух силою Своею внутренне преображает людей, существенно приобщает их Христу и дает им силу истинной жизни. Вся земная сторона устроения Церкви принадлежит людям, хотя и соответственно учению Христа и по вдохновению Духа... Как же присутствует в Своей Церкви Христос? Он есть Глава ее и вместе — первый член. Он управляет Церковью, таинственно влияя на ее жизнь божественной силой. Он определяет жизнь Церкви Своею истиною и всем Своим существом, ибо быть в Церкви и значит жить во Христе. Все что не соответствует духу Христову, нецерковно.

 

XVIII

У христиан один только Бог — Отец, Сын и Святой Дух; один Господь — Христос... Христос есть наш Господь не потому только, что Он божественная, совершенная Личность, но потому еще, что в Нем открыт нам новый мир бытия и совершенный идеал жизни, открыт ее истинный смысл... Во Христе мы постигли Бога, и Бог стал нашим Отцом и Началом нашей жизни. Во Христе мы постигли, кто такое человек; научились ценить богатство духа и нераздельность его от тела. Мы теперь

369

 

 

знаем, чтó есть жизнь, и имеем основание любить ее, ибо можем надеяться на бессмертие и спасение и преображение всего доброго. Во Христе мы уже вознесены на небо и душа наша воскресает от зла... Мы восходим к Богу через Христа, но и Бог видит и любит нас во Христе — такими, какими мы можем быть в Нем.

Христос оставил нас в том мире добра и зла, в котором Он Сам некогда жил, и мы должны идти за Ним. Мы должны иметь в душе Его Царство, силою Его все приближать к Нему и здесь, на земле; неся наш крест, — стараться, чтобы он был крестом Христовым.

370

 

 


Страница сгенерирована за 0.45 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.