Поиск авторов по алфавиту

Автор:Василий Великий, святитель

Василий Великий, свт. Правила, пространно изложенные в вопросах и ответах

Разбивка страниц сделана по: Святитель Василий Великий. Творения. Том II, М., 2009 г.

 

Свт. Василий Великий

 

Правила, пространно изложенные

В вопросах и ответах

 

Вступление

(Пролог 4)

1. Поскольку, по благодати Божией, во имя Господа нашего Иисуса Христа, сошлись мы вместе, предположив себе одну и ту же цель благочестивой жизни, и вы изъявляете желание узнать нужное ко спасению, а мне надлежит нужда возвестить оправдания Божии (τὰ δικαιώματα, τὸν Θεοῦ), потому что день и ночь у меня в памяти апостол, который говорит: три лета нощь и день не престаях уча со слезами единого когождо вас (Деян. 20:31), и к тому же настоящее время для нас весьма удобно, а место сие доставляет полную тишину и освобождение от внешнего шума. Помолимся же друг о друге, чтобы мне сослужителям моим даяти во время житомерие (Лк. 12:42), а вам, как доброй земле, приняв слово, воздать, по написанному, совершенный и во много крат приумноженный плод правды (см. Мф. 13:23).

Посему умоляю вас любовию Господа нашего Иисуса Христа, давшего Себе за ны (Тит. 2:14): позаботимся наконец о душах наших, восскорбим о суете протекшей жизни, начнем подвизаться ради будущего во славу Бога, и Христа Его, и покланяемого Святого Духа. Не будем оставаться в этой лености и в этом расслаблении, чтобы нам, по лености потеряв настоящее и начало дел откладывая до завтрашнего и последующих дней, когда потом Притязатель душ наших (ὑπὸ τὸν ἀπαηοῦντος τὰς ψυχὰς ἡμῶν) застигнет нас, не запасшихся добрыми делами, не быть

149

 

 

150

лишенными радости брачного чертога (см. Мф. 25:10) и не плакать напрасно и бесполезно, сетуя о худо проведенном времени жизни, когда ничто уже не поможет раскаивающимся. Ныне время благоприятно, говорит апостол, ныне день спасения (2 Кор. 6:2). Этот век — век покаяния, а тот воздаяния; этот — делания, а тот отплаты; этот — терпения, а тот утешения. Ныне Бог — помощник обращающихся от пути злого, а тогда — страшный и неподкупный исследователь человеческих дел, слов и помышлений. Ныне пользуемся долготерпением, а тогда познаем правосудие, когда восстанем — одни на вечное мучение, а другие для вечной жизни, — и каждый получит по делам своим. До которого времени будем отлагать послушание Христу, призвавшему нас в Свое Небесное Царство? Ужели не отрезвимся? Не призовем себя от обычной жизни к строгости евангельской? Не представим пред очами того страшного и славного Дня Господня, в который приближающихся делами к десной стороне Господа примет Небесное Царство, а за неимение добрых дел отторженных на левую сторону сокроют геенна огненная и вечная тьма? Сказано: ту будет плачи скрежет зубом (Мф. 25:30).

2. А мы говорим, что желаем Царства Небесного, но не заботимся о том, посредством чего можно достигнуть оного, и, не принимая на себя никакого труда ради заповеди Господней, по суетности ума своего предполагаем, что получим одинаковые почести с противоборствовавшими греху даже до смерти. Кто во время сеяния сидевший дома или предававшийся сну, при наступлении жатвы наполнял объятия [рук своих спелыми] снопами? Кто собирал виноград, которого сам не возрастил? Чьи труды, тех и плоды; и почесть и венцы принадлежат победившим. Увенчивают ли когда-нибудь человека, который не снимал с себя и одежды для борьбы с противником, когда, по апостольскому слову, должно не только победить, но и подвизаться законно (см. 2 Тим. 2:5), то есть и малости не оставлять из предписанного, все же делать так, как узаконено? Ибо сказано: блажен раб той, егоже пришед господь обрящет, не как ни есть делающего, но творяща тако (Лк. 12:43); и: аще право принеся еси, право же не разделил еси, не согрешил ли еси (Быт. 4:7).

 

 

151

А мы, только думая, что исполнили какую-нибудь одну из заповедей, — ибо не могу сказать, что исполнили действительно, потому что все они, по здраво понимаемому намерению Писания, состоят между собой в такой связи, что нарушением одной необходимо нарушаются все прочие, — не ожидаем себе гнева за неисполненные, но ждем почестей за ту, которую будто бы исполнили. Кому дано на сбережение десять талантов, тот, удержав у себя один или два таланта, а остальные уплатив, не признается честным за уплату большей части, но называется обидчиком и любостяжательным за растрату меньшей части. Что говорю «за растрату», когда и тот, кому вверен был один талант, отдав потом сполна и без обмана все, что получил (см. Мф. 25:18, 24-28), осуждается за то, что ничего не приобрел к данному? Кто десять лет оказывал почтение отцу, а напоследок нанес ему один только удар, тот не почестей удостаивается как сделавший доброе дело, но предается суду как отцеубийца. Шедше, говорит Господь, научите вся языки, учаще их не блюсти одно, а о другом не радеть, но блюсти вся, елика заповедах вам (Мф. 28:19, 20). И апостол согласно с сим пишет: ни едино ни в чемже дающе претыкание, да служение безпорочно будет, но во всем представляюще себе, якоже Божия слуги (2 Кор. 6:3-4). Ибо если бы не все было необходимо нам для достижения цели спасения, то не все заповеди были бы написаны и не повелевалось бы обязательно все их соблюдать.

Что мне пользы в других заслугах, если, назвав брата уродом, буду повинен геенне (Мф. 5:22)? Что пользы в свободе от многих тому, кто одним удерживается в рабстве? Ибо сказано: творяй грех раб есть греха (Ин. 8:34). Какая выгода быть избавленным от многих страданий тому, у кого тело повреждено одной мучительной болезнью?

3. «Следовательно, скажет кто-нибудь, — для множества христиан, которые не соблюдают всех заповедей, бесполезно будет соблюдение некоторых?» При сем прекрасно привести себе на память блаженного Петра, который, после стольких заслуг и после стольких ублажений, за одно только слово услышал: аще не умыю тебе, не имаши части со Мною (Ин. 13:8). Не говорю уже о том, что и это одно слово не леность и пренебрежение доказывало, но было выражением почтения и благоговения.

Впрочем, скажет иной: «Написано: всяк, иже призовет имя Господне, спасется (Иоил. 2:32); посему одно призывание имени

 

 

152

Господня достаточно к тому, чтобы спасти призывающего». Но и этот пусть выслушает, что говорит апостол: како убо призовут, в Негоже не вероваша? (Рим. 10:14). А если не веришь, послушай Господа, Который говорит: не всяк глаголяй Ми: Господи, Господи, внидет в Царствие Небесное, но творяй волю Отца Моего, Иже есть на небесех (Мф. 7:21). Даже и тому, кто исполняет волю Господню, но не как хочет сего Бог и не по чувству любви к Богу делает это, бесполезно усердие в деле, по изречению Самого Господа нашего Иисуса Христа, Который говорит [о таковых, что они] поскольку делают, да явятся человеком, аминь глаголю вам, яко восприемлют мзду свою (Мф. 6:5). Сим и апостол Павел научен был сказать: аще раздам вся имения моя, и аще предам тело мое, во еже сжещи е, любве же не имам, ни кая польза ми есть (1 Кор. 13:3).

Вообще же усматриваю следующие три различные расположения (διάθεσις), в которых неизбежна необходимость послушания: или, боясь наказания, уклоняемся от зла и бываем в состоянии рабском; или, гонясь за выгодами награды, исполняем повеленное ради собственной пользы и тем уподобляемся наемникам; или делаем сие ради самого добра и из любви к Давшему нам закон, радуясь, что удостоились служить столь славному и благому Богу, — и в таком случае бываем в состоянии сынов.

Кто из страха исполняет заповеди и непрестанно боится наказания за леность, тот не будет одно из предписанного делать, а другим пренебрегать, но утвердится в той мысли, что наказание за преслушание равно для него страшно. И посему, хотя ублажается, иже боится всех, за благоговение (Притч. 28:14), однако же твердо стоит в истине и тот, кто может сказать: предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся (Пс. 15:8); потому что не хочет упустить из внимания ничего должного. И блажен муж бояйся Господа. Почему? Потому что в заповедех Его восхощет зело (Пс. 111:1). Поэтому боящимся не свойственно оставлять без исполнения какое-нибудь приказание или исполнять небрежно.

Но и наемник не захочет преступить какого-либо повеления. Ибо как получить плату за делание в винограднике, не исполнив всего по условию? Ибо если недостанет и одного чего-нибудь из необходимого, то виноградник делает он бесполезным владельцу. Кто же поэтому за повреждение даст плату причинившему вред?

 

 

153

Третий случай служение из любви. Какой же сын, имея целью угождать отцу и веселя его в важнейшем, захочет оскорбить ради малостей, — особливо же если помнить, что говорит апостол: и не оскорбляйте Духа Святаго Божия, Имже знаменастеся (Еф. 4:30)?

4. Посему преступающие большую часть заповедей куда желают быть причислены, когда не служат Богу как Отцу, не покоряются Ему как давшему великие обетования, не работают как Владыке? Ибо говорит Он: аще Отец есмь Аз, то где слава Моя? И аще Господь есмь Аз, то где есть страх Мой (Мал. 1:6)? Как бояйся Господа, в заповедех Его восхощет зело (Пс. 111:1), так преступлением закона Бога, сказано, безчествуеши (Рим. 2:23).

Как же, предпочтя жизнь сластолюбивую жизни по заповеди, можем обещать себе блаженную жизнь, сопребывание (ἰσοπολιτεία,) со святыми и веселия с Ангелами пред лицем Христовым? Подобные мечты свойственны истинно детскому уму. Как буду с Иовом, когда и самой обыкновенной скорби не принял я с благодарением? Как буду с Давидом, когда со врагом поступил невелико душно? Как буду с Даниилом, когда не взыскал я Бога с непрестанным воздержанием и неусыпною молитвою? Как буду с каждым из святых, когда не шел я по следам их? Какой подвигоположник столько не рассудителен, что удостоит равных венцов и победителя, и не вступавшего в подвиг? Какой военачальник призывал когда-нибудь к равному разделу добычи и победивших, и тех, которые не являлись на сражение?

Бог благ, но и правосуден. А правосудному свойственно воздавать по достоинству, как написано: ублажи, Господи, благия и правыя сердцем: уклоняющаяся же в развращения отведет Господь с делающими беззаконие (Пс. 124:4-5). Бог милосерд, но и Судия; ибо, сказано, любит милостыню и суд Господь (Пс. 32:5). Посему говорит: милость и суд воспою Тебе, Господи (Пс. 100:1). Мы научены, к кому милость, ибо сказано: блажени милостивии, яко тии помилована будут (Мф. 5:7). Видишь ли, как рассудительно употребляет милость? Не без суда милует и не без милости судит. Ибо милостив Господь и праведен (Пс. 114:4). Посему не будем

 

 

154

знать Бога вполовину и человеколюбие Его обращать себе в повод к лености. Для того громы, для того молнии, чтобы не была презираема благость. Кто велит сиять солнцу (Мф. 5:45), Тот наказывает и слепотою (4 Цар. 6:18); Кто дает дождь (Зах. 10:1), Тот дождит и огнем (Быт. 19:24). Одно показывает благость, другое — строгость; или за первое будем любить, или за последнее страшиться, чтобы и нам не было сказано: ши о богатстве благости Его и кротости и долготерпении нерадиши, не ведый, яко благость Божия на покаяние тя ведет? По жестокости же твоей и непокаянному сердцу, собиравши себе гнев в день гнева (Рим. 2:4-5).

Итак, поскольку невозможно спастись, не творя дел, сообразных с заповедью Божией, и не безопасно пренебрегать чем-нибудь из заповеданного (ибо ужасно превозношение (παρσις) — поставлять себя судьями Законодателя и одни законы Его избирать, а другие отвергать), то мы, подвижники благочестия, предпочетшие жизнь безмолвную и безмятежную, как споспешествующую к соблюдению евангельских догматов, сообща позаботимся и порассудим, как сделать, чтобы ничего из предписанного не осталось у нас без исполнения. Ибо если должен быть совершен Божий человек, как написано (2 Тим. 3:17) и как доказало слово в изложенном ранее сего, то по всей необходимости надобно ему, посредством всякой заповеди, быть уготовану в меру возраста исполнения Христова (Еф. 4:13); потому что и по закону Божию, хотя и чистое, но поврежденное, не приемлется в жертву Богу (Лев. 22:20). Поэтому в чем каждый почитает себя неопытным, то пусть и предложит на общее рассмотрение; потому что при трудолюбивом исследовании многих удобнее найдется сокровенное, если только Бог, по обетованию Господа нашего Иисуса Христа, дарует нам найти искомое, по научению и напоминанию Святого Духа (Ин. 14:26).

Посему как нужда бо ми належит и горе мне есть, аще не благовествую (1 Кор. 9:16), так равная опасность и вам, если обленитесь исследовать или без напряжения и слабо приступите к соблюдению и исполнению на деле преданного вам. Посему Господь говорит: слово, еже глаголах, то судит ему в последний день (Ин. 12:48). И: раб не ведевый волю господина своего, сотворив же достойная ранам, биен будет мало. Ведевый же и не сотворив, ни уготовав по воли его, биен будет много (Лк. 12:47, 48). Итак, помо-

 

 

155

лимся, чтобы и у меня домостроительство (οικονομίαν) слова было непорочно, и в вас учение плодоносно. Поскольку знаем, что словеса Богодухновенного Писания лицом к лицу противостанут на судилище Христовом, ибо сказано: обличу тя, и представлю пред лицем твоим грехи твоя (Пс. 49:21), — то и внимать предлагаемому будем трезвенно, и приводить в исполнение Божественные наставления поспешим с усердием, потому что не знаем, в какой день или час Господь наш приидет (Мф. 24:42).

 

Правила, пространно изложенные в вопросах и ответах

Вопрос 1. О порядке и последовательности в заповедях Господних.

Поскольку дано нам позволение предлагать вопросы, то прежде всего желаем быть научены: есть ли порядок какой и последовательность (τάξις τίς ἐστι καὶ ἀκολουθία) в заповедях Божиих, так что одна из них первая, другая — вторая и так далее, или все одна с другой смыкаются и все одна другой равночестны в рассуждении первенства, так что желающему безопасно, как в круге, положить начало, откуда ни захочет?

Ответ. Вопрос наш есть давний и прежде еще изложен в Евангелиях, когда законник, приступив к Господу, сказал: Учителю кая заповедь первая в законе? — а Господь отвечал: возлюбиши Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею мыслию твоею. Сия есть первая и большая заповедь. Вторая же подобна ей: возлюбиши искренняго твоего, яко сам себе (Мф. 22:36-39; Мк. 12:28-31). Итак, Сам Господь дал порядок Своим заповедям, определив, что заповедь о любви к Богу есть первая и большая, вторая же по порядку и подобная первой, лучше же сказать, служащая дополнением ей и от нее зависящая, есть заповедь о любви к ближним. Почему и из приведенного места и из других подобных мест, находящихся в Богодухновенных Писаниях, можно узнать порядок и последовательность всех заповедей Господних.

Вопрос 2. О любви к Богу и о том, что в людях от природы есть наклонность к заповедям Божиим и сила исполнять их.

 

 

156

Поэтому скажи нам прежде о любви к Богу. Ибо слышали мы, что надобно любить Бога, и желаем знать как преуспеть в этом?

Ответ. 1. Любовь (ἀγάπη) к Богу не есть что-либо, учением приобретаемое. Ибо не у другого учились мы восхищаться светом, быть привязанными к жизни, не другой кто учил нас любить родителей или воспитателей. Так или еще более невозможно отвне научиться любви Божией, но вместе с устроением живого существа, разумею человека, вложено в нас некоторое прирожденное стремление (λόγος σπερματικός), в себе самом заключающее побуждения к общению любви. И его-то взяв, училище Божиих заповедей имеет обычай тщательно возделывать, благоразумно воспитывать и, при помощи Божией благодати, возводить до совершенства. Посему и я, похвалив ваше тщание, как необходимое для цели, при помощи Божией, приобщив к себе и вас в молитвах, по данной мне от Духа силе, постараюсь пробудить сокрытую в вас искру Божией любви.

Впрочем, надобно знать, что хотя это (любовь) одна добродетель, однако же она силою своею приводит в действие и объемлет всякую заповедь. Ибо любяй Мя, говорит Господь, заповеди Моя соблюдет (Ин. 14:21). И еще: в сию обою заповедию весь закон и пророцы висят (Мф. 22:40). Однако я не намерен теперь входить в подробности, потому что в таком случае неприметным образом в одну часть включил бы все учение о заповедях; но, насколько мне удобно и соответственно настоящей цели, напомню вам о любви, какой обязаны мы к Богу, сказав прежде всего то, что для исполнения всех тех заповедей, какие даны нам от Бога, получили мы от Него и силы, чтобы невозможно было и негодовать на то, будто бы от нас требуется что-то необыкновенное, и превозноситься тем, будто бы от себя привносим нечто сверх данного. И этими силами действуя правильно и как должно, благочестиво проводим добродетельную жизнь, а расстраивая их действие, увлекаемся в порок.

А определение порока (κακία) таково: это — лукавое и противное Христовой заповеди употребление того, что дано нам

 

 

157

Богом для доброй цели; равно как определение добродетели (ἀρετή), требуемой Богом, будет следующее: это — употребление Божиих даров с доброй совестью по заповеди Господней. Если же это так, то и о любви скажем то же самое.

Именно: получив заповедь любить Бога, приобрели мы также и силу любить (ἀγαπητική δύναμις), вложенную в нас при самом первоначальном нашем устройстве; и доказательство этому не [во] вне [находится], но каждый может узнать сие сам собою и сам в себе. Ибо от природы в нас есть желание прекрасного, хотя по большей части одному то, а другому другое кажется прекрасным; и нежную любовь к свойственному и родственному имеем не учась, и благодетелям добровольно оказываем всякое благорасположение. Что же досточуднее Божией красоты? Какое представление приятнее Божия великолепия? Какое желание душевное так живо и невыносимо, как желание, порождаемое Богом в душе, которая очищена от всякого порока и с истинным расположением говорит: уязвлена есмь любовию аз (Песн. 2:5)? Подлинно неизреченны и не описаны молниеносные блистания Божией красоты; ни слово не может выразить, ни слух вместить. Наименуешь ли блеск денницы, или сияние луны, или свет солнца — все это недостойно к уподоблению славы и в сравнении с истинным Светом далее отстоит от Него, нежели глубокая ночь и ужаснейшая тьма от самого ясного полудня. Если красота сия, не зримая телесными очами, а постижимая только душою и мыслию, озаряла кого-нибудь из святых и оставляла в них невыносимое уязвление желанием, то, возмущенные здешней жизнью, говорили они: увы мне, яко пришествие мое продолжися, когда прииду и явлюся лицу Божию (Пс. 119:5; 41:3)? И разрешитися и со Христом быти, много паче лучше (Флп. 1:23); и возжада душа моя к Богу крепкому, живому (Пс. 41:3); и ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко (Лк. 2:29). Тяготясь сею жизнию, как узилищем, столько были неудержимы в стремлениях те, у кого коснулось души Божественное желание ( θεῖος πόθος). По причине ненасытимого желания созерцать Божественную доброту, они молились о том, чтобы зрение красоты Господней простиралось на всю вечную жизнь (Пс. 26:4). Так люди по природе вожделевают прекрасного;

 

 

158

в собственном же смысле прекрасно и достолюбезно благое; а благ Бог, к благому же все стремится; следовательно, все стремится к Богу.

2. Посему что совершаем мы по произволению (προαίρεσις), то в нас есть и по природе, у кого рассудок не совращен лукавством. И любовь к Богу требуется от нас как необходимый долг; оскудение ее в душе есть самое несносное из всех зол. Ибо отчуждение и удаление от Бога несноснее мучений, ожидаемых в геенне; оно тяжело для страждущего, как для глаза лишение света, хотя и безболезненное, как и для живого существа лишение жизни. А ежели в рожденных есть природная любовь к родившим, и это показывает и привязанность бессловесных, и в людях с первого возраста открывающаяся расположенность к матерям, то недостатком любви к Сотворившему нас и отчуждением от Него да не окажем себя неразумнее младенцев и свирепее зверей. Если бы и не знали, каков Он по благости, по тому одному, что от Него получили бытие, должны мы безмерно любить Его со всей нежностью и непрестанно прилепляться к памятованию о Нем, как дети к матерям. Но благодетель выше любимых естественно, и привязанность к даровавшим какое-нибудь благо есть расположение, свойственное не людям только, но всем почти животным. Сказано: позна вол стяжавшаго, и осел ясли господина своего. О, если бы не было сказано о нас последующих слов: Израиль же Мене не позна, и людие Мои неразумеша (Ис. 1:3)! Ибо о псе и многих других подобных животных нужно ли говорить, какую привязанность оказывают они к тем, которые кормят их?

Если же по природе имеем любовь и расположение к благодетелям и решаемся на всякий труд, чтобы воздать за оказанное нам благодеяние, то какое же слово может изобразить Божии дары? Они таковы по множеству, что превышают всякое число, так велики и важны, что достаточно и одного, чтобы обязать нас ко всякой благодарности Подателю. Умолчу о тех из нас, которые, хотя сами по себе и чрезмерны величием и приятностью, однако же превышаемые светозарностью больших, как звезды сиянием солнечных лучей, не так ясно выказывают свою приятность. Ибо нет времени, оставив превосходнейшее, измерять благость Благодетеля меньшими Его дарами.

3. Поэтому пусть будут преданы молчанию восхождение солнца, круговращение луны, благорастворение воздуха, смены годовых времен, вода из облаков, вода из земли, самое море, вся земля, рождающееся из земли, живущее в водах, роды живых

 

 

159

тварей в воздухе, тысячи различий между животными, все назначенное на служение нашей жизни.

Но одного, хотя бы кто и захотел, нельзя миновать; об одном даре совершенно невозможно умолчать тому, кто имеет здравый ум и слово, хотя еще более невозможно сказать о нем как должно, а именно: что Бог, сотворив человека по образу и подобию Божию, удостоив ведения о Себе, украсив пред всеми животными даром слова, дав ему наслаждаться безмерными красотами рая, поставив его князем над всем, что на земле, и после того как тот, перехитренный змием, ниспал в грех, а через грех в смерть и во все, что достойно смерти, не презрел его, но сперва дал ему в помощь закон, для охранения его и попечения о нем приставил Ангелов, для обличения порока и научения добродетели посылал пророков, порочные стремления пресекал угрозами, усердие к добрым делам возбуждал обетованиями, неоднократно на разных лицах для вразумления прочих предварительно показывал конец порока и добродетели — и от тех, которые, при всех таковых пособиях, пребывали в непокорности, не отвратился; потому что не были мы оставлены благостию Владыки и не прервала любви Его к нам оскорбительная для Благодетеля наша бесчувственность к таким почестям, но мы воззваны от смерти и снова оживотворены Самим Господом нашим Иисусом Христом. Причем еще более удивителен самый способ благодеяния, ибо Он, во образе Божии сый, не восхищением непщева быти равен Богу, но Себе истощил, зрак раба приим (Флп. 2:6-7).

4. И недуги наша прият, и болезни понесе (Мф. 8:17); был язвен за нас, чтобы мы язвою Его исцелели (Ис. 53:5); искупил ны есть от клятвы быв по нас клятва (Гал. 3:13), претерпел позорнейшую смерть, чтобы нас возвести к славной жизни, и не удовольствовался тем одним, что оживотворил нас, мертвых, но еще даровал нам достоинство божества, уготовал вечные упокоения, великостью веселия превышающие всякую человеческую мысль. Что же воздадим Господеви о всех, яже воздаде нам (Пс. 115:3)? Но Он столь благ, что не требует воздаяния, а довольствуется тем, чтобы любили Его за дарованное Им.

Когда все это привожу себе на мысль, тогда (откроюсь в своей немощи) прихожу в какой-то ужас и страшное исступление от боязни, чтобы, по невнимательности ума или по причине занятия суетным, отпав от любви Божией, не сделаться мне некогда укоризною Христу. Ибо тот, кто ныне обольщает нас и мирскими

 

 

160

приманками всемерно старается произвести в нас забвение о Благодетеле, к погибели душ наших ругается и посмевается над нами, тогда пренебрежение наше обратит в укоризну Господу и будет хвалиться нашей непокорностью и нашим отступничеством: что он не сотворил нас и не умер за нас, однако же имел нас своими последователями в непокорности и нерадении о заповедях Божиих. Эта укоризна Господу и эта похвальба врага для меня кажутся тяжелее гееннских мучений — врагу Христову послужить предметом похвальбы и поводом к превозношению пред Тем, Кто за нас умер и воскрес, Кому, по написанному, тем более за сие мы обязаны (см. 2 Кор. 5:15)!

И сего довольно о любви к Богу; ибо, как сказал я, наша цель — не все говорить, что и невозможно, но сделать краткое напоминание о главном, которое бы непрестанно возбуждало в душах Божественное желание.

Вопрос 3. О любви к ближнему.

Последовательность требует сказать о второй, по порядку и по силе, заповеди.

Ответ. 1. В предыдущих речах мы говорили, что закон есть возделыватель и воспитатель сил, какие заключены в нас в виде семени. Поскольку же нам предписано любить ближнего, как самих себя, то посмотрим, имеем ли от Бога и силу к исполнению этой заповеди.

Кто не знает, что человек есть живое существо кроткое и общительное, а не уединенное и дикое? Ничто так не свойственно нашей природе, как иметь общение друг с другом и нужду друг в друге и любить соплеменных.

А какие семена предварительно вложил в нас Сам Господь, от тех впоследствии требует и плодов, говоря: заповедь новую даю вам, да любите друг друга(Ин. 13:34). И желая возбудить душу нашу к сей заповеди, в доказательство, кто Его ученик, потребовал не знамений и чудес необычайных (хотя в Духе Святом даровал силу и на это), но что говорит? О сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою(Ин. 13:35). И таким образом везде сочетавает сии заповеди, так что благотворение ближнему вменяет Себе. Ибо говорит: взалкахся, и дасте Ми ясти и прочее; потом присовокупляет: понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе(Мф. 25:35-36, 40).

 

 

161

2. Следовательно, чрез исполнение первой заповеди можно преуспеть и во второй, а чрез исполнение второй опять возвратиться к первой, и кто любит Господа, тот, конечно, любит и ближнего. Ибо любящий Меня, сказал Господь, заповеди Мои соблюдет (Ии. 14:23). Сия же есть, говорит, заповедь Моя, да любите друг друга, якоже возлюбих вы (Ии 15:12)! И опять, кто любит ближнего, тот исполняет свою любовь к Богу, потому что Бог его милосердие переносит на Самого Себя! Посему-то верный служитель Божий Моисей оказал такую любовь к братиям, что из Книги Божией, в которой был записан, желал быть изглаженным, если не будет прощен грех народу (см. Исх. 32:32). А Павел дерзал молиться о том, чтобы ему быть отлученным от Христа за братий своих, сродников по плоти (см. Рим. 9:3), желая, в подражание Господу, стать сам искупительной ценой (ἀντάλλαγμα) спасения всех, а вместе и зная, что невозможно быть отчужденным от Бога тому, кто из любви к Богу, ради важнейшей из заповедей, отказывается от благодати Божией, и что чрез это получит во много крат более того, чем жертвовал. По крайней мере, сказанное достаточно доказывает, что святые достигали до сей меры любви к ближнему.

Вопрос 4. О страхе Божием.

Ответ. Как новоначальным в благочестии полезнее обучение при помощи страха, по наставлению премудрого Соломона, сказавшего: начало премудрости страх Господень (Притч. 1:7), так вам, вышедшим из младенчества о Христе, не имеющим уже нужду в молоке и способным твердой пищей догматов усовершать себя по внутреннему человеку, потребны обширнейшие заповеди, по которым достигается вся истина любви о Христе, а именно: вам нужно блюстись, чтобы обилие даров Божиих не сделалось для вас причиной тягчайшего осуждения, если будете неблагодарны к Благодетелю, ибо сказано: емуже предаша множайгие, множайше истяжут от него(Лк. 12:48).

Вопрос 5. О собранности мыслей (διὰνοια).

Ответ. 1. Впрочем, надобно знать, что не можем преуспевать ни в соблюдении всякой другой заповеди, ни в самой любви к Богу и в любви к ближнему, блуждая мыслями туда и сюда.

 

 

162

Ибо невозможно дойти до точности в искусстве или в познании тому, кто переходит от одного к другому; даже не приобретает успеха и в одном, кто не знает, что свойственно концу искусства; потому что действия должны соответствовать цели и ни в чем, требующем соображения, невозможно успеть несвойственными способами, так как цель искусства ковать из меди достигается обыкновенно не созданием произведений горшечного искусства и ратоборческие венцы приобретаются не тщательным упражнением в игре на свирели, но для каждой цели требуется свойственный ей и соответственный труд.

Поэтому и упражнение в благоугождении Богу, по Евангелию Христову, бывает успешно при удалении от мирских попечений и при совершенном удалении себя от развлечений. Почему апостол, хотя брак дозволен и удостоен благословения, налагаемые им на человека заботы противоположил попечениям о Боге, как будто бы те и другие не могут быть совмещены между собой, и сказал: не оженивыйся печется о Господних, како угодити Господеви, а оженивыйся печется о мирских, како угодити жене(1 Кор. 7:32-33). Так и Господь о расположении учеников засвидетельствовал, что оно и чисто и собранно, говоря: несте от мирасего (Ин. 15:19). А напротив, о мире (κόσμος) свидетельствовал, что не может он принять познания о Боге и вместить Духа Святого. Ибо говорит: Опте праведный, и мир Тебе не позна(Ин. 17:25) и: Дух истины, Егоже мир не может прияти(Ин. 14:17).

2. Поэтому намеревающийся истинно последовать Богу должен отрешиться от уз житейского пристрастия (προσπάθεια,); а сие достигается совершенным удалением от прежних нравов и забвением их. Почему если не сделаем себя чуждыми и плотского родства и мирских связей, переходя как бы в другой мир по своему поведению (σχέσις), по словам сказавшего: наше бо житие на небесех есть(Флп. 3:20), то невозможно нам достигнуть цели благоугождения Богу, потому что Господь определенно сказал: тако всяк от вас, иже не отречется всего своего имения, не может быти Мой ученик(Лк. 14:33). А сделав это, надобно всяцем хранениемблюсти свое сердце(Притч. 4:23), чтобы никак не терять мысли о Боге и памятования о чудесах Его не осквернять представлениями суетного, но святую мысль о Боге, постоянным и чистым памятованием напечатленную в душах наших, всюду носить с собою как

 

 

163

неизгладимую печать. Ибо таким образом приобретается нами любовь к Богу, которая и возбуждает к исполнению заповедей Господних и вместе опять ими сама соблюдается, делаясь продолжительной и непоколебимой. И это показывает Господь, говоря в одном из мест: аще любите Мя, заповеди Моя соблюдите (Ин. 14:15); а в другом: аще заповеди Моя соблюдете, пребудете в любви Моей;и еще убедительнее: якоже Аз заповеди Отца Моего соблюдох, и пребываю в Его любви(Ин. 15:10).

3. Сим научает нас — в предстоящем нам деле всегда поставлять для себя как бы целью волю Повелевшего и по ней направлять тщательность свою, как и в другом месте говорит Он: снидох с небесе, не да творю волю Мою, но волю пославшаго Мя Отца(Ин. 6:38). Ибо как необходимые в жизни искусства, предложив некие свойственные себе цели, к ним приспособляют частные действия, так, поскольку и нашим делам положены один предел и одно правило — исполнять заповеди благоугодно Богу, то не иначе можно преуспеть с точностью в деле, как совершая его по воле Давшего заповеди. А при строгой тщательности в совершении дела по воле Божией возможно будет чрез памятование вступить в единение с Богом. Ибо как кузнец, при изготовлении, например, топора, помня того, кто дал ему работу и имея его в уме, представляет тот вид и ту величину, какие назначены, сообразует работу с волей заказавшего (а если забудет, то сделает или что-нибудь другое, или иначе, нежели заказано), так и христианин, всякое действие маловажное и важное соображая с волей Божией, и действие свое благоукрашает тщательностью и вместе сохраняет мысль о том, кто повелел так поступать, выполняет сказанное: предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся(Пс. 15:8), удовлетворяет также и тому повелению: аще яств, аще ли пнете, аще ли ино что творите, вся во славу Божию творите(1 Кор. 10:31). А кто в деле своем нарушает точность заповеди, тот, очевидно, слабо памятует о Боге.

 

 

164

Посему, помня слова Сказавшего: еда небо и землю не Аз наполняю? рече Господь(Иер. 23:24), и: Бог приближаяйся Аз есмь, а не Бог издалеча(Иер. 23:23), и: идеже еста два или трие собрана во имя Мое, ту есмь посреде их(Мф. 18:20), — надобно всякоедело совершать, как бы оно делалось пред очами Господа, и всякую мысль порождать, как бы Господь видел ее. Ибо в таком случае будет и всегдашний страх, который, по написанному, ненавидит неправды, досаждения же и гордыни, и пути лукавых (Притч. 8:13), и любовь усовершится, исполняя сказанное Господом: не ищу воли Моея, но воли пославшаго Мя Отца(Ин. 5:30); потому что душа сохранит всегдашнюю уверенность, что как добрые дела приятны Судии и Подвигоположнику нашей жизни, так дела противные вскоре подвергнутся осуждению. А думаю, что с сим вместе достигнуто будет и то, чтобы самые заповеди Господни исполнять не из человекоугодия. Ибо никто при уверенности, что он в присутствии высшего, не обращается к низшему. А если бы и случилось, что сделанное приятно и угодно лицу знаменитому, но неприятно и стоит порицания по мнению низшего, то всякий, признавая достойным предпочтения одобрение высшего, пренебрежет осуждением низшего. Если же так бывает у людей, то какая душа, истинно трезвенная и здравая, при уверенности в присутствии Божием, иногда, оставив совершение дела, благоугодного Богу, обратится к людским мнениям, иногда же, не радя о заповедях Божиих, поработится человеческому обычаю, или уступит над собою власть общему предрассудку, или придет в смущение пред облеченными высоким саном? Таково было расположение сказавшего: поведаша мне законопреступницы глумления, но не яко закон Твой, Господи(Пс. 118:85), и еще: и глаголах о свидениих Твоих пред цари, и не стыдяхся(Пс. 118:46).

Вопрос 6. О том, что необходимо уединяться.

Ответ. 1. Душевной собранности способствует и уединение по месту жительства. Ибо что вредно вести жизнь в обществе с людьми, которые небоязненно и презрительно смотрят на обязанность в точности исполнять заповеди, это показывает и слово Соломона, который учит нас: не бывай друг мужу гневливу и со другом жестокосердым не соводворяйся, да не когда научишися путем его и праймеши тенета души твоей (Притч. 22:24-25). К тому клонится и сие изречение: изыдите от среды их и отлучитеся, глаголет Господь (2 Кор. 6:17). Поэтому, чтобы ни очами, ни ушами не принимать

 

 

165

нам ничего раздражающего на грех и нечувствительно не привыкнуть к нему, чтобы в душе к вреду и пагубе ее не оставалось как бы образов каких и отпечатков видимого и слышимого, и чтобы нам прийти в возможность пребывать в молитве, для этого прежде всего уединимся по месту жительства. Таким образом можем преодолеть прежний обычай, по которому жили мы вопреки заповедям Христовым (а не малый это подвиг — преодолеть свою привычку, потому что обычай, утвердившийся долговременностью, получает силу природы); и также в состоянии будем стереть с себя греховные пятна трудолюбивой (φιλόπονος) молитвой и постоянным изучением Божией воли. А в молитве и в сем изучении невозможно успеть среди многих людей, развлекающих душу и занимающих ее делами житейскими.

Да и сие требование: аще кто хощет по Мне ити, да отвержется себе (Лк. 9:23) — как можно кому-нибудь исполнить, живя в многолюдстве? Итак, нам надлежит сперва отречься самих себя и взять Крест Христов, а потом уже следовать Христу. Отречение же от себя есть полное забвение прошлого и удаление от своей воли, в чем живущему в обществе с людьми всякого рода успеть весьма трудно (чтобы не сказать совершенно невозможно). Напротив того, участие в таком образе жизни служит препятствием тому, чтобы взять крест свой и последовать Христу. Ибо готовность к смерти за Христа, умерщвление членов, яже на земли (Кол. 3:5), расположение духа с неустрашимостью встречать всякую опасность во имя Христово, непривязанность к настоящей жизни вот что значит взять крест свой, к чему видим великие в себе препятствия от привычки к жизни земной.

2. Сверх других многих неудобств, душа, смотря на множество живущих беззаконно, во-первых, не находит времени почувствовать собственную свою греховность и сокрушаться покаянием о прегрешениях, напротив же того, чрез сравнение себя с худшими приобретает какое-то мечтательное понятие о заслуге; а потом, мятежами и недосугами, какие обыкновенно производит мирская жизнь, будучи отвлекаема от драгоценного памятования о Боге, не только лишается возможности радоваться и веселиться о Боге (Пс. 34:9), насладиться Господеви (Пс. 36:4) и усладиться словесами Господними, чтобы прийти в состояние сказать: помянух

 

 

166

Бога и возвеселился (Пс. 76:4), коль сладка гортани моему словеса Твоя, паче меда устом моим(Пс. 118:103), но и совсем привыкает к пренебрежению и забвению судов Божиих. А больше и пагубнее сего зла и потерпеть невозможно.

Вопрос 7. О том, что должно жить с людьми, согласно стремящимися к той же цели угождения Богу, и что трудно, и вместе [с тем] опасно, жить отшельником.

Поскольку слово твое удостоверило нас, что опасно жить вместе с людьми, которые с пренебрежением смотрят на заповеди Господни, то вслед за этим желаем узнать, как надобно жить удалившемуся от таких людей: уединенно ли самому с собой или с единомысленными братиями, избравшими ту же цель благочестия?

Ответ. 1. Примечаю, что совокупное пребывание многих во многих отношениях полезнее.

Во-первых, каждый из нас сам собою не может удовлетворить телесным потребностям, но к снисканию необходимого имеем нужду друг в друге. Ибо как нога одну силу имеет, а другой лишена и без помощи прочих членов находит, что ее деятельность несильна и недостаточна к собственному ее поддержанию и не может возместись недостающего; так и в одинокой жизни что есть, то делается для нас бесполезным, а чего нет, то невозместимо; потому что Создатель Бог определил, чтобы мы имели нужду друг в друге и, по написанному, вступали друг с другом в единение (Сир. 13:20).

Но и без этого понятие любви Христовой не дозволяет каждому иметь в виду собственное свое, ибо сказано: любы не ищет своих си(1 Кор. 13:5). А жизнь, со всеми разобщенная, имеет одну цель — служение собственным каждого потребностям. Это же явным образом противно закону любви, какой исполнял апостол, не некий своея пользы, но многих, да спасутся (1 Кор. 10:33).

А потом, в удалении от всех нелегко узнать каждому самого себя, не имея человека, обличающего его и исправляющего с кротостью и состраданием (εὐσπλατγχμος). Ибо и от врага обличение нередко в благосознательном возбуждает желание уврачевания, а возлюбившим искренно врачевание греха производится искусно. Ибо сказано: любяй наказует прилежно (Притч. 13:25). А такого человека в одиночестве найти трудно, если кто прежде не сблизился с ним в жизни; почему с ним и сбывается сказанное: горе единому, яко аще падет, некому воздвигнуть его(Еккл. 4:10).

 

 

167

И многие заповеди многими вместе исполняются удобно, а одним нет; потому что совершению одной препятствует другая, например: посещению больного принятие странника, подаянию и раздаче потребного [для жизни] (и особенно когда на такое служение требуется много времени) — попечение о делах, так что от сего остается неисполненной самая важная и наиболее способствующая ко спасению заповедь, поскольку и алчущий не накормлен, и нагой не одет. Поэтому кто же решится жизнь праздную и бесплодную предпочесть жизни плодоносной и сообразной с Господней заповедью?

2. А если и все мы, соединенные единым упованием звания (Еф. 4:4), едино тело есмы,имея главою Христа, и по единому друг другу уди(Рим. 12:5), то, когда согласием не соединимся в Духе Святом в состав единого тела, но каждый из нас избирает одиночество, не служа созиданию общей пользы из-за благоугождения Богу, а удовлетворяя собственной страсти самоугодия, тогда, разделенные и разлученные между собой, как будем в состоянии сохранить взаимную связь членов, их служение друг другу или подчинение Главе нашей, то есть Христу? Ибо ни радоваться с прославляемым, ни страдать со страждущим (1 Кор. 12:26) нельзя при разделенной жизни, потому что каждый, как и естественно, не может знать состояния ближнего.

Сверх сего, поскольку один не в состоянии вместить всех духовных дарований, но каждому, по мере веры, бывает подаяние Духа (Рим. 12:6), то в общежитии собственное дарование каждого делается общим для живущих вместе. Овому бо Духом дается слово премудрости, иному же слово разума, другому вера, иному пророчество, иному дарования исцеленийи проч. (cp. 1 Кор. 12:8-10). Каждое же из сих дарований приемлющий имеет скорее не ради себя, а ради других; посему в общежитии действию Святого Духа в одном необходимо переходить на всех вместе. Поэтому живущий особо, если и имеет одно какое-либо дарование, по причине недеятельности заключив его в себе, и то делает бесполезным; а сколько сие опасно, знаете, конечно, вы, читавшие Евангелие. В сожительстве же многих и своим дарованием каждый наслаждается, приумножая его чрез подаяние другим, и пользуется дарованиями других, как своими.

3. Совокупная жизнь имеет и иные многие блага, которые нелегко все перечислить. Ибо она более одинокой жизни способствует к соблюдению дарованных нам от Бога благ, и к охранению

 

 

168

от внешних козней врага надежнее пробуждение людьми бодрственными, если кому случилось бы когда воздремать тем смертным сном, об избавлении от которого научил нас молиться Давид, говоря: просвети очи мои, да не когда усну в смерть (Пс. 12:4). И согрешающему удобнее расстаться с грехом, когда приводит его в стыд согласное осуждение многих, так что к нему применимо сказанное: довольно таковому запрещение сие, еже от многих (2 Кор. 2:6); а для преуспевающего великим удостоверением служит одобрение многих и согласие их на дело. Ибо если при устех двою или триех свидетелей станет всяк глагол (Мф. 18:16), то очевидно, что делающий доброе дело гораздо непоколебимее утвердится на свидетельстве многих.

А жизнь одинокую, кроме указанных опасностей, сопровождают и другие. Первая и величайшая — опасность самоугодия (αὐταρέσκεια). Ибо, не имея никого, кто бы мог оценить дело его, возомнит, что достиг до совершенства заповеди. А сверх того, заключив навсегда душевные силы и не давая им упражнения, [таковой] не знает своих недостатков, не познает и успеха в делах, потому что отняты все случаи к исполнению заповедей.

4. В чем покажет смиренномудрие (ταπεινοφροσύνη), не имея человека, в сравнении с которым мог бы оказать себя более смиренным? В чем покажет сострадание (εὔσπλατγχνος), будучи отделен от общения с многими? Как будет упражнять себя в долготерпении (μακροθυμία), когда нет противящегося его желаниям? Если же кто говорит, что в усовершении нравов довольно ему изучения Божественных Писаний, тот поступает подобно тому, кто учится строить — и никогда не строит, обучается искусству ковать, но не намерен прилагать уроков к делу. Ему апостол скажет: не слышателие закона праведна пред Богом, но творцы закона оправдятся (Рим. 2:13). Вот и Господь, по преизбытку человеколюбия, не удовольствовался только словесным научением, но, чтобы во всей точности и ясности показать нам пример смиренномудрия в совершенстве любви, Сам, препоясавшись, омыл ноги учеников. Кого же омоешь, кому послужишь, пред кем будешь последним, живя один особо? А это доброе и красное житие братии вкупе, которое Дух Святой уподобляет миру, благоухающему на главе архиерея (Пс. 132:1-2), как будет иметь место, когда живут поодиночке?

 

 

169

Поэтому поприще подвижничества, благонадежный путь к преуспеянию, постоянное упражнение и поучение в заповедях Господних — это совокупное жительство братий, целью имеющее славу Божию, по заповеди Господа нашего Иисуса Христа, сказавшего: тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела и прославят Отца вашего, Иже на небесех(Мф. 5:16), а в образец принимающее упоминаемых в книге Деяний святых, о которых написано: вси же веровавший бяху вкупе и имяху вся обща(Деян. 2:44), и еще: народу же веровавшему бе сердце и душа едина, и ни един же что от имений своих глаголаше свое быти, но бяху им вся обща(Деян. 4:32).

Вопрос 8. Об отречении от мира.

Нужно ли прежде отречься от всего и потом приступать к житию по Богу?

Ответ. 1. Поскольку Господь наш Иисус Христос, после сильного и многими делами подкрепленного доказательства, всем говорит: аще кто грядет ко Мне(Лк. 14:26), да отвержется себе и возмет крест свой и по Мне грядет(Мф. 16:24), и еще: тако убо всяк от вас, иже не отречется всего своего имения, не может быти Мой ученик(Лк. 14:33), — то думаю, что повеление сие простирается на многие вещи, которых отчуждение ( ἀλλοτρίωσις) необходимо. Ибо прежде всего отрицаемся диавола и плотских страстей, мы, отрекшиеся тайных срама(2 Кор. 4:2), телесного сродства, человеческой дружбы и навыков жизни, противоборствующих строгости евангельского спасения. И, что еще необходимее, отрицается самого себя совлекшийся ветхаго человека с деяньми его(Кол. 3:9), тлеющаго в похотех прелестных(Еф. 4:22); отрицается и от всех пристрастий к миру, которые могут препятствовать цели благочестия. Таковой человек будет почитать истинными родителями породивших его благовествованием о Христе Иисусе (1 Кор. 4:15), а братиями принявших того же Духа усыновления(Рим. 8:15), на всякое же имущество станет смотреть как на чужое, каково оно и действительно есть. Одним словом, тот, кому Христа ради весь мир распяся,и он миру (Гал. 6:14), может ли быть рабом частей мира, если Господь наш Иисус Христос доводит до крайней степени ненавидение души и самоотвержение, когда говорит: аще кто хощет по Мне ити, да отвержется себе и возмет крест свойи потом присовокупляет: и по Мне грядет(Мф. 16:24); и еще:

 

 

170

аще кто грядет ко Мне, и не возненавидит отца своего и матерь, и жену и чад, и братию и сестр, еще же и душу свою, не может Мои быти ученик (Лк. 14:26)? Поэтому совершенное отречение состоит в том, чтобы преуспеть в беспристрастии даже и к самой жизни и иметь себе осуждение смерти, да не на ся надеющеся будем(2 Кор. 1:9). Начинается же оно отчуждением внешнего, как то: имения суетной славы, привычек жизни, пристрастия к неполезному, как показали нам святые ученики Господни, Иаков и Иоанн, оставившие отца своего Зеведея и самый корабль (Мф. 4:21; Мк. 1:20), доставлявший все средства к жизни; также и Матфей, воставший с мытницы и последовавший за Господом (Мф. 9:9), не только оставив выгоды своего промысла, но и презрев опасности, какие должны были постигнуть его и его домашних от начальства за оставление незаконченными счетов по сбору пошлин; а Павлу весь мир распясяи он миру(Гал. 6:14).

2. Таким образом, объятый сильным вожделением последовать Христу не может уже обращать внимания ни на что, касающееся этой жизни: ни на любовь к родителям и домашним, как скоро она противна повелениям Господа (ибо тогда имеет место сие изречение: аире кто грядет ко Мне, и не возненавидит отца своего и матерь(Лк. 14:26 и проч.); ни на страх человеческий, так чтобы ради него оставить что-нибудь полезное, в каковом бесстрастии преуспели святые, говоря повиноватися подобает Богови паче, нежели человеком(Деян. 5:29); ни на злобный смех мирских людей, так чтобы поражаться их осмеянием. А кто хочет точнее и яснее узнать, какая сила сопряжена с вожделением последовать Господу, тот пусть вспомнит, что апостол в назидание наше повествует о себе и говорит: аще кто ин мнит надеятися во плоти, аз паче, обрезан осмодневно, от рода Израилева, колена Вениаминова, Евреин от Еврей, по закону фарисей, по ревности гоних Церковь, по правде законней быв непорочен. Но яже ми бяху приобретения, сия вмених Христа ради тщету. Но убо вменяю вся тщету быти за превосходящее разумение Христа Иисуса Господа моего, Егоже ради всех отщетихся, и вменяю уметы быти, да Христа приобрящу (Флп. 3:4-8). Ибо если апостол (скажу нечто смелое, впрочем, справедливое), если он самому презренному и нечистому в теле, что всего более спешим удалить от себя, уподобил Богом данные некогда законные преимущества как служащие препятствием к познанию Христа, к оправданию в Нем, к сообразованию себя со смертью Его, — что после сего сказать об узаконениях человеческих? И нужно ли еще подтверждать мысль сию нашими

 

 

171

рассуждениями и примерами святых, если можно представить собственные изречения Господа и ими убедить робкую душу? Потому что Он непререкаемо свидетельствует, говоря: тако убо всяк от вас, иже не отречется всего своего имения, не может быти Мой ученик(Лк. 14:33). И в другом месте после слов: аще хощеши совершен бытисперва говорит: иди, продаждь имение твое и даждь нищим,а потом присовокупляет: и гряди вслед Мене(Мф. 19:21). Сюда же относится и притча о купце, как это ясно для всякого благомыслящего. Ибо сказано: подобно есть Царствие Небесное человеку купцу, ищущу добрых бисерей, иже обрет един многоценен бисер, шед продаде вся, елика имяше, и купи его(Мф. 13:45-46). Явно же, что многоценный бисер взят здесь в подобие Царства Небесного, которого нам, как показывает слово Господне, невозможно приобрести, если в обмен за оное не отдадим все, что у нас есть: богатство, славу, род и если что еще вожделенно для многих.

3. А потом, что уму, развлекаемому разными заботами, невозможно преуспеть в желаемом, Господь подтвердил, сказав: никтоже может двема господинома работати,и еще: не можете Богу работати и мамоне(Мф. 6:24). Потому надобно нам избрать одно небесное сокровище, чтобы в нем было сердце наше. Ибо сказано: идеже бо есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше (Мф. 6:21). А если оставим себе какое-нибудь земное имущество и тленное богатство, то, поскольку ум будет зарыт здесь, как в некоторой тине, душа, по необходимости, не увидит Бога и не подвигнется к вожделению небесных красот и уготованных нам по обетованиям благ, обладания которыми достигнуть нам невозможно, если неразвлекаемая и сильная любовь не ведет к исканию оных и не облегчает нужного ради их труда.

Посему отречение от мира, как видно из сказанного, есть разрешение уз этой вещественной и временной жизни, свобода от человеческих обязательств, делающая нас более способными начать путь к Богу. Это беспрепятственный случай к приобретению и употреблению того, что многоценно паче злата и камене честна многа(Пс. 18:11) и, короче сказать, переселение человеческого сердца в жительство небесное, чтобы можно было говорить: наше дожитие на небесех есть(Флп. 3:20), а что еще важнее это начало уподобления Христу, Который нас ради обнища, богат сый(2 Кор. 8:9). И если не преуспеем в нем, нельзя нам

 

 

172

приступить к жизни по Евангелию Христову. Ибо сокрушение сердца, смирение ума, освобождение души от гнева, скорби, забот, коротко сказать, от пагубных страстей могут ли иметь место при богатстве, житейских попечениях, пристрастии и привычке к другим? Вообще же, кому можно не иметь попечения даже о самом необходимом, как то о пище и одежде, того убедит ли какая причина окружить себя, как терниями, лукавыми попечениями о богатстве, препятствующими плодоношению семени, какое посеяно Земледелателем душ наших, если Сам Господь говорит: сии суть, иже в тернии сеемии, от печали и богатства, и сластей житейских подавляются, и не совершают плода(Мк. 4:18; Лк. 8:14)?

Вопрос 9. Присоединяющийся к людям, посвятившим себя Господу, должен ли без разбора оставлять свое имущество недобросовестным родственникам?

Ответ. 1. Поскольку Господь сказал: продаждь имение твое и даждь нищим, и имети имаши сокровище на небеси, и гряди вслед Мене(Мф. 19:21), и еще: продадите имения ваша и дадите милостыню(Лк. 12:33), то заключаю, что с подобной целью оставляющий свою собственность должен не презрительно смотреть на свое имущество, но постараться, собрав все тщательно, как посвященное уже Богу, распорядиться им со всем благоговением или сам, если имеет возможность и опытность, или чрез людей, по многом изведании избранных и на деле доказавших, что могут распорядиться верно и благоразумно, зная, что небезопасно и оставлять имение своим, и давать в распоряжение кому попало. Если тот, кому вверено попечение о царских имуществах, часто, хотя бы из собранного ничего не утратил, если по какой-нибудь небрежности упустит из рук, что могло быть приобретено, не освобождается от обвинения, то какому же, надобно ожидать, подвергнутся осуждению те, которые неразумно и нерадиво поступают в распоряжении посвященного уже Господу? Не подпадут ли они суду небрежных, по написанному: проклятвсяк, творяй дело Господне с небрежением(Иер. 48:10)?

2. Но во всем должно нам остерегаться, чтобы под предлогом исполнения одной заповеди не оказаться нарушителями другой. Нам неприлично ссориться и препираться с людьми недобросовестными, так как рабу Господню не подобает сваритися(2 Тим. 2:24). Напротив того, кто видит недобросовестные поступки от родственников по плоти, тому надобно помнить, что сказал Господь: никтоже есть, иже оставил есть дом, или братию, ши сестры, ши отца, ши матерь, ши жену, или чада, ши селане просто, но Мене ради и Евангелия ради,иже не приимет сторицею во время

 

 

173

сие, и в век грядущий живот вечный (Мк. 10:29-30). Таким недобросовестным надобно засвидетельствовать, что впадают в грех святотатства, по заповеди Господа, сказавшего: аще же согрешит брат твой, иди и обличи его(Мф. 18:15) и проч. Но судиться с ним в мирских судилищах запрещает слово благочестия, когда говорит: хотящему судитися с тобою и ризу твою взяти, отпусти ему и срачицу(Мф. 5:40), и еще: смеет ли кто от вас, вещь имея ко иному, судитися от неправедных, а не от святых? (1 Кор. 6:1). Да и суд святых призовем, при этом имея более в виду спасение брата, а не приобретение имения. Ибо и Господь, сказав: аще тебе послушает,присовокупил: приобрел есине имущество, но брата твоего(Мф. 18:15). Но бывают случаи, что иногда, поскольку нередко сам, начавший недобросовестное дело, зовет нас в общее собрание судей, для уяснения истины приходим и мы на исследование, не сами начав суд, но следуя за позвавшими нас, не в удовлетворение своей страсти гнева и сварливости, но для открытия истины. Таким образом и его против воли избавим от бед, и сами не преступим заповедей как служители Божии, не сварливые и не сребролюбивые, твердо стоящие за обнаружение истины и никогда не преступающие надлежащую меру ревности.

Вопрос 10. Всех ли приходящих принимать должно или некоторых, и допускать ли их тотчас, или по испытании, и по каком испытании?

Ответ. 1. Поскольку Человеколюбец Бог и Спаситель наш Иисус Христос проповедует и говорит: приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы(Мф. 11:28), то небезопасно отталкивать от себя тех, которые чрез нас приходят ко Господу и желают взять на себя Его благое иго и бремя заповедей, облегчающее нам путь к небу. Впрочем, не должно дозволять, чтобы неумовенными ногами попирали честность наставлений. Но как Господь наш Иисус Христос пришедшего юношу спрашивал о прежней жизни и, узнав, что приобрел он некоторые успехи, велел исполнить и то, чего еще не доставало к совершенству, и по исполнении приглашал следовать за Собой (Мф. 19:16-21); так и нам, конечно, надобно изведовать предшествующую жизнь приходящих и тем, которые сделали уже некоторые успехи, передать совершеннейшее в наставлениях, а тех, которые оставляют жизнь порочную или из состояния

 

 

174

безразличия стремятся к строгой жизни боговедения, надлежит испытать, каковы они нравом, не оказываются ли непостоянными и опрометчивыми в суждениях.

2. Ибо скорая перемена в таковых людях подозрительна. Они и себе не делают никакой пользы, и для других делаются причиною вреда, распространяя о деле нашем укоризну, ложь и злые хулы. Поскольку же тщательностью все исправляется, а страх Божий преодолевает всякого рода душевные недостатки, то не надобно и в них скоро отчаиваться, но должно вводить их в приличные упражнения (γυμνάσια), долговременностью и трудными подвигами испытывая их суждение, чтобы безопасно допустить их, если найдем в них некоторую твердость, а в противном случае отослать от себя, пока еще не приняты, и таким образом испытание их сделать безвредным для братства. Надобно же испытывать и то, без стыда ли человек, живший во грехах, исповедует тайная срама (2 Кор. 4:2) и сам себе делается обвинителем, вместе с тем стыдясь и удаляясь тех, которые содействовали ему в порочных делах, подражая сказавшему: отступите от мене, вси делающий беззаконие (Пс. 6:9) и тем на последующую жизнь приобретая себе безопасность не впадать уже в подобные страсти. А общий способ испытания всех — это: расположены ли, не стыдясь, оказывать всякое смиренномудрие, так чтобы принимать на себя самые низкие работы, если разум признает исполнение их полезным. И когда каждый, после всякого испытания людьми, способными благоразумно изведывать подобные вещи, признан будет как бы сосудом, благопотребным Владыце, на всякое дело благое уготованным (2 Тим. 2:21), то да будет причислен к посвятившим себя Господу. Особливо же тому, кто из жизни знатной поспешает к смиренномудрию в подражание Господу нашему Иисусу Христу, нужно назначить что-нибудь, по мнению мирскому, самое постыдное и наблюдать, с полным ли убеждением представляет себя несрамляющимся делателем Богу.

Вопрос 11. О рабах.

Ответ. Если находящиеся под игом рабства прибегают к братству, то, вразумив и исправив их, надобно отсылать к господам, в подражание блаженному Павлу, который Онисима, родив благовествованием, отослал к Филимону (Флм. 1:10-12), одного удостоверив в том, что иго рабства, носимое благоугодно Господу, делает достойным Царства Небесного, а другому советуя не

 

 

175

только оставить угрозу Онисиму, памятуя истинного Господа, сказавшего: аще бо отпущаете человеком согрешения их, отпустит и согрешения ваша Отец ваш Небесный(Мф. 6:14; Мк. 11:26), но даже иметь к нему более доброе расположение, написав так: негли бо ради сего разлучися на час, да вечна того приимеши, не ктому аки раба, но выше раба, брата возлюбленна(Флм. 1:15-16). А если будет злой господин, приказывающий что-либо беззаконное и принуждающий раба к преступлению заповеди истинного нашего Владыки Господа Иисуса Христа, то надобно подвизаться, чтобы имя Божие не было хулимо ради раба того, сделавшего что-либо неугодное Богу. А подвиг сей состоит в том, чтобы или раба того приготовить к терпеливому перенесению страданий, каким подвергается он за то, что, по Писанию, повинуется Богови паче, нежели человеком(Деян. 5:29), или принявшим к себе раба богоугодно принять на себя и искушения, какие из-за него постигают их самих.

Вопрос 12. Как принимать надобно состоящих в супружестве?

Ответ. И тех, которые приступают к подобной жизни, состоя в брачном сожитии, надобно допрашивать: с согласия ли делают сие, по заповеди апостольской. Ибо сказано: своим телом не владеет(1 Кор. 7:4). И таким образом приходящего принимать при многих свидетелях, потому что всего предпочтительнее послушание Богу. Если же другая сторона возмущается и спорит, менее заботясь о благоугождении Богу, то да будет приведен на память апостол, который говорит: в мир призва нас Бог(1 Кор. 7:15), и потом да исполняется повеление Господа, сказавшего: аще кто грядет ко Мне, и не возненавидит отца своего и матерь, и жену и чад, и братиюи прочее, не может Мой быти ученик(Лк. 14:26); ибо всего предпочтительнее повиновение Богу. А мы знаем, что во многих намерение жить в чистоте нередко превозмогало вследствие усиленной молитвы и неослабного поста; тех же, которые все еще упорствуют, Господь к согласию со здравым суждением приводит часто и телесной необходимостью.

Вопрос 13. О том, что нововводимым [в монашеское братство] хорошо упражнение в молчании.

Ответ. Нововводимым хорошо и упражнение в молчании. Владея языком, представят они достаточное доказательство воздержности и вместе во время безмолвия, у тех, которые благоразумно пользуются даром слова, с усиленным и собранным

 

 

176

вниманием будут обучаться, как должно и спрашивать, и отвечать каждому. Ибо у благочестивых есть свои отличные и напряжение голоса, и соразмерность слова, и чувство меры, и своеобразие речи, чему нельзя обучиться, не отучившись от прежних привычек, причем молчание как производит забвение прежнего через прекращение деятельности, так вместе доставляет досуг к изучению доброго. Поэтому, если не понуждают ни собственная потребность, касающаяся попечения о душе своей, или неизбежной необходимости дело, которое под руками, ни подобный сему предложенный вопрос, то надобно пребывать в молчании, исключая только псалмопения.

Вопрос 14. О тех, которые дали обет посвятить себя Богу и потом намереваются нарушить произнесенный обет.

Ответ. На каждого, принятого в братство и потом нарушающего произнесенный обет, надобно смотреть как на согрешившего Богу, пред Которым и Которому он произнес исповедание согласия своего. Аще же,сказано, согрешит человек Богу, кто помолится о нем(1 Цар. 2:25)? Посвятивший себя Богу и потом бежавший к другому роду жизни стал святотатцем, потому что сам себя похитил и присвоил себе Божие приношение. Таким справедливо не отворять уже двери братства, если бы даже мимоходом пришли они и попросили крова. Ибо ясно правило апостольское, которое повелевает нам удаляться всякого бесчинного человека и не примешатися ему, да посрамится(2 Фес. 3:14).

Вопрос 15. С какого возраста надобно дозволять произнесение обета о посвящении себя Богу и когда обет девства почитать действительным?

Ответ. 1. Поскольку Господь говорит: оставите детей приходитикоМне(Мк. 10:14), а апостол похваляет измлада изучившего священная писания(2 Тим. 3:15) и еще повелевает воспитывать чад в наказании и учении Господни(Еф. 6:4), то всякое время, и время первого возраста, почитаем удобным к принятию приходящих. И детей, у которых нет родителей, принимаем само собою, чтобы в подражание Иову (см. Иов. 29:12) быть отцами сирот; которые же зависят от воли родителей и которых сами родители приводят, принимаем при многих свидетелях, чтобы не подать случая желающим найти случай, но заградить всякие неправедные уста, говорящие против нас хулу. На сем основании принимать детей надобно, но не тотчас надлежит причислять и приписывать их к составу братства, чтобы, по несчастью, заслуженные ими укоризны не пали на жизнь благочестивую. Но

 

 

177

хотя должно их воспитывать во всяком благочестии как общих чад братства, однако же отделять особые дома и особый образ жизни детям мужского и женского пола, чтобы не приобрели они смелости и безмерной дерзости пред старшими, но, по редкости встреч, сохраняли уважение к высшим и чтобы наказания, налагаемые на более совершенных за пренебрежение ими своих обязанностей (если бы случилось им впасть в такое рассеяние), неприметным образом не породили в детях удобопреклонности ко грехам или превозношения, как скоро заметят, что старшие претыкаются в том, в чем сами они преуспевают. Ибо младенчествующий разумом не разнится с младенцем по возрасту, а потому не удивительно, если и в том и в другом оказываются те же недостатки. Да и в чем у старших по их возрасту соблюдается приличие, то молодым, вследствие частого обращения их со старшими, делать преждевременно неприлично.

2. Итак, для сей предосторожности и для соблюдения степенности во всем прочем, надобно отдельно помещать детей и совершенных возрастом. А с сим вместе в доме подвижников не будет и шума при изучении уроков, необходимых для юных.

Но молитвы, которые установлено совершать днем, должны быть общие и у детей, и у старших, потому что у детей чрез соревнование совершенным укореняется навык к сокрушенной молитве и для старших немаловажно пособие детей в молитве.

Уединенные же упражнения и правила касательно сна и бодрствования, времени, меры и качества пищи для детей должны быть определены приличным образом. Над ними должен быть поставлен старший возрастом, превосходящий других опытностью, доказавший свое великодушие, чтобы мог отеческим сочувствием и благоразумным словом исправлять погрешности юных, после каждого падения употребляя приличные врачевства, так чтобы одно и то же и служило наказанием за погрешность, и обращалось в упражнение в бесстрастии (ἀπάθεια) душе. Например, рассердился кто на сверстника? Такого должно заставить, по мере дерзновенности поступка, быть ему в услужении и помощи, потому что навык смирения как бы отсекает душевную раздражительность, а превозношение, всего чаще, производит в нас гнев. Коснулся ли не вовремя снедей? Пусть большую часть дня остается без пищи. Обличен ли кто, что вкушал пищу не в меру или неблагочинно?

 

 

178

Пусть во время принятия пищи, отлученный от яств, принужден будет смотреть на других вкушающих чинно, чтобы и наказан был воздержанием, и научился чинности. Произнес ли кто праздное слово, оскорбление ближнему, ложь или иное что запрещенное? Пусть уцеломудрится воздержанием чрева и молчанием.

3. Но надобно, чтобы и обучение грамоте было соответственно цели; а для сего должно заставлять их употреблять слова, взятые из Писания, и вместо басен рассказывать им повествования о делах чудных, вразумлять их изречениями из притчей и назначать награды за удержание в памяти слов и вещей, чтобы дети с приятностью и легкостью, без огорчения для себя и непреткновенно достигали цели. При правильном руководстве у них скоро появится внимательность ума и навык не рассеиваться, если наставники постоянно будут допрашивать, на чем остановилась их мысль и какой предмет их размышления. Ибо простота возраста, неухищренность и неспособность ко лжи легко выказывают душевные сокровенности. А сверх того ребенок, чтобы не часто застигали его на какой-нибудь непозволительной мысли, будет избегать мыслей нелепых и постоянно станет удерживаться от нелепостей, боясь стыда обличении.

4.      Поэтому, пока душа еще способна к образованию, нежна и, подобно воску, уступчива, удобно напечатлевает в себе налагаемые образы, надо немедленно и с самого начала возбуждать ее ко всяким упражнениям в добре, чтобы, когда раскроется разум и придет в действие рассудок, начать течение с положенных первоначально оснований и преподанных образцов благочестия, между тем как разум будет внушать полезное, а навык облегчит преуспеяние. Тогда должно принимать обет девства как уже твердый, произносимый по собственному расположению и рассуждению, при совершенной зрелости разума, после чего и праведным Судией по достоинству дел воздаются почести и наказания преуспевающим или согрешающим.

В свидетели же расположения должно брать предстоятелей Церкви, чтобы чрез них и совершаемо было освящение тела, как некоего приношения Богу, и получило твердость совершенное при свидетельстве. Ибо сказано: при устех двою или триех свидетелей станет всяк глагол (Мф. 18:16). Таким образом и ревность братий не подвергнется хуле, и тем, которые посвятили себя Богу, а потом намереваются уничтожить обет, не останется предлога к бесстыдству.

 

 

179

А не приемлющий на себя девственной жизни, как не способный пещися о Господних(1 Кор. 7:32), при тех же свидетелях да будет отпущен. Кто, по долговременном самоиспытании и наблюдении, которое надобно дозволить ему производить над собою в течение многих дней, чтобы не причислили нам чего-либо в хищение, произнес наконец обет, того должно уже принять и причислить к братству, дозволить иметь и жилище, и образ жизни общие с совершенно возрастными.

Забыли мы сказать, но теперь не безвременно будет присовокупить, что, поскольку иным искусствам надобно обучаться тотчас с самого детства, то, как скоро некоторые из детей окажутся способными к обучению, не запрещаем им проводить дни с наставниками в искусстве. Но на ночь необходимо переводим их к сверстникам, с которыми надобно принимать им и пищу.

Вопрос 16. Необходимо ли воздержание (ἐγκρατεύομαι) намеревающимся жить благочестиво?

Ответ. 1. Что необходим закон воздержания (ἐγκράτεια) ясно, во-первых, из того, что апостол причисляет воздержание к плодам духовным (Гал. 5:23); потом из того, что апостол воздержанию приписывает успех в непорочности служения, когда говорит: в трудех, во бдениих, в пощениих, во очищении(2 Кор. 6:5-6), и в другом месте: в труде и подвизе, во бдениих множицею, во алчбе и жажди, в пощениих многащи(2 Кор. 11:27), и еще: всяк же подвизаяйся от всех воздержится(1 Кор. 9:25). Да и умерщвление и порабощение плоти ничем не производится так успешно, как воздержанием, потому что кипучесть юности и неукротимость в стремлениях, как бы некоторой уздой, удерживаются воздержанием. Не пользует безумному сладость,по Соломону (Притч. 19:10); а что неразумнее преданной удовольствиям плоти и кружащейся юности? Посему апостол говорит: и плоти угодия не творите в похоти (Рим. 13:14), и: питающаяся пространно, жива умерла(1 Тим. 5:6). И пример роскоши богача доказывает нам необходимость воздержания, чтобы иначе не услышать нам того же, что услышал богач: яко восприял еси благая твоя в животе твоем(Лк. 16:25).

2. А как страшна невоздержанность, сие показал и апостол, причислив ее к отличительным свойствам отступления и сказав: в последним дни настанут времена люта; будут бо человецы самолюбцы,и, перечислив многие виды порока, присовокупил он: клеветницы, невоздержницы(2 Тим. 3:1-3). И Исав, как в величайшем пороке, обвинен в невоздержности, потому что за одно кушанье отдал право первородства (Быт. 25:33). И первое преслушание случилось с человеком от невоздержности.

 

 

180

Все же святые имеют свидетельство о своем воздержании. Вся жизнь святых и блаженных людей и пример Самого Господа в пришествие Его во плоти обязывают нас к нему. Моисей, с помощью долговременного пребывания в посте и молитве (Втор. 9:9), принял Закон и слышал глаголы Божии, якоже, говорит, аще бы кто возглаголал к своему другу (Исх. 33:11). Илия тогда удостоен зрения Божия, когда и он достиг в равную меру воздержания (3 Цар. 19:8). А что Даниил? Когда достиг чрезвычайных видений? Не по двадцатом ли дне поста (Дан. 10:3)? Как три отрока угасили силу огненную? Не воздержанием ли (Дан. 1: 8)? И у Иоанна все устроение (ἐνοπασις) жизни определено воздержанием (Мф. 3:4; Лк. 1:15). Им и Господь начал явление Свое (Мф. 4: 2).

Воздержанием же называем, конечно, не совершенное удержание себя от пищи (это будет насильственным разрушением жизни), но удержание себя от сластей, предприемлемое при низложении плотского мудрования с благочестивой целью.

3. Вообще чем для живущих в страстях наслаждение вожделенно, в том образующимся в благочестии необходимо воздержание. Подвиг воздержания касается не одного удовольствия от пищи, но простирается на всякое устранение препятствующего. Поэтому в точности воздержный не будет над чревом одерживать победу и (в то же время) уступать оную славе человеческой; не будет преодолевать постыдную похоть и (в то же время) порабощаться богатством или другим каким неблагородным расположением, например гневом, печалью и всем тем, чем обыкновенно порабощаются души невежественные (ἀπαίδευτος). Ибо что усматриваем во всех заповедях, а именно что они одна за другую держатся и невозможно преуспеть в одной отдельно от другой, то же самое наипаче усматривается в воздержании. Воздержный в рассуждении славы смиренномудр; соблюдающий воздержность в рассуждении имущества исполняет евангельскую меру нестяжательности; удерживающийся от раздражения и гнева не гневлив. Строгий закон воздержания назначает меру — языку, пределы — очам, непытливое слышание — ушам. Кто не останется в сих границах, тот невоздержан и своеволен. Видишь ли, как около этой одной заповеди все, как в хороводе, одна за другую держатся?

 

 

181

Вопрос 17. О том, что должно быть воздержным от смеха.

Ответ. 1. И оставляемое большинством без внимания для подвижников стоит немалой осторожности. Ибо предаваться неудержимому и неумеренному смеху — знак невоздержности, необузданных движений и несокращаемого строгим разумом надмения в душе. Душевную радость изъявить светлой улыбкой не противно приличию, поскольку только выражается написанное: сердцу веселящуся, лице цветет(Притч. 15:13). Но смеяться громко, а не в хохоте всем телом приходить в невольное сотрясение свойственно человеку необузданному, неискусному, не умеющему владеть собой. Это рассуждение подтверждает мудрейший Соломон, говоря: буй в смехе возносит глас свой, муж же разумный едва тихо осклабится(Сир. 21:23). И Екклезиаст, предотвращая такой род смеха, которым всего более сокрушается душевная твердость, говорит: смеху рекох: погрешение(Еккл. 2:2), якоже глас терния под котлом, тако смех безумных(Еккл. 7:7). И Господь, хотя понес на Себе необходимые немощи плоти и все, что служит свидетельством добродетели, например утомление и жалость к скорбящим, однако же, сколько видно из евангельской истории, не позволял себе смеха, а, напротив того, возвещал горе предающимся смеху (Лк. 6:25).

Не должно же вводить вас в заблуждение одинаковое наименование смех (γέλως). Ибо Писанию обычно называть нередко смехом душевную радость и веселое расположение при получении благ. Так, Сарра говорит: смех мне сотвориБог (Быт. 21:6) и: блажени плачущий ныне, яко возсмеетеся(Лк. 6:21). Таково место у Иова: истинные же у ста исполнит смеха(Иов. 8:21). Ибо все сии именования употреблены в означение веселия при душевной радости.

Посему кто выше всякой страсти, не дозволяет себе никакого раздражения, производимого удовольствием, но твердо и неослабно избегает всякого вредного наслаждения, тот совершенный воздержник, и такой человек, как очевидно, свободен от всякого греха. И иногда надобно удерживаться даже от дозволенного и необходимого для жизни, когда такое воздержание имеет в виду пользу братий наших. Так апостол говорит: аще брашно соблазняет брата моего, не имам ясти мяса во веки(1 Кор. 8:13), и имея право от благовестия жити,он не пользовался правом, да не прекращение коедаст благовествованию Христову(1 Кор. 9:14, 12).

2. Итак, воздержание есть истребление греха, отчуждение от страстей, умерщвление тела даже до самых естественных ощущений

 

 

182

и пожеланий, начало духовной жизни, податель вечных благ, уничтожающий в себе жало наслаждения (ἡδονή); потому что великая приманка к злу есть наслаждение, ради которого всего более мы, люди, падки ко греху, которым всякая душа, словно удочкой, увлекается в смерть. Посему кого не преклоняет к себе и не разнеживает наслаждение, тот чрез воздержание преуспел вовсе избежать грехов. А если избежал большей части и преобладается одним, то он еще не воздержник; равно как не здоров тот, кого беспокоит одна телесная немощь, и не свободен тот, над кем есть хотя один какой бы то ни было господин.

Прочие добродетели, совершаемые втайне, редко делаются известными людям; но воздержание делает заметным воздержного при самой с ним встрече. Ибо как борца отличают полнота и доброцветность тела, так сухость тела и бледность, происходящая от воздержания, доказывают о христианине, что он действительно подвизается в заповедях Христовых, в немощи тела преоборая своего врага и являя силу в подвигах благочестия, по сказанному: егда бо немощствую, тогда силен есмь(2 Кор. 12:10).

Сколько пользы видеть только воздержника, который едва и слегка прикасается к необходимому для жизни, как бы совершает тяжкое служение природе, скучает временем, употребляемым на это, и тотчас убегает из-за стола к занятию делами! Думаю, что душу не привыкшего воздерживать чрево не может никакое слово так тронуть и привести к исполнению, как одна встреча с воздержным. И сие-то, кажется, значит есть и пить во славу Божию (1 Кор. 10:31), так, чтобы и за трапезою светились добрые дела наши к прославлению Отца нашего, Иже на небесех (Мф. 5:16).

Вопрос 18. О том, что должно вкушать все, предлагаемое нам.

Ответ. И это пусть будет необходимым правилом, что, хотя, для измождения плоти, подвижникам благочестия необходимо воздержание, потому что вояк подвизаяйся, от всех воздержится (1 Кор. 9:25), но чтобы не сойтись с врагами Божиими, сожженными своею совестью и потому удаляющимися от брашен, яже Бог сотвори в снедение со благодарением верным(1 Тим. 4:3), должны мы, когда представится случай, ко всему прикасаться, чтобы показать смотрящим, что вся чиста чистым(Тит. 1:15), что всякое создание Божие добро, и ничтоже отметно, со благодарением приемлемо: освящается бо словом Божиим и молитвою(1 Тим. 4:4-5). Впрочем, и в этом случае надобно иметь в виду воздер-

 

 

183

жание, употребляя не сверх потребностей одно малоценное и необходимое для поддержания жизни и в том избегая вредного пресыщения, а от служащего к удовольствию вовсе удерживаясь. Ибо таким образом отсечем страсть в сластолюбивых (φιλήδονοι), и, сколько от нас зависит, сожженных своею совестью уврачуем, и себя с обеих сторон избавим от подозрения. Сказано: векую бо свобода моя судится от иныя совести?(1 Кор. 10:29). Воздержание показывает, что человек умер со Христом и умертвил уды свои, яже на земли(Кол. 3:5). И мы знаем, что оно матерь целомудрия, снабдительница здравия и достаточно устраняет препятствия к плодоношению добрых дел о Христе, так как, по слову Господню, печали века сего, удовольствия жизни и другие вожделения, подавляют слово, и без плодабывает (Мф. 13:22). От него бегут и демонов, как научил нас Сам Господь, что сей род не исходит, токмо молитвою и постом(Мф. 17:21).

Вопрос 19. Какова мера воздержания?

Ответ. 1. В душевных страстях (πάΒ-ος) одна мера воздержания совершенное отчуждение от всего, что ведет к пагубному удовольствию. А в отношении пищи как у каждого своя есть потребность, и различная соответственно возрасту, занятиям и состоянию тела, так мера и способ употребления ее различны. Поэтому невозможно подвести под одно правило всех, находящихся в училище благочестия. Но, определив меру воздержания для подвижников здоровых, предоставляем усмотрению настоятелей делать благоразумные перемены в этом, сообразно обстоятельствам каждого, потому что невозможно объять словом потребностей каждого, а только то, что зависит от общего и всецелого учения. Ибо утешение снедями больного, или как иначе утомленного трудными работами, или приготовляющегося к утомлению, например к путешествию или другому чему-либо трудному, должны устроять настоятели по мере нужды, следуя сказавшему, что раздавалось каждому, егоже аще кто требоваше(Деян. 2:45; 4:35). Поэтому нельзя для всех узаконить, чтобы одно было время, один способ и одна мера в принятии пищи, но общей целью пусть будет удовлетворение потребности. Переполнять свое чрево и обременять себя яствами достойно проклятия, как сказал

 

 

184

Господь: горе вам, насыщннии ныне (Лк. 6:25). Чрез это и самое тело становится неспособным к деятельности, склонным ко сну и готовым к повреждениям. Поэтому, избегая неумеренности в наслаждении, целью вкушения надо поставлять не приятность, а потребность пищи для жизни, ибо раболепствовать удовольствиям не что иное значит, как чрево свое делать богом (см. Флп. 3:13). Поскольку тело наше, непрестанно истощаемое и рассеивающееся, требует наполнения, почему и позыв на пищу естествен, то прямой закон употребления пищи требует для поддержания живого [организма] наполнять опустевшее, будет ли для сего нужда в сухой или в жидкой пище.

2. Посему чем без многих хлопот удовлетворяется потребность, то и должно употреблять в пищу. Сие обнаруживает Сам Господь в том, что напитал утружденный народ, да не ослабеют, как написано, на пути (Мф. 15:32). Хотя Он мог увеличить чудо в пустыне изобретением дорогих яств, но уготовил для них такую простую и неизысканную пинту, что хлебы были ячменные, а с хлебом — часть рыбы (Ин. 6:9). А о питии и не упомянул, потому что есть самоточная и достаточная к удовлетворению потребности всех вода, разве кому по болезни такое питие вредно и не должно быть употребляемо, по совету Павла Тимофею (1 Тим. 5:23). И все, что производит явный вред, не должно быть в употреблении. Ибо несообразно будет, принимая снеди для поддержания тела, сими же самыми снедями вооружаться на тело и препятствовать ему в служении заповеди. Сие же самое служит для нас примером в том, чтобы приучать душу свою избегать вредного, хотя бы оно имело приятность. Во всяком же роде снедей надобно предпочитать те, которые легче достать, чтобы под предлогом воздержания не хлопотать о яствах более любимых и дорогих, приправляя снеди дорогостоящими сладостями. Но должно избирать то, что повсюду можно найти, что дешево и готово для употребления многих, а из привозного употреблять только самое необходимое для жизни, например, елей и тому подобное, и еще что нужно для необходимого утешения больных, если только можно сие добыть без домогательств, хлопот и затруднений.

Вопрос 20. Какова была пища для приема странников?

 

 

185

Ответ. 1. Тщеславие, человекоугодие и делание чего-либо напоказ христианам вовсе запрещаются во всяком деле; даже и тот, кто исполняет самую заповедь с тем, чтобы его видели и прославляли люди, теряет награду за нее. А тем, которые по заповеди Господней приняли на себя всякий вид смирения, наипаче должно избегать всякого образа тщеславия. Поскольку же видим, что мирские люди стыдятся смиренной скудости и, когда принимают кого-либо из гостей, употребляют все изобилие снедей и всякую роскошь, то боюсь, чтобы и нас не коснулась неприметным образом та же страсть и чтобы не стали нас уличать, будто бы стыдимся нищеты, ублажаемой Христом (Мф. 5:3). Как неприлично нам приобретать со стороны серебряные сосуды, багряные занавесы, мягкую постель, прозрачные покрывала, так неприлично пещись о снедях, во многом несогласных с нашим обычным питанием. Бегать и отыскивать то, в чем нет нужды для необходимой потребности, а что выдумано для жалкого наслаждения (ἡδονὴ) и пагубного тщеславия, не только постыдно и несообразно с предложенной нами целью, но и немало вредно нам, когда люди, живущие роскошно и поставляющие блаженство в наслаждении чрева, увидят, что и мы связываем себя теми же заботами, каким они до безумия преданы. Если роскошь порок и надобно ее избегать, то никогда не должна быть допускаема нами, потому что подвергшееся осуждению не может быть пригодно и на время. Люди, живущие роскошно, первыми вонями мажущийся и пиющии процеженое вино, осуждаются в Писании (Ам. 6:6). О вдовице, питающейся пространно, говорится, что она жива умерла (1 Тим. 5:6); богач за здешнее наслаждение лишился рая (см. Лк. 16:25).

Итак, к чему же нам большие издержки? Пришел ли странник? Если это брат и у него та же цель жизни, то узнает собственную свою трапезу, ибо что оставил дома, то найдет и у нас. Но он утомился в дороге? Предложим ему столько, сколько нужно для облегчения усталости.

2. Пришел ли кто другой из жизни мирской? Пусть узнает на деле, в чем не убедило слово, и получит образец и пример умеренности в пище. Пусть останутся в нем воспоминания о христианской трапезе и непостыдной нищете ради Христа. А если не вникнет в дело, но посмеется над нами, то уже не обеспокоит нас в другой раз. Напротив того, мы, когда видим кого из людей богатых, кто наслаждение приятным поставляет в числе первых благ, весьма соболезнуем о них, что, всю жизнь расточая на суету,

 

 

186

обоготворяя свои удовольствия и в этой жизни восприемля свою долю благ, не чувствуют, как из-за здешнего наслаждения идут на готовый огонь и на мучение в оном, и, если встретится когда случай, не медлим сказать им самим об этом.

А если сами станем прилепляться к тому же и, сколько имеем возможности, искать служащего к удовольствию и выставлять себя напоказ, то опасаюсь, чтобы на деле не состроить нам того, что разрушаем и в чем осуждаем других, не осудить в том самих себя, ведя жизнь притворную и преображаясь то так то иначе. Неужели мы будем переменять и одежды свои, когда нужно встретиться с людьми знатными? Если же это постыдно, то еще постыднее ради людей изнеженных переиначивать нашу трапезу. Жизнь христианина однообразна и имеет одну цель — славу Божию. Аще ясте, аще ли пиете, аше ли ино что творите, вся во славу Божию творите (1 Кор. 10:31), говорит глаголющий о Христе Павел. А жизнь мирская многоообразна и разновидна, она так и иначе изменяется в угодность тому, кто встретился.

3. Поэтому и ты, множеством и изысканностью снедей против обычая наполняя свою трапезу в удовольствие брата, осуждаешь его сластолюбие и своими приготовлениями произносишь на него упрек в чревоугодии (γαστριμαργία), обличая его в страсти к этому наслаждению. И не часто ли, видя способ и род приготовления, догадываемся об ожидаемом, кто он и что за человек? Господь не похвалил Марфы, которая молвяше о мнозе службе, но сказал: печешися и молвшии о мнозе, между тем не многое или даже едино есть на потребу (Лк. 10:40-42), то есть не многое в рассуждении приготовления, а единое в рассуждении цели, чтобы удовлетворить потребности. Известно же тебе, какую пищу предложил Сам Господь пяти тысячам человек (Мф. 14:19-21). Знаешь и молитву Иакова к Богу: аще даст ми, говорит он, хлеб ясти, и ризы облещися (Быт. 28:20), а не аще даст ми наслаждение и роскошь.

А что премудрый Соломон? Он говорит: богатства же и нищеты не даждь ми, устрой же ми потребная и самодовольная, да не насыщся ложь буду и реку: кто мя видит? или обнищав украду и кленуся именем Бога моего (Притч. 30:8-9); причем под богатством разумеет изобилие, а под нищетою совершенное оскудение необходимого для жизни — словом же, самодостаточность означает отсутствие и нужды, и излишества в необходимом. Но самодостаточность для одного в том, а для другого в другом, по со-

 

 

187

стоянию тела и по тому, что нужно в известном случае. Ибо одному потребна пища в большем количестве, и притом более твердая, по причине труда, другому — более нежная, более легкая и во всем сообразная, по причине немощи; а вообще всем — дешевая и удобно находимая.

Впрочем, всегда необходимы попечительность и благоустройство трапезы, только бы нимало не выступать нам из пределов потребности; но пределом в угощении да будет удовлетворение потребности каждого из приходящих; ибо сказано: яко требующий мира сего и не злоупотребляющие (1 Кор. 7:31). А злоупотребление (παράχρησις) есть расход сверх нужды. Нет у нас денег? И иметь незачем. Не полны наши житницы? Но у нас насущное пропитание: живем трудами рук. Для чего пищу, данную Богом для алчущих, тратить на прихоти роскошествующих, погрешая двояко: увеличивая у одних скорби по причине недостатка, у других вред от пресыщения?

Вопрос 21. Как должно вести себя при занятии места и возлежании во время обеда или ужина?

Ответ. Поскольку от Господа, Который во всем приучает нас к смирению, имеем повеление, и возлежа за обедом, занимать последнее место (Лк. 14:10), то старающемуся все делать по заповеди необходимо не оставлять без исполнения и сие повеление. Поэтому, если возлежат с нами за трапезою люди мирские, то и в этом отношении прилично нам быть для них примером, чтобы не превозносились и не искали первенства. А где все сходятся для одинаковой цели, чтобы во всякое время являть опыты своего смиренномудрия, там, хотя каждый обязан занять последнее место, по заповеди Господа, однако же не похвально опять упорно домогаться сего, так как этим нарушается благочиние и производится шум. И неуступчивость друг другу, и спор об этом делают нас подобными препирающимся о первенстве. Посему и здесь, осмотрительно изведывая и испытывая, что нам прилично, надобно предоставить принимающему нас и порядок возлежания, как Сам Господь постановил, сказав, что распоряжение прилично домовладыке (см. Лк. 14:10). Ибо в таком случае потерпим друг другу любовию (Еф. 4:2), все делая благообразно и по чину (1 Кор. 14:40), и докажем, не напоказ людям, что не для народной молвы с неуступчивостью и сильным упорством выставляем свое

 

 

188

смиренномудрие, но с благопокорностью будем преуспевать в смирении, потому что больше выказывается гордости в противоречии, нежели в противоречии в возлежании на первом месте, когда занимаем его по приказанию.

Вопрос 22. Какая одежда прилична христианину?

Ответ. 1. Слово наше показало предварительно, что необходимы смиренномудрие, простота, во всем старание о малоценности и небольших издержках, чтобы телесные потребности менее представляли нам поводов к развлечению. К тем же целям надобно стремиться и в рассуждении одежды. Ибо если нам прилично стараться быть последними между всеми, то, очевидно, и в этом для нас предпочтительнее всего быть последними. Как люди славолюбивые уловляют себе славу и облекающей их одеждой, домогаясь того, чтобы смотрели на них и величали их за дорогое платье, так, очевидно, тому, кто, по смирению, поставил жизнь свою на последней ступени, и в этом надобно занять последнее между всеми место. Как коринфяне обвиняются при общей вечери за то, что своею роскошью срамляют не имущыя (cp. 1 Кор. 11:22), так, конечно, и в общем и всеми видимом употреблении одежд убранство, какого нет у других, как бы срамляет бедного чрез сравнение. Поскольку же апостол говорит: не высокая мудрствующе, но смиренными ведущеся (Рим. 12:16), то пусть каждый спросит сам себя, кому уподобление приличнее для христиан, живущим ли в царских чертогах и в мягкие одежды облеченным или ангелу и проповеднику пришествия Господня, которого болий не воста в рожденных женами (Мф. 11:11), разумею Иоанна, сына Захариина, у которого была риза от влас велблуждь (Мф. 3:4)? Да и древние святые проидоша в милотех и в козиях кожах (Евр. 11:37).

2. А цель употребления показал апостол, сказав одним словом: имеюще же пищу и одеяние, сими доволни будем (1 Тим. 6:8), ограничиваясь одним только покровением и не впадая в запрещенное щегольство пестротой и в пестроте состоящим убранством, потому что сие введено в жизнь позже тщетным старанием суетного искусства. Известно же и первое употребление одеяний, какое Бог дал возымевшим в том нужду. Ибо сказано: и сотвори им Бог ризы кожаны (Быт. 3:21). Для прикрытия срамоты достаточно было такового употребления риз. Поскольку же привходит

 

 

189

и другая цель — согревать себя одеждами, то необходимо, чтобы употребление приноровлено было к той и другой цели — закрывать нашу срамоту и служить предохранением от вредоносности воздуха. А как и в этом самом иное много [полезно], а другое малополезно, то следует предпочитать то, что может быть обращено на большее число потреб, чтобы и не нарушался закон нестяжательности и чтобы не было у нас наготовлено одежд — иных напоказ, а других для домашней потребности, и в числе этих опять иных — для употребления днем, а иных — ночью, но должно придумать, как приобрести одну такую одежду, чтобы она всего могла быть достаточной и для благообразного облечения днем, и для необходимого покрова ночью. А от сего происходит, что у нас и во внешнем виде есть нечто общее у одного с другим и что на христианине в самом одеянии положена какая-то отличительная печать. Ибо к одной цели направленное всего чаще бывает одно с другим схоже.

3. Полезна же и особенность одежды, предупреждающей всякого и наперед свидетельствующей о нашем обещании жить по Богу; почему встречающиеся с нами требуют от нас сообразного поведения. Ибо неприличное и неблагопристойное не одинаково заметно в людях каких ни есть и в тех, которые обещают о себе много. Если мирянин или сам кого бьет, или получает удары при народе, произносит неблагопристойные слова, проводит время в корчмах, делает другие подобные бесчинства, не вдруг иной обратит на сие даже и внимание, находя, что все случившееся соответственно всегдашнему образу жизни. А на человека, давшего обет строгой жизни, если пренебрежет и малое что из своих обязанностей, все обращают внимание и ставят ему сие в укоризну, поступая по сказанному: вращшеся расторгнут вы (Мф. 7:6). Посему распространение обета и на одежду служит как бы вразумлением каким для немощных, невольно удерживающим их от худого. Как есть некоторая особенность в одежде воина, а также своя — в одежде сановника, своя в одежде каждого звания, так что по одеянию всего чаще можно угадывать чин, так и у христианина есть своя особенность это сохраняющая благоприличие и соответственность даже в одежде скромность (κοσμιότης), преданная апостолом, который то епископу предписывает быть честным (κόσμιος) (1 Тим. 3:2), то повелевает женам быть во украшении лепотном (κόσμιος) (1 Тим. 2:9), лепотном, конечно, в рассуждении цели, свойственной христианину.

 

 

190

Тот же, по-моему, закон и в рассуждении обуви. Во всякое время надобно избирать ту, которая неизысканна, скорее добывается и удовлетворяет цели употребления.

Вопрос 23. О поясе.

Ответ. Что употребление пояса необходимо, доказывают прежде нас жившие святые: Иоанн, кожаным поясом стягивавший чресла свои (Мф. 3:4); а еще прежде него Илия, потому что, как отличие сего мужа, описано: муж космат и поясом у сменным препоясан о чреслех своих (4 Цар. 1:8). Указывается, что и Петр употреблял пояс, как видно из слов Ангела, говорящего ему: препояшися и вступи в плесницы твоя (Деян. 12:8). И блаженный Павел, по пророчеству о нем Агава, оказывается употреблявшим пояс, ибо сказано: мужа, егоже есть пояс сей, тако свяжут во Иерусалиме (Деян. 21:11). И Иову повелевает Господь препоясаться. Как бы в ознаменование какого-то мужества и готовности ему сказано: препояши яко муж чресла твоя (Иов. 38:3). И у всех учеников Господних было в обыкновении употребление пояса, как видно из запрещения не иметь меди при поясех (Мф. 10:9). Особенно кто намеревается работать руками, тому необходима легкость и беспрепятственность движения, а потому ему нужно и употребление пояса, которым одежда прижимается к телу и более греет его, будучи отовсюду собрана, и не делает ему препятствий в движениях. Ибо и Господь, когда приготовлялся на служение ученикам, приемь лентион, препоясася (Ин. 13:4).

О множестве же одежд не нужно нам и говорить, потому что этот предмет достаточно нами взвешен в слове о нестяжательности. Если тому, кто имеет две ризе, повелевается подать неимущему (Лк. 3:11), то явно, что приобретение большего числа риз, собственно для себя, запрещено. А кому запрещено иметь две ризы, тому нужно ли давать закон об употреблении?

Вопрос 24. Поскольку об этом преподано нам достаточно, то следовало бы научить нас, каким образом должны мы вести себя в отношении друг к другу?

Ответ. Поскольку апостол говорит: вся благообразно и по чину да бывают (1 Кор. 14:40), то при взаимном общении верных почитаю то поведение благообразным и благочинным, в котором соблюдается закон телесных членов. Посему тот, кому вверено попечение обо всех, как бы заменит собою око в оценке сделанного, в предусмотрении и обозрении того, что будет сделано; другой же заменит слух или руку при выслушивании и приведении в действие того, что на него возложено; а таким же образом и всякий заменит один из членов. Потому надобно знать, что как для членов тела небезопасно, если каждый член не радит

 

 

191

о своей обязанности или не пользуется другим членом в том, на что сотворен Создателем Богом (ибо если рука или нога не подчинится путеуказанию ока, то первая по необходимости коснется чего-либо гибельного и разрушительного для всего тела, последняя же преткнется или увлечется в стремнины; а если и глаз зажмурится и не будет смотреть, то необходимо погубит себя вместе с прочими членами, потерпевшими что-либо из сказанного); так и настоятелю, который ответствует за всех, небезопасно нерадение, и подчиненному небезвредна и небезубыльна непокорность; всего же более опасности тому, кто соблазняет других. Напротив того, всякий, кто на своем месте оказывает неленостное тщание и исполняет заповедь апостола, сказавшего: тщанием не ленивы (Рим. 12:11), тот получит похвалу за усердие; за нерадение же — противное сему, а именно: оплакивание и горе, ибо сказано: проклят всякий творяй дело Господне с небрежением (Иер. 48:10).

Вопрос 25. О том, как страшен суд настоятелю, который не обличает согрешающих.

Ответ. 1. Посему тот, кому поручено заботиться о всех, будучи обязан дать отчет за каждого, так и должен располагать себя, зная, что если один из братий впадет в грех потому, что он ему не сказал предварительно заповедей Божиих, или, впадоша в грех, пребывает в нем, не наученный, как исправиться, то кровь брата от рук его взыщется, как написано (Иез. 33:8), и особенно если не по неведению оставит он без внимания что-либо угодное Богу, но из ласкательства, потворствуя порокам каждого, ослабит строгие правила жизни. Ибо сказано: блажащии вас льстят вы и стези ног ваших возмущают (Ис. 3:12); смущаяй же вас понесет грех, кто бы ни был (Гал. 5:10). Поэтому и нам, чтобы не подпасть сему, надобно в беседе с братиями следовать Апостольскому правилу: никогдаже бо, говорит, в словеси ласкания быхом, якоже весте, ниже в вине лихоимания: Бог свидетель! Ни ищуще от человек славы, ни от вас, ни от инех (1 Фес. 2:5-6).

2. Поэтому кто чист от этих страстей, тот, может быть, поведет путем безопасным, с наградой для себя и ко спасению последующих ему. Ибо кто не ради каких-нибудь почестей от людей, не из желания нравиться и угождать (почему избегает даже случая оскорблять согрешающих), но действительно из любви приступает к делу, тот, ни в чем не решаясь искажать истину, с дерзновением простирает к ним неподдельное и искреннее слово, почему идет к нему и то, что далее сказано у апостола: но быхом тиси посреде вас, якоже доилица греет своя чада: тако желающе вас, благоволихом

 

 

192

подати вам не точию благовествование Божие, но и души своя ( 1 Фес. 2:7-8). А кто не таков, тот — слепой путеводитель: и сам падающий стремглав, и других влекущий за собою.

Из сказанного можно уже видеть, сколько худо вместо путеводства стать для брата причиной скитания по ложным путям. Но это служит вместе знаком неисполнения и заповеди о любви, потому что ни один отец не смотрит равнодушно на свое детище, готовое упасть в ров, и не оставляет в этом падении уже падшего. А сколько ужаснее оставить в погибели душу, низринувшуюся во глубину зол, нужно ли о том и говорить? Посему настоятель обязан братии бдеть о душах их и пещись о спасении каждого, как повинный дать о них отчет, и пещись настолько, чтобы показывать свое тщание о них даже до смерти, не только по общему для всех закону Господню о любви, да кто душу свою положит за други своя (Ин. 15:13), но и по особенному закону сказавшего: желающе вас, благоволихом подати вам, не точию благовествование Божие, но и души своя (1 Фес. 2:8).

Вопрос 26. О том, что надобно все, даже и тайны сердечные, открывать настоятелю.

Ответ. Но и каждый из подчиненных, если хочет оказать значительный успех и привести жизнь свою в состояние, согласное с заповедями Господа нашего Иисуса Христа, должен ни одного душевного своего движения не оставлять в скрытности, ни одного слова не пропускать без испытания, но тайны сердечные обнажать пред теми из братий, кому поручено прилагать милосердие и сострадательное попечение о немощных. Ибо таким образом похвальное будет утверждено, а неодобрительное не останется без надлежащего врачевания, а при таком взаимном упражнении, чрез постепенные приращения, достигнуто будет совершенство.

Вопрос 27. О том, что и настоятелю, если преткнется, должны делать напоминания первенствующие из братий.

Ответ. Как настоятель обязан руководить братий во всем, так опять и на прочих лежит обязанность делать напоминания настоятелю, если когда подозревается в нем какая-либо погрешность. Но чтобы не нарушалось благочиние, надобно дозволять такие напоминания только первенствующим и по возрасту, и по благоразумию. Поэтому, если что требует исправления, то и брату, а чрез него и самим себе, принесем пользу, когда возвратим на правый путь того, кто служит как бы правилом для нашей жизни и своей правой жизнью обязан обличать наши уклонения от правоты. Если же некоторые напрасно смутятся касательно настоятеля, то, удостоверившись обнаружением того, что несправедливо подозревали, освободятся от осуждения настоятеля.

 

 

193

Вопрос 28. Какое расположение должны все иметь к непокорному?

Ответ. 1. Кто неохотно повинуется Господним заповедям, тому, во-первых, все должны оказать сострадание, как больному члену, а настоятель обязан попытаться уврачевать его недуг своими увещаниями. Если упорствует в непокорности и не принимает исправительных мер, то надобно строже обличить при всем братстве и всячески упрашивать, чтобы принял врачевства. Если же и после многократных увещеваний не приходит в стыд, не показывает своего исправления на деле, но, по пословице, сам себе губитель, то его, хотя со многими слезами и рыданиями, однако же, как поврежденный и совсем бесполезный член, надобно, в подражание врачам, отсечь от общего тела. Ибо и врачи, как скоро находят какой-либо член зараженным неисцельною болезнью, чтобы вред, тлетворно действуя на члены, соприкосновенные с больным, не разлился далеко, имеют обыкновение отнимать его сечениями или прижиганиями. То же самое с теми, которые враждуют против заповедей Господних или препятствуют исполнять их, необходимо делать и нам, по повелению Самого Господа, сказавшего: еще око твое десное соблажняет тя, изми е и верзи от себе (Мф. 5:29).

Человеколюбие к таким людям близко к той невежественной снисходительности, за неблагоугодное употребление которой в рассуждении сыновей обличается Илий (1 Цар. 3:13). Эта ложная снисходительность к закореневшим в пороках есть измена истине, злоумышление против общего блага, приучение равно душно смотреть на всякий порок. Тогда не только не исполняется написанное: для чего не паче плакасте, да измется от среды вас содеявый дело сие? (1 Кор. 5:2), но по необходимости случается и присовокупленное: мал квас все смешение квасит (1 Кор. 5:6; Гал. 5:9). Согрешающих же, говорит апостол, пред всеми обличай, и тотчас приводит на сие причину, говоря: да и прочий страх имут (1 Тим. 5:20).

2. Кто вовсе не принимает врачевания, предлагаемого ему настоятелем, тот не согласен сам с собою. Ибо если не соглашается подчиниться, а следует собственной своей воле, то для чего и живет с ним? Для чего берет его вождем своей жизни? А кто однажды решился быть включенным в состав братства, тот, если

 

 

194

избрали его быть сосудом служебным, хотя бы и не по силам казалось ему приказание, предоставив суд тому, кто приказывает превышающее силы, сам оказывай покорность и послушание до смерти, помня Господа, что Он послушлив был даже до смерти, смерти же крестныя (Флп. 2:8). Противление же и прекословие доказывают многое худое: немощь веры, колеблемость надежды, надмение и кичливость нрава. Ибо не оказывает непокорности не осудивший прежде подавшего совет, и верующий обетованиям Божиим, полагающий на них твердую надежду, хотя бы и трудны были повеления, не станет уклоняться от их исполнения, зная, что недостойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас (Рим. 8:18), и, убежденный в том, что смиряяйся вознесется (Мф. 23:12), выкажет усердие, превышающее ожидания давшего повеление, зная, что еже ныне легкое печали, по преумножению в преспеяние тяготу вечныя славы соделовает (2 Кор. 4:17).

Вопрос 29. О совершающем делание свое с превозношением (ἐπαρσις) и ропотом (γογγυσμός).

Ответ. Работы того, кто ропщет или замечен в превозношении, не должно смешивать с работой людей, смиренных сердцем и сокрушенных духом, и вообще не должно пользоваться от нее благочестивым, потому что еже есть в человецех высоко, мерзость есть пред Богом (Лк. 16:15). Да есть и другая заповедь апостола, который говорит: ни ропщите, якоже нецыи от них роптаиш и погибоша от всегубителя (1 Кор. 10:10), и еще: не от скорби, ни от нужды (2 Кор. 9:7). Посему дело таких людей недостойно приятия, как жертва небеспорочная и непозволительно смешивать его с работой прочих. Ибо если принесшие на жертвенник огнь чужд испытали такой гнев (Лев. 10:1-2), то не опасно ли от враждебного Богу расположения принимать какое-либо дело в созидание заповедей? Сказано: кое причастие правде к беззаконию? или кая часть верну с неверным? (2 Кор. 6:14, 15). Посему, говорит закон, беззаконник жряй Ми телца, яко убиваяй пса, и приносяй семидал, яко кровь свиную (Ис. 66:3). Поэтому работы нерадивого и спорщика необходимо устранить из братства. И настоятелям с этой стороны надобно иметь строгое попечение, чтобы и самим не нарушать постановления того, кто сказал: ходяй по пути непорочну, сей ми служаше. Не живяше посреде дому моего творяй гордыню (Пс. 100:6-7), и тому, кто к заповеди примешивает грех и оскверняет свое делание тем, что или нерадив к труду, или


 

 

195

превозносится своими преимуществами, не помочь закоснеть в строптивости тем, что примут его работу, не дав ему прийти в сознание собственных пороков. Потому и настоятелю надобно быть убежденным, что неблагоразумное начальствование над братом навлекает на него тяжкий и неизбежный гнев, ибо кровь его, как написано, от рук его взыщется (Иез. 33:8); и подчиненный должен быть готов неленостно исполнять всякий приказ, даже и самый трудный, с уверенностью, что мзда многа на небесех (Мф. 5:12). Поэтому послушного да увеселяет надежда славы, чтобы дело Господне совершалось со всякой радостью и терпением.

Вопрос 30. С каким расположением настоятели должны иметь попечение о братиях?

Ответ. Настоятеля да не надмевает сан, чтобы самому ему не лишиться блаженства, обещанного смиренномудрию (см. Мф. 5:3), или разгордевся, в суд не впасть диаволь (cp. 1 Тим. 3:6). Но да будет уверен в том, что попечение о многих есть служение многим. Как тот, кто прислуживает многим раненым, очищает гной у каждого с раны и оказывает им пособия по качеству повреждения, свое служение не считает поводом к превозношению, но скорее к уничижению, томлению и тяготе, тем более тот, кому поручено врачевать недуги братства, как общий всех слуга и о всех обязанный дать отчет, должен много думать и беспокоиться. Таким образом достигнет он цели, потому что Господь сказал: аире кто хощет старей быти, да будет всех менший и всем слуга (Мк. 9:35).

Вопрос 31. О том, что должно принимать услуги от настоятеля.

Ответ. Впрочем, и телесную услугу, оказываемую теми, которые по-видимому имеют преимущество в братстве, должны принимать низшие братия. Ибо закон смиренномудрия и на высшего налагает обязанность услуживать, и низшему показывать, что ему не неприлично принимать услуги. К сему приводит нас пример Господа, причем и Сам Он не погнушался умыть ноги ученикам Своим, и они не осмелились этому воспротивиться. Напротив того, Петр, который сначала по великому благоговению не соглашался на сие, тотчас обратился к послушанию, узнав опасность непокорности (Ин. 13:8-10). Поэтому подчиненному нечего бояться, что не достигнута им будет цель смиренномудрия, когда примет услугу от высшего. Ибо услуга оказывается ему нередко более в научение и в убедительный пример, нежели по необходимой потребности. Поэтому показывай смирение в послушании

 

196

и подражании и, сопротивляясь под видом смиренномудрия, не совершай дела гордости и высокомерия, потому что прекословие показывает самовластие (τὸ αὐτοκρατορικόν) и неподчиненность, служит более доказательством надмения и пренебрежения, нежели смирения и во всем послушания. Поэтому необходимо слушаться сказавшего: терпяще друг другу любовию (Еф. 4:2).

Вопрос 32. Какое расположение должно иметь к родным по плоти?

Ответ. 1. Однажды принятым в братство настоятель не должен дозволять, чтобы они чем-либо развлекались, чтобы, под предлогом посещения своих, удалялись от братии и вели жизнь, никем не свидетельствуемую, и чтобы соглашались принимать на себя заботы попечительства о сродниках по плоти. Ибо устав вообще не одобряет, чтобы в братстве употреблялись слова «мое» и «твое», ибо сказано: у всех уверовавших бе сердце и душа едина, и ни един же что от имений своих глаголаше свое быти (Деян. 4:32).

Поэтому родители по плоти или братья одного из братий, если живут по Богу, да пользуются услугами всех, принадлежащих к братству, — так, как были бы всем отцы и сродники. Ибо, говорит Господь, иже аще сотворит волю Отца Моего, Иже есть на небесех, той брат Мой, и сестра, и мати есть (Мф. 12:50). Но и о них попечение считаю приличным возлагать на настоятеля братства.

А если они преданы еще мирской жизни, то нет никакого общего к ним отношения у нас, которые стараемся без развлечения преуспевать в том, что благообразно и поставляет нас пред Господом. Ибо кроме того, что им не доставляем никакой пользы, и свою жизнь исполняем тревог и смятения, и сами себе привлекаем случай ко грехам. Напротив того, презирающих заповеди Божии и уничижающих дело благочестия, если, когда приходят для посещения своих, не следует принимать как не любящих Господа, Который сказал: не любяй Мя словес Моих не соблюдает (Ин. 14:24). Но: кое причастие правде к беззаконию? Или кая часть верну с неверным? (2 Кор. 6:14, 15).

2. Всего же более у тех, которые еще только навыкают добродетелям, должно стараться всеми мерами отнимать поводы ко греху, из которых важнейший есть памятование прежней жизни, чтобы не случилось с ними сказанного, что возвратились сердцем своим в Египет (Чис. 14:4), а сие всего чаще бывает при постоянных беседах с родными по плоти.

 

 

197

Вообще же не должно дозволять, чтобы свой или чужой вел разговоры с братиями, если не будем о них уверены, что разговор ведется к душевному назиданию и усовершению. Если же нужно сказать слово с встречающимися однажды, то предоставь сие тем, кому вверен дар слова, потому что они имеют способность и разумно говорить, и слушать к созиданию веры, как и апостол ясно учит, что не все имеют способность слова, но что дарование сие у немногих, когда говорит: овому бо Духом дается слово премудрости, иному же слово разума (1 Кор. 12:8), и в другом месте: да силен будет утешати во здравем учении, и противящияся обличати (Тит. 1:9).

Вопрос 33. Каким образом иметь свидание с сестрами.

Ответ. 1. Кто однажды отрекся от брака, тот, очевидно, гораздо прежде отречется от попечений, которые апостол называет попечениями оженившегося, како угодити жене своей (1 Кор. 7:33), и совершенно очистит себя от всякого попечения, принимаемого в угождение женщине, боясь суда Того, Кто сказал: яко Бог разсыпа кости человекоугодников (Пс. 52:6). Поэтому и с мужчиной не согласится иметь свидания из одного угождения, но придет на свидание только по требованию нужды, из усердия к ближнему, к какому обязывает каждого Божия заповедь.

Впрочем, не надобно просто желающим дозволять свидание, и не всякое время и место для него удобны. Но если, по апостольской заповеди, хотим безпреткновени быти Иудеем и Еллином и Церкви Божией (1 Кор. 10:32), делать же все благообразно и по чину (1 Кор. 14:40) и вся к созиданию (1 Кор. 14:26), то необходимо приличным образом по выбору назначать и лицо, и время, и потребность, и место. А чрез все это как избегнута будет и всякая тень худого подозрения, так во всех отношениях видно будет доказательство степенности и целомудрия тех, кому дозволено видеться друг с другом и иметь совещание об угодном Богу касательно телесной потребности или попечения о душах. Но при сем должно находиться не менее двоих с каждой стороны, потому что одно лицо удобно подпадает (чтобы не сказать чего большего) подозрению и не имеет силы к подтверждению сказанного, по ясному определению Писания, что при двою или триех станет всяк глагол (Втор. 19:15; Мф. 18:16), но не более троих, чтобы не было препятствия тщательности к трудолюбию, согласному с заповедью Господа нашего Иисуса Христа.

2. А если кому из других, живущих в братстве, будет нужда сказать или выслушать что, собственно до кого-нибудь касающееся, то не они сами должны входить в собеседование друг с другом, но избранные старцы с избранными старицами пусть

 

 

198

будут им поверенными в этом деле, и таким образом при их посредстве переговорено будет, о чем нужно.

То же благочиние да соблюдается не только у женщин с мужчинами или у мужчин с женщинами, но и у лиц одного пола с лицами того же пола. Собеседующие, сверх иного во всем благоговения и степенности, должны быть благоразумны в вопросах и ответах, верны и рассудительны в том, что говорят, исполнять сказанное: устроит словеса своя на суде (Пс. 111:5), чтобы доверившиеся им и нужду свою исполнили, и вместе не оставались в сомнении касательно того, о чем они переговаривали.

И ради телесных потребностей пусть услуживают другие, заслужившие одобрение, и старшие по возрасту, и по наружности, и по нравам, честные, чтобы чью-либо совесть не уязвить худым подозрением. Векую бо свобода моя судится от иныя совести? (1 Кор. 10:29).

Вопрос 34. Каковы должны быть в братстве распоряжающиеся служащим на потребности?

Ответ. 1. И те, которые заведуют в каждом братстве внутренним распределением служащего на потребности, непременно должны быть люди, способные подражать исполнявшим сказанное в Деяниях: даяшеся коемуждо, егоже аще кто требоваше (Деян. 4:35). Они обязаны много заботиться о милосердии и долготерпении ко всем, не подавать подозрения в пристрастии к комунибудь или в особой наклонности к некоторым, по наставлению апостола, сказавшего: ничесоже творя по уклонению (1 Тим. 5:21), или опять в соперничестве, которое отвергает тот же апостол как вовсе неприличное христианам, сказав: аще ли кто мнится спорлив быти, мы таковаго обычая не имамы, ниже Церкви Божия ( 1 Кор. 11:16); потому что такие люди у некоторых отнимают потребное для них, а именно у тех, с которыми соперничают, и другим дают излишнее, а именно тем, к которым имеют наклонность; но первое показывает братоненавидение, второе же — пристрастие, всего более достойное порицания, и сим единодушие любви в братстве расторгается, поселяются же лукавые подозрения, зависть, ссоры и неохота к делу.

2. Итак, ради упомянутых, а равно и многих других подобных последствий распределяющим в братстве служащее на потребности необходимо до крайней степени очиститься от пристрастия и соперничества. Они должны сознать в себе подобное расположение; и как сами, так и те, на ком лежит другое дело, относящееся к служению братиям, обязаны оказывать все тщание, как

 

 

199

служащие не человекам, но Самому Господу, Который, по великой Своей благости, к Себе Самому относит честь и попечение, какие оказываем посвятившим себя Ему, и обещает за сие наследие Небесного Царства, ибо говорит: приидите, благословенный Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира. Понеже сотвористе единому сих братий Моих менших, Мне сотвористе (Мф. 25:34, 40). И, напротив, должны знать опасность нерадения, памятуя сказавшего: проклят всякий, творяй дело Господне с небрежением (Иер. 48:10), потому что не только изринуты будут из Царствия, но еще услышат тот грозный и страшный приговор Господень на таковых людей: идите от Мене, проклятии, во огнь вечный, уготованный диаволу и ангелом его (Мф. 25:41). Если же те, на кого возложена попечительность и обязанность прислуживать, в тщании своем находят столько выгод, а за нерадение подвергаются такому суду, то принявшим на себя сию обязанность какой потребен подвиг, чтобы показать себя достойными наименования братий Господних, по учению Господа, сказавшего: иже аще сотворит волю Отца Моего, Иже есть на небесех, той брат Мой, и сестра, имати есть (Мф. 12:50)?

3. Кто волю Божию не поставляет целью для всей своей жизни, чтобы в здоровом своем состоянии тщательностью о делах Господних доказывать труд любви и во время всякой болезни с радостью являть терпение и великодушие, тот находится в опасности. Первая же величайшая для него опасность — что отчуждается от Господа, отлучив сам себя от части братий своих неисполнением воли Божией; а вторая опасность — что осмеливается недостойно приобщаться уготованного достойным. Посему и в этом необходимо помнить апостола, сказавшего: споспешествующе же и молим, не вотще благодать Божию прияти вам (2 Кор. 6:1); и призванные на место братий Господних не должны оскорблять таковую благодать Божию и изменять такому достоинству нерадением о воле Божией, но более повиноваться тому же апостолу, который говорит: молю вас аз юзник о Господе, достойно ходити звания, в неже звана бысте (Еф. 4:1).

Вопрос 35. Надобно ли в одном селении основывать многие братства?

Ответ. 1. Предложенный вопрос с удобством объяснит нам пример телесных членов, употребляемых на многое. Ибо слово показало, что телу, при хорошем устройстве, приспособленному ко всякому образу действий, нужны глаза, язык и прочие необходимые

 

 

200

и главнейшие члены; но трудно и редко возможно найти душу, способную быть оком для многих. Если по самой строгости требуется, чтобы настоятель братства был предусмотрителен, и в слове достаточно силен, и трезвен, и сострадателен, и совершенным сердцем искал оправданий Божиих, то можно ли в одном селении встретить многих таких людей? А если бы и случилось когда, что нашлось таких двое или трое, — дело, впрочем, нелегкое и нам еще не встретившееся, — то гораздо лучше сообща принять им на себя попечение и облегчать друг другу труд, чтобы, например, во время отсутствия или недосуга одного из них или в других каких обстоятельствах (по которым одному настоятелю нередко случается отлучаться от братства) готов был другой к восполнению недостатка. А если сего не случится, то другой может идти в другое братство, которое имеет нужду в руководителе.

Также и опыт совершающегося в мире много может способствовать нам к решению предложенного вопроса. Как искусные в общеупотребительных ремеслах имеют соревнование к занимающимся тем же ремеслом, а это самое неприметным образом производит обыкновенно соперничество, так всего чаще то же случается и в подвижнической жизни. Начав соревнованием в деле прекрасном и старанием превзойти друг друга или в странноприимстве, или в умножении числа сподвижников, или в другом каком подобном деле, со временем входят в ссоры. Потом приходящие из других обителей братия бывают в великом сомнении и вместо упокоения находят затруднение; мысль у них делится — пристать ли к тому или другому братству; и предпочтение оскорбительно, и вполне оценить то или другое братство невозможно, особенно когда требуется поспешность; а первоначально вступающим в общежитие делается большое беспокойство, кого из настоятелей избрать им руководителем своей жизни; избрать же одного, без сомнения, значит не одобрить других.

2. А от сего с самого уже начала заражаются они превозношением, не в ученики себя готовя, но привыкая быть судьями и ценителями братства.

Итак, поскольку в раздельности обителей не оказывается ничего доброго, а видно много тому противного, то вовсе бесполезно отделять одну обитель от другой. Но если бы и прежде это разделение случилось, то надобно поспешить с исправлением, особенно по изведании на опыте вреда. Оставаться же в разделении — это явное соперничество: ιιφ ли кто мнится спорлив быти, говорит апостол, мы таковаго обычая не имамы, ниже церкви Божия (1 Кор. 11:16).

 

 

201

Да и что представят препятствием к соединению? Жизненные ли потребности? Но при общем житии их легко приобретать, потому что одного светильника, одного очага и чего-либо подобного сему может быть достаточно для всех. Ибо если чего другого, то именно в сем удобства надобно домогаться всеми мерами, приобретение необходимого доводя до наименьшего количества. Притом и людей, которые бы извне доставляли братству потребности, при раздельном житии нужно большее число, а при совокупном — половинное. А как трудно найти человека, который бы не постыдил имени Христова, но во время отлучек, при встрече с мирянами, вел себя достойно своего обета, сие известно вам и прежде моих слов.

Затем — пребывающие в разделении как могут назидать живущих в мире, или в случае нужды склоняя их к миру, или убеждая к исполнению других заповедей, если сами на себя навлекают худое подозрение тем, что не соединяются? Сверх сего слышим, что пишет апостол к филиппийцам: исполните мою радость, да тожде мудрствуете, ту же любовь имущ, единодушии, единомудренни; ничтоже по рвению ши тщеславию, но смиренномудрием друг друга честию болша себе творяще. Не своих си кийждо, но и дружних смотряйте (Флп. 2:2-4).

3. Какое же доказательство смиренномудрия больше того, что и настоятели братства подчиняются друг другу? Ибо если они равны по духовным дарованиям, то для них лучше подвизаться вместе, как показал нам это Сам Господь, послав апостолов два два (Мк. 6:7). И каждый из них, без сомнения, пожелает с радостью подчиниться другому, памятуя слово Господа, Который говорит: смиряяй себе вознесется (Лк. 18:14). А если случится, что один ниже, а другой выше, то гораздо полезнее для немощного, если будет принят в сообщество более крепким.

И не явное ли это преслушание апостольской заповеди, в которой говорится: не своих: си кийждо, но и дружних смотряйте (Флп. 2:4)? Ибо, как рассуждаю, при отдельном жительстве невозможно в этом преуспеть, когда каждое братство имеет попечение собственно только о принадлежащих к нему, чуждается же заботливости о других, что, как сказал я, очевидно противоречит апостольской заповеди. И из многократного в Деяниях свидетельства о святых, о которых пишется в одном месте: народу веровавшему бе сердце и душа едина (Деян. 4:32), и в другом: вси же веровавший бяху вкупе и имяху вся обща (Деян. 2:44), видно,

 

 

202

что у них не было никакого разделения, никто не жил по своей воле, но все управляемы были, состоя под одним и тем же попечением, и это соблюдалось при числе, доходившем до целых пяти тысяч, от чего, может быть, немало было и такого, что по человеческому расчету казалось препятствием к соединению. А если в каждом селении находящееся число братий гораздо меньше, то какая причина дозволить им разделяться между собою? О, если бы возможно было, чтобы не только собравшиеся вместе в одном селении жили всегда вкупе, но, чтобы и многие братства в различных местах, под единым попечением людей, способных нелицеприятно и мудро устроять полезное для всех, назидаемы были в единении духа и союзе мира (Еф. 4:3)!

Вопрос 36. Об оставляющих братство.

Ответ. Однажды согласившимся между собой жить вместе невозможно без какой-либо причины оставить братство. И если они не остаются при своем намерении, то бывают на сие две причины: или вред от общежития, или непостоянство мыслей в переменяющем свое намерение.

Отделяющийся от братий по причине вреда да не скрывает в себе этой причины, но пусть обличит вред, поступив, как предано Господом, сказавшим: аще согрешит брат твой, иди, обличи его между тобою и тем единем и прочее. (Мф. 18:15). И если требуемое им будет исправлено, то приобрел он братий и не бесчестит общения с ними. А если видит, что они остаются во зле и не соглашаются на исправление, то, объявив людям, которые способны рассудить подобное дело, тогда уже при свидетельстве многих оставит братство. Но оставит не братий, а чуждых, потому что Господь упорствующего во зле сравнивает с язычником и мытарем, ибо говорит о таковом человеке: буди тебе якоже язычник и мытарь (Мф. 18:17).

Если же по собственному легкомыслию отторгается от братского союза, да уврачует свою немощь, а не соглашающийся на это да не приемлется ни в одно братство. А если иной увлекается в другое место по Господней заповеди (см. Ин. 14:31), то подобные люди не оставляют братства, но исполняют Божие о себе смотрение.

А всякой другой причины оставить братию здравый разум не одобряет, во-первых, потому, что сим бесчестится имя Господа нашего Иисуса Христа, совокупившее братию, а во-вторых, потому, что совесть каждого пред другим не может быть чиста, но друг у друга останутся они в подозрении; сие же явным образом противоречит заповеди Господа, сказавшего: аще убо принесеши дар твой ко олтарю и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на

 

 

203

тя, остави ту дар твой пред олтарем и шед прежде смирися с братом твоим, и тогда пришед принеси дар твой (Мф. 5:23-24).

Вопрос 37. Должно ли под предлогом молитв и псалмопения не радеть о делах? Какие времена приличны для молитвы? Надобно ли в первую очередь трудиться?

Ответ. 1. Поскольку Господь наш Иисус Христос говорит, что не просто всякий и во всяком случае достоин пищи своея, но делатель (Мф. 10:10), и апостол повелевает трудиться и делать своими руками благое, дабы иметь что подать требующему (Еф. 4:28), то из сего само собой явствует, что надобно ревностно заниматься рукоделием. Ибо цель благочестия надобно почитать не предлогом к бездействию и не удалением от труда, но побуждением к подвижничеству, к большим трудам, к терпению в скорбях, чтобы и нам можно было сказать: в труде и подвозе, о бдениих множащею, во алчбе и жажди (2 Кор. 11:27). Такой образ жизни полезен нам не одним изнурением тела, но любовью к ближнему, чтобы чрез нас и немощным братиям подал Бог довольство, по примеру, данному в Деяниях апостолом, сказавшим: вся сказах вам, яко тако труждающимся подобает заступати немощным (Деян. 20:35), и еще: да имате подаяти требующему (Еф. 4:28); а таким образом чтобы удостоились и мы услышать: придите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира: взалкахся бо, и дасте Ми ясти, возжадахся, и дасте Ми пити (Мф. 25:34-35).

2. И какое зло — праздность (ἀργ/α), нужно ли говорить о сем, когда апостол ясно повелевает не делающему даже и не есть (2 Фес. 3:10)? Поэтому сколько необходимо каждому ежедневно вкушение пищи, столько же необходимо и дело по мере сил. Ибо не напрасно Соломон написал в похвалу: брашна же леностнаго не яде (Притч. 31:27); а еще апостол пишет о самом себе: ниже туне хлеб ядохом у кого, но в труде и подвозе нощь и день делающе (2 Фес. 3:8), хотя, благовествуя Евангелие, имел он право жить от Евангелия. И Господь сочетал леность с лукавством, сказав: лукавый раб и ленивый (Мф. 25:26). Также и премудрый Соломон

 

 

204

не только хвалит занимающегося делом за упомянутое выше, но и обличает ленивого сопоставлением с самыми малыми животными, говоря: иди ко мравию, о, лениве (Притч. 6:6). Посему надобно бояться, чтобы и нам в день Суда не сказано было то же самое, когда Давший нам силы заниматься делом потребует и делания, соразмерного с силами, потому что емуже предаша множайше, множайше истяжут от него (Лк. 12:48).

Поскольку же некоторые уклоняются от дел под предлогом молитв и псалмопения, то должно знать, что хотя для прочего всему свое есть время, по слову Екклесиаста: время всякой вещи (Еккл. 3:1), но для молитв и псалмопения, как и для многого другого, пригодно всякое время. Посему между тем как движешь руку на дело, или языком, когда возможно сие, лучше же сказать, полезно к созиданию веры, или, если то невозможно, сердцем во псалмех и пеших и песнех духовных (Еф. 5:19; Кол. 3:16), — воспевай Бога, как написано, и между делом совершай молитву, как благодаря Того, Кто дал силу рук на дела и мудрость ума на приобретение знания, Кто дал вещество, из которого сделаны орудия и которое обделывается тем искусством, каким случилось нам заниматься, так моля направить дела рук наших к цели благоугождения Богу.

3. Таким образом достигнем душевной собранности, когда, по вышесказанному, при всяком действии будем у Бога просить успеха в делании, воздавать благодарение Даровавшему деятельную силу (νέργεια) и соблюдать цель благоугождения Ему. Ибо если не употребим при этом сего способа, то как может быть совмещено сказанное у апостола: непрестанно молитеся (1 Фес. 5:17) и: нощь бо и день делающе (1 Фес. 2:9)?

Итак, если и законом предписывается благодарение во всякое время, по природе и разуму оказывается необходимым для нашей жизни, то не должно пренебрегать времени молитвы, установленного в братствах, которые избраны нами по необходимости, потому что каждое из них особенным образом напоминает о благах, подаваемых от Бога. Так, не должно пренебрегать утра, чтобы первые движения души и ума посвящаемы были Богу, чтобы мы ни за что другое не принимались с заботливостью, пока не возвеселены мыслью о Боге, по написанному: помянух Бога и возвеселихся (Пс. 76:4), чтобы и тела не приводили в движение для делания, пока не исполним сказанного: к Тебе помолюся, Господи. Заутра услыши глас мой,

 

 

205

заутра предстану Ти, иузриши мя (Пс. 5:3-4). Затем и в третий час должно становиться на молитву и собирать братию, если бы случилось, что каждый особо занят своим делом; воспоминая дар Духа, данный в третий час апостолам (Деян. 2:15), все должны поклониться единодушно, чтобы и самим сделаться достойными принятия освящения и просить у Духа руководства и учения на пользу, подражая сказавшему: сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей. Не отвержи мене от лица Твоего и Духа Твоего Святаго не отыми отмене. Воздаждь ми радость спасения Твоего и Духом Владычним утверди мя (Пс. 50:12-14), и в другом месте: Дух Твой благий наставит мя на землю праву (Пс. 142:10); и таким образом опять приниматься за дела.

4. И если некоторым по свойству дел и мест придется быть где-нибудь очень далеко, то необходимо обязаны, нимало не медля, исполнять все сообща установленное, потому что идеже еста два или трие собрана во имя Мое, говорит Господь, ту есмь посреде их (Мф. 18:20). В шестой же час признали мы необходимым молиться в подражание святым, говорившим: вечер и заутра и полудне повем и возвещу, и у слышит глас мой (Пс. 54:18); причем чтобы избавиться от нападения и беса полуденного (Пс. 9:6), читается и девяностый псалом. О том же, что девятый час нужен нам на молитву, предано нам самими апостолами в книге Деяний, где повествуется, что Петр и Иоанн восхождаста во святилище на молитву в час девятый (Деян. 3:1). А по окончании дня нужны как благодарение за то, что в день сей дано нам или благоуспешно нами исполнено, так исповедание в том, чего мы не выполнили, произвольно ли было наше прегрешение, или непроизвольно, или даже тайно, состояло ли оно в словах, или в делах, или заключалось в самом сердце; за все должны мы умилостивить Бога молитвой. Ибо обозрение прошедшего весьма полезно, чтобы снова не впадать нам в подобные грехи, почему и сказано: яже глаголете в сердцах ваших, на ложах ваших умилитеся (Пс. 4:5).

5. Опять и при наступлении ночи нужно просить, чтобы упокоение наше было непреткновенно и свободно от мечтаний, читая и в этот час девяностый псалом. А что и полунощь нужна нам на молитву, это предали Павел и Сила, как сказует история Деяний, говоря: в полунощи же Павел и Сила молящася пояста Бога (Деян. 16:25). И Псалмопевец говорит: полу нощи востах исповедатися Тебе о судбах правды Твоея (Пс. 118:62). И опять надобно

 

 

206

вставать на молитву, предваряя утро, чтобы день не застал нас во сне и на ложе, по словам сказанного: предваристе очи мои ко утру поучитися словесем Твоим (Пс. 118:148).

Тем, которые решились жить тщательно во славу Бога и Христа Его, не надобно пренебрегать ни одним из сих времен. Полагаю, что разность и разнообразие молитв и псалмопений в установленные часы полезны и по той причине, что единообразием душа нередко приводится в какое-то равнодушие и рассеяние, а переменой и разнообразием псалмопения и чтения в каждый час вожделение ее приобретает новые силы, и трезвенность обновляется.

Вопрос 38. Поскольку достаточно уже показано, что и молитвы оставлять не должно и что заниматься работой необходимо, следует нам узнать, какие ремесла приличны нашему званию?

Ответ. Нелегко определить в частности ремесла, потому что для одних требуются те, а для других и другие, по удобству занятий в каждой стране. Но можно в общих словах изобразить, каков должен быть их выбор; это ремесла, которые не нарушают мира и безмолвия нашей жизни, не требуют многих хлопот при добывании свойственного им вещества и большого беспокойства при продаже изделий и не ведут к неприличным и вредным встречам с нами мужчин или женщин. Но всегда надобно иметь в виду, что у нас есть своя особенная цель — простота и дешевизна, потому что избегаем случаев услуживать человеческим похотям, несмысленным и вреждающим (1 Тим. 6:9), работая что-нибудь, ими требуемое. Так, в ткацком деле допускаются у нас изделия, употребляемые в обыкновенной жизни, а не придуманные похотливыми для уловления и опутания сетями юных. Подобным образом в сапожном деле будем услуживать своим ремеслом тем, которые ищут необходимого к удовлетворению потребности. А ремесло плотницкое, столярное и земледелие, хотя сами по себе необходимы для жизни, доставляют много полезного и по собственному их значению не отвергаются нами, однако же, когда или нарушают по временам безмолвие, или отвлекают братию от единства жизни, тогда, по необходимости, от них уклоняемся, предпочитая такие занятия, при которых соблюдается жизнь неразвлеченная и приверженная к Господу и посвятившие себя подвигам благочестия не отвлекаются от обычного псалмопения, от молитв, от благочиния во всем прочем. А когда от оных нет никакого вреда избранной нами жизни, тогда они предпочтительнее многих, особенно же земледелие, которое само себе добывает необходимое и избавляет земледельцев от дальних скитаний и от бегания туда и сюда, если только не про-

 

 

207

изводит у нас, по сказанному, молвы и смятений ни с соседями, ни с живущими вместе.

Вопрос 39. Как надобно производить продажу изделий и вести себя во время отлучек?

Ответ. Надобно стараться, чтобы изделия продавались не где-нибудь далеко и чтобы самим для продажи не смешиваться с народом (δημοσιεύω). Ибо пребывание на одном месте гораздо приличнее и полезнее как для взаимного назидания, так и для строгой бережливости в дневном пропитании. Почему лучше отнять и убавить несколько в цене, нежели для небольшого прибытка отлучаться далеко. А если опытом дознано будет, что сие невозможно, то надобно избирать места и города, где живут люди благочестивые, чтобы и отлучка была для нас не бесплодна. И на установленные торжища должны сходиться многие братия, каждый принося свое изделие, и в дорогу отправляться вместе, чтобы и путь совершать с псалмопением, молитвами и взаимным назиданием, а пришедши на место избрать одну гостиницу как для взаимного обережения, так и для того, чтобы не опускать нам времени ни дневной, ни ночной молитвы и чтобы встречи с людьми несговорчивыми и корыстолюбивыми проходили для нас без вреда, когда будем сходиться с ними в большом числе, а не один на один, потому что и самые наглые люди не хотят иметь многих свидетелей своей несправедливости.

Вопрос 40. О торговле при церковных собраниях.

Ответ. Но закон показывает, что нам несвойственны торги, бывающие в местах, где чествуются мученики. Ибо не для иного чего обязаны христиане приходить в мученические храмы или на места, близ оных лежащие, как для молитвы и для того, чтобы, воспоминая твердость святых, подвизавшихся за благочестие до смерти, самим возбуждаться к подобной ревности, памятуя самый страшный гнев Господа, Который всегда и везде, как написано, был кроток и смирен сердцем (Мф. 11:29), но поднял бич на тех одних, которые продавали и покупали около храма, потому что торговля превращает храм молитвы в вертеп разбойником (Мф. 21:13). Если другие прежде нас нарушили обычай, имевший силу у святых, и, вместо того чтобы молиться друг за друга, вместе со многими поклоняться Богу, проливать пред Ним слезы, умилостивлять Его за содеянные нами грехи, благодарить Его за благодеяния и назидаться словом утешения, что, как известно, и в наше время еще соблюдалось, — если взамен этого и место

 

 

208

и время обращают в торг, игрища и общий рынок, то неприлично нам следовать сим людям и участием в деле утверждать нелепое нововведение. Напротив того, должны мы подражать собраниям (σύνοδος), какие описывают в Евангелиях при Господе нашем Иисусе Христе, и исполнять то, что предписано апостолом как близко подходящее к такому примеру. Пишет же так: егда сходитеся, кийждо вас псалом имать, учение имать, откровение имать, язык имать, сказание имать, вся к созиданию да бывают (1 Кор. 14:26).

Вопрос 41. О власти и повиновении.

Ответ. 1. Даже и в дозволенных занятиях не следует позволять, чтобы каждый изучал, какое он хочет, но то, к какому он признан способным, потому что отрекшийся себя самого, отложивший все свои хотения делает не то, что хочет, но то, чему его учат. Самому для себя избирать полезное закон не позволяет, как скоро кто попечение о себе вверил другим, которые и приставят его к тому самому, к чему о имени Господнем признают способным. Ибо кто избирает себе дело по собственному своему пожеланию, тот сам на себя произносит обвинение, во-первых, в самоугодии, а во-вторых, и в том, что прибегнул к такому занятию или для мирской славы, или в надежде прибыли, или по другому чему-нибудь подобному, или что по лености и изнеженности предпочитает легчайшее. А быть виновным в этом есть признак того, что он еще не освободился от порока страстей. Не отрекся еще сам себя, кто хочет выполнять собственные свои стремления от мирского, если еще увлекается желанием корысти и славы, не умертвил еще уды свои, яже на земли (Кол. 3:5), кто не переносит в работах труда, а, напротив того, сам себя уличает в гордом самомнении, думая, что собственное его суждение вернее приговора многих. Поэтому, если кто знает ремесло, не осуждаемое обществом, тот не должен бросать его, потому что пренебрегает тем, что уже приобретено, показывает непостоянство мыслей и нетвердость воли. А если не знает, то да не сам выбирает для себя, но пусть принимается за одобренное многими, чтобы во всем соблюдалась благопокорность. Как, по доказанному, неприлично самому себе дозволять выбор, так предосудительно не принимать одобренного другими. А если бы кто и знал ремесло, но употребление его не нравилось братству, то пусть с готовностью бросит его в доказательство, что не имеет пристрастия ни к чему мирскому. Ибо творить волю помышлений

 

 

209

(Еф. 2:3), по слову апостола, свойственно не имущему упования (1 Фес. 4:13); а благопокорность во всем достойна одобрения, потому что сам апостол хвалит некоторых за то, что себе вдаша первее Господеви, а потом и нам волею Божиею (2 Кор. 8:5).

2. Но каждому надобно быть внимательным к своей работе, заботиться о ней с любовью и с неленостной тщательностью, с внимательным попечением, как бы надзирал за ним Сам Бог, совершать ее неукоризненно, чтобы всегда иметь дерзновение сказать: се, яко очи раб в руку господни своих, тако они наши ко Господу Богу нашему (Пс. 122:2), а не надобно перебегать от одного дела к другому, потому что природа наша неспособна вдруг успевать во многих занятиях; трудолюбиво заняться одной работой полезнее, чем слегка касаться многих дел. Развлечение многими занятиями и перехождение от одного дела к другому, кроме того, что не приводит к окончанию дел, еще или обличает в давнем непостоянстве нрава, или производит оное, если не было его прежде.

Если же когда встретится нужда, способному следует помогать и в других ремеслах. И это ты должен сделать не сам собою, но когда будешь приглашен, потому что это не главное наше занятие, а вынужденное обстоятельствами, как и в членах телесных, когда подгибается нога, опираемся на руку. И здесь опять как нехорошо самому собою приступать к делу, так не приниматься за то, что приказано, достойно осуждения; надобно же стараться, чтобы не находила себе пищи страсть самомнения и чтобы не нарушалось правило послушания и благопокорности.

Хотя попечение об орудиях главным образом касается ремесленика в каждой работе, однако же, если бы ему случилось чего не досмотреть, как общее всех достояние орудия требуют надлежащей внимательности тех, которые прежде заметили недосмотр. Ибо хотя употребление орудий частное, но польза от них общая. Пренебрегать делами другого ремесла, как чем-то до нас не касающимся, служит доказательством отчуждения. Тем, которые занимаются ремеслами, неприлично присвоить себе орудия в полное заведование, так чтобы настоятелю братства не дозволять употреблять их на что хочет, или себя почитать вправе их продавать, или обменивать, или другим каким образом передавать, или к тем, какие есть, прикупать новые. Ибо кто однажды решился не быть господином даже собственных своих

 

 

210

рук, но деятельность их предоставил распоряжению другого, тот сообразно ли поступит, самовластно распоряжаясь орудиями ремесла и пользуясь ими как собственностью?

Вопрос 42. С какой целью и с каким расположением должен работать занимающийся рукоделием?

Ответ. 1. Надобно же знать и то, что занимающийся рукоделием должен работать не для того, чтобы изделием своим удовлетворить своим потребностям, но, чтобы исполнить заповедь Господа, сказавшего: взалкахся, и дасте Ми ясти и проч. (Мф. 25:35). Ибо беспокоиться о себе совершенно запрещено Господом, сказавшим: не пецытеся душею вашею, что ясте, ни телом вашим, во что облечетеся, и присовокупившим: всех бо сих языцы ищут (Мф. 6:25, 32). Посему каждый в деле своем должен поставлять целью вспоможение нуждающимся, а не собственную свою потребность. Ибо таким образом избежит осуждения за самолюбие и примет благословение за братолюбие от Господа, Который говорит: понеже сотвористе единому сих братий Моих меньих, Мне сотвористе (Мф. 25:40).

И никто да не подумает, что нашему слову противно изречение апостола, сказавшего: да делающе, свой хлеб ядят (2 Фес. 3:12); ибо сие сказано людям беспорядочным и праздным: для них лучше праздной жизни, чтобы каждый служил себе самому и не был в тягость другим. Ибо говорит он: слышим неким безчинно ходящыя у вас, ничтоже делающыя, но лукавно обходящыя. Таковым, продолжает, запрещаем и молим, да с безмолвием делающе, свой хлеб ядят (2 Фес. 3:11-12). Ту же мысль подают и слова: нощь и день делающе, да не отягчим никогоже от вас (2 Фес. 3:8), потому что апостол, по братолюбию, для усмирения бесчинных, сам себя подверг трудам, какие от него и не требовались.

А кто поспешает к совершенству, тому свойственно заниматься рукоделием день и ночь (2 Фес. 3:8), да имать подаяти требующему (Еф. 4:28).

2. Ибо надеющийся на самого себя или на того, кто принял на себя попечение о потребном, так же признающий или собственное свое рукоделие, или рукоделие с ним вместе живущего достаточным источником к поддержанию жизни, как возложивший упование свое на человека, в опасности подпасть клятве, которая говорит: проклят человек, иже надеется на человека и утвердит плоть мышцы своея, и от Господа отступит сердце его (Иер. 17:5); причем Писание словами иже надеется на человека запрещает иметь надежду на другого, словами и утвердит плоть мышцы своея не дозволяет иметь упование на самого себя, но то и другое

 

 

211

именует отступлением от Господа и потом показывает конец той и другой надежды: будет яко дивия мирика в пустыни и не узрит, егда приидут благая (Иер. 17:6), чем дает разуметь, что надеяться на себя или на кого другого значит отступить от Господа.

Вопрос 43. Достаточно передан нам способ, как заниматься рукоделиями, и если что нужно присовокупить к этому, научимся на самом деле. Просим же объяснения на то, каковы должны быть настоятели братства и как надобно им управлять живущими с ними вместе?

Ответ. 1. Хотя и об этом главное уже сказано, однако же, поскольку желаете (что и хорошо), чтобы и эта часть более была уяснена (ибо каков настоятель и начальник, таковы по большей части бывают обыкновенно подчиненные), то и сие нужно исследовать не слегка. Итак, надобно, чтобы настоятель, помня заповедь апостола, который говорит: образ буди верным (1 Тим. 4:12), представлял в жизни своей ясный пример всякой заповеди Господней, так чтобы поучаемым не доставлять никакого повода почитать заповедь Господню невозможной для исполнения или удобно пренебрегаемой.

И, во-первых (что есть самое главное), ему надобно, по любви Христовой, так преуспеть в смиренномудрии, чтобы, когда и молчит, пример его дел служил уроком, поучающим сильнее всякого слова. Ибо если цель христианства подражание Христу в меру вочеловечения, сколько сие сообразно со знаниемкаждого, то кому вверено путеводство многих, те обязаны посредством своим людей еще немощных побуждать идти вперед в уподобление Христу, по слову блаженного Павла: подражателе мне бывайте, якоже и аз Христу ( 1 Кор. 11:1).

2. Посему они первые, достигая в меру смиренномудрия, показанную Господом нашим Иисусом Христом, должны сделаться точным образцом. Ибо Христос говорит: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (Мф. 11:29). Потому кротость нрава и смирение сердца да отличают настоятеля. Ежели Господь не постыдился служить рабам Своим, но благоволил быть служителем земли и брения, которое Сам создал и Сам образовал в человека (ибо говорит: Аз посреде вас яко служай — Лк. 22:27), то как должны мы вести себя с равночестными нам, чтобы могли помыслить, что подражаем Ему? Вот одно из качеств, которое особенно должно быть в настоятеле.

 

 

212

Затем он должен быть мягкосерд (εὔσπλαγχμος), великодушно переносить, если кто, по неопытности, не выполнит какой-либо обязанности, не потакать грехам, но с кротостью терпеть непослушных и со всем мягкосердием и с умеренностью давать им врачевства, быть способным изобрести способ врачевания, свойственный немощи, не с высокомерием делая выговор, но скротостию увещевая и наказывая, по написанному (2 Тим. 2:35), быть рассудительным в делах настоящих, предусмотрительным в рассуждении будущего, иметь силу подвизаться вместе с крепкими, носить немощи бессильных, быть в состоянии все делать и говорить к усовершенствованию живущих с ним. Настоятель не сам себе должен присвоять первенство, но быть избран первенствующими из других братств и в предшествовавшей жизни показать достаточные опыты своего благонравия. Ибо сказано: и сии да искушаются прежде, потом же да служат, непорочни суще (1 Тим. 3:10). Кто таков и так избран, тот да приемлет настоятельство и да установит благочиние в братстве, распределив каждому занятия, кто к чему способен.

Вопрос 44. Кому надобно давать внешние поручения и какой отчет требовать с возвратившихся?

Ответ. 1. Поручения надобно давать тому, кто может совершить странствование без вреда для души своей и с пользою для встречающихся с ним. Если же нет к сему способного, то, при недостатке необходимых потребностей, лучше перенести всякую скорбь и тесноту, даже до смерти, нежели, для телесного утешения, упустить из виду несомненный вред. Добрее мне паче умрети, говорит апостол, нежели похвалу мою кто да испразднит (1 Кор. 9:15). И это говорит о том, что в нашей воле; что же сказать о том, что делается по заповеди?

Впрочем, закон любви и в такой нужде не оставляет без утешения. Ибо если случится, что в одном братстве нет человека, которого можно было бы послать с пользой, то соседние братства восполнят недостаток, делая общие и нераздельные посылки, и при таком общении с сильнейшими охраняемы были бы немощные душою и слабые телом. И это настоятель должен делать заблаговременно, чтобы, при наступлении нужд, не оказалось невозможным такое предохранительное средство по краткости времени.

По возвращении отлучившегося надобно испытать его, что он сделал, с какими людьми имел встречи, какие вел с ними раз-

 

 

213

говоры, какие в душе его были помыслы, целый ли день и целую ли ночь проводил в страхе Божием, не погрешил ли в чем, не нарушил ли какого правила, и если нарушил, то принужденный ли внешними обстоятельствами или доведенный собственною беспечностью?

2. И что исполнено правильно, то надобно подтвердить одобрением, а в чем допущена погрешность, то исправить тщательным и благоразумным наставлением. В таком случае путешествующие будут осторожнее, озабоченные необходимостью дать отчет, да и о нас не подумают, что не радели об их жизни во время отлучки. А что сие в обычае было у святых, о том передает история в книге Деяний, повествуя, как Петр, по возвращении своем в Иерусалим, давал отчет тамошним христианам о своем общении с язычниками (Деян. 11:2 и далее), а также Павел и Варнава, возвратясь и собрав Церковь, возвестили елика сотвори Бог с ними, и потом у молча все множество, и послушаху Варнавы и Павла поведающих, елика сотвори Бог ими (Деян. 15:4, 12). Притом надобно знать, что братства должны всеми мерами избегать бродяжничества, торговли и прибыли, добываемой корчемством.

Вопрос 45. О том, что, кроме настоятеля, надобно быть и другому, кто, в отсутствие или при недугах настоятеля, мог бы иметь попечение о братии.

Ответ. 1. Поскольку часто случается, что настоятель или по телесной болезни, или по необходимости отлучится, или по другому какому-либо обстоятельству оставляет братство, то пусть с одобрения настоятеля и других, способных дать такое одобрение, будет избран другой, чтобы, в отсутствие настоятеля, мог принимать на себя попечение о братии. Таким образом живущие в обители от одного будут получать слово утешения; братство, в отсутствие настоятеля, к нарушению правила и преданного благочиния, не примет на себя вида какого-то народоправления (δημοκρατικός), но к славе Божией соблюдается в нем установленное с общего одобрения.

И приходящим странникам он же будет давать благоразумные ответы, так что и требующие слова получат назидание по достоинству их вопроса, и общество братское не постыдится. Ибо если все в равной степени вмешиваются в речь, то сие производит шум и служит признаком беспорядка, а апостол даже сподобившимся дарования учительства не дозволяет говорить одновременно многим, сказав: аще ли иному открыется, первый да молчит (1 Кор. 14:30); и еще обличает неуместность такого

 

 

214

беспорядка, говоря: аще снидется Церковь вся вкупе, и вси языки глаголют, внидут же и неразумивии или невернии, нерекут ли, яко беснуетеся (1 Кор. 14:23).

2. И если пришлый, по неведению, предложит вопрос другому, вопрошенный вместо иного лица, хотя бы и мог ответить достаточно, однако же ради благочиния пусть сам умолчит, укажет же, кому поверена эта часть, как делали апостолы при Господе. Таким образом обсуждение слова будет благочинно и благообразно. Ибо если при телесном врачевании не всякому позволено делать над больным употребление лекарства или какого инструмента, а только тому, кто приобрел в этом искусство долговременностью, опытом, упражнением в лечении и учением у знающих, то какое же основание всякому без разбора приниматься за врачевание словом, где если и самая малость упущена из виду, приносит сие весьма великий вред? В таком обществе, где самое раздаяние хлеба не дозволяется всякому, но принадлежит подобное служение одному и ему поверяется сие по испытании, не тем ли паче духовную пищу подавать требующим должен один, наиболее к сему способный, притом с разборчивостью и осторожностью? Поэтому немалая самонадеянность спрошенному о суде Божием отважиться отвечать бесстрашно и наудачу, а не указывать на того, кому поручено домостроительство слова и кто, потому что он верный и мудрый строитель, избран даяти во время (Лк. 12:42) духовную пищу и, по написанному, устроять словеса своя на суде (Пс. 111:5). Если же обязанный давать ответы не домолвит чего-нибудь и другой придумает сие, то да не вдруг приступает к обличению, но наедине сообщит свою мысль; потому что сие для низших обращается в предлог к превозношению пред высшими. Почему кто дал ответ, хотя и полезный, но не по требованию своего долга, тот подлежит наказанию за нарушение благочиния.

Вопрос 46. О том, чтобы не прикрывать грехов у брата и у себя самого.

Ответ. Всякий грех должен быть открываем настоятелю или самим согрешившим, или узнавшим о грехе, когда сами они не могут уврачевать его по заповеди Господней (см. Мф. 18:15). Ибо грех умолчанный есть гнойный вред душе. Как благодетелем называем не того, кто задерживает в теле вредоносное, а, напротив, того, кто болезненными средствами и надрезываниями вызывает это наружу, или посредством рвоты исторгает вредившее, или вообще чрез обнаружение болезни делает и способ излечения известным, так, очевидно, скрывать грех — значит готовить больному смерть. Ибо сказано:

 

 

215

жало смерти — грех (1 Кор. 15:56); лучше же обличения откровенна тайныя любее (Притч. 27:5). Поэтому не скрывай грехов один другого, чтобы из братолюбца не сделаться братоубийцею. Не скрывай и у себя самого. Ибо сказано: не изцеляю себе во своих делех, брат есть погубляющему себе самого (Притч. 18:9).

Вопрос 47. О тех, которые не принимают распоряжений, сделанных настоятелем.

Ответ. Кто не принимает распоряжений настоятеля, тот должен наедине прямо высказать ему свое возражение, если имеет какое крепкое основание, сообразное с намерением Писания, или молча исполнить, что приказано. Если же сам постыдится, то пусть употребит на сие посредниками других, чтобы ему, когда распоряжение противно Писанию, и себя самого, и братию избавить от вреда; а если оно окажется имеющим надлежащее основание, как себя освободить от напрасного и опасного сомнения, ибо сказано: сомняяйся, аще яст, осуждается, зане не от веры (Рим. 14:23), так в других простодушных не произвести поползновения к непокорности, ибо уне есть, говорит Господь, да обесится жернов оселский на выи его и ввержен будет в море, неже да соблазнит от малых сих единаго (Мф. 18:6; Лк. 17:2). Если же некоторые будут упорствовать в непокорности, жалуясь втайне, но не объявляя гласно своего огорчения, то, как посевающие сомнения в братстве, колеблющие уверенность в заповедях, как учители непокорности и непослушания, да будут изринуты из братства. Ибо сказано: изжени от сонмища губителя, и изыдет с ним прение (Притч. 22:11), и еще: измите злого от вас самех, яко мал квас все смешение квасит (1 Кор. 5:13, 6).

Вопрос 48. О том, что должно не с любопытствовом исследовать действия настоятеля, но внимать собственному своему делу.

Ответ. А чтобы не легко было впасть кому в подобный недуг сомнения ко вреду себя самого и других, должно вообще соблюдать в братстве следующее правило: вовсе никому не входить в любопытные исследования о действиях настоятеля и не любопытствовать о том, что делается, кроме тех, которые и по степени, и по благоразумию близки к настоятелю и которых сам он по необходимости допустил к совещанию и рассуждению о делах общих, повинуясь наставлению сказанного: все делай с совета (см. Сир. 32:21). Ибо если вверили мы ему строительство душ своих, как человеку, который даст в этом ответ Богу, то совершенно безрассудно не доверять ему в делах самых маловажных и питать

 

 

216

в себе неуместные подозрения против брата и другим подавать к тому повод. А потому, чтобы не случилось этого, кийждо, в немже призван бысть, в том да пребывает (1 Кор. 7:24) и, всецело предав себя попечению о своих обязанностях, не любопытствует о других делах, подражая святым ученикам Господним, которых беседа с самаритянкою могла привести в подозрение, обаче никтоже рече: чесо ищеши? ши: что глаголеши с нею? (Ин. 4:27).

Вопрос 49. О недоразумениях в братстве.

Ответ. В случае недоразумений в братстве, когда некоторые не согласны в чем-нибудь, не надобно упорно спорить между собою, но должно предоставлять решения более способным. А чтобы не нарушился порядок и не было повода к смехотворству и пустословию, если все и обо всем будут спрашивать, надобно кого-нибудь избрать одного, который бы имел право сомнения некоторых или предлагать братству на общее обсуждение, или доводить до сведения настоятеля. В таком случае рассмотрение вопросов будет производимо основательнее и разумнее. Ибо если во всяком деле потребны знание и опытность, то тем паче нужны они в делах подобных. И если орудиями пользоваться никто не дозволяет неопытным, то тем паче употребление слова надобно уступать людям способным, которые в состоянии распознать и место, и время, и образ вопросов, которые, возражая без любопрительности и благоразумно, а также с разумом выслушивая, могут точно наводить на разрешения вопросов к общему назиданию.

Вопрос 50. Как настоятель должен делать выговоры (ἐπιτιμάω)?

Ответ. Но и выговоры настоятель пусть делает согрешившим без страсти, потому что обличать брата с раздражением и гневом значит не его освобождать от греха, но самого себя ввергать в погрешности. Потому сказано: с кротостию наказующу противным (2 Тим. 2:25). Не должно ни быть строгим, видя презрение к себе самому, ни показывать снисходительность к согрешившему, когда видит, что презрен другой; но в сем-то особенно случае надобно изъявить негодование на худой поступок. Ибо таким образом избежит подозрения в самолюбии и разностью действования в своем и чужом деле докажет, что не согрешившего ненавидит, но отвращается греха. А кто показывает разность в негодовании не сказанным теперь, а противным тому образом, тот явно негодует не ради Бога и не по опасению за согрешившего, но по собственному славолюбию или любоначалию. Кто пока-

 

 

217

зывает ревность против унижающего славу Божию преступлением заповеди и вместе имеет братолюбие к брату, подвергающемуся опасности чрез грех утратить спасение, потому что душа, яже согрешит, та умрет (Иез. 18:4), тому надобно при всяком грехе восставать как бы против самого греха и строгостью наказания доказывать горячность расположения.

Вопрос 51. Каким образом должно исправлять проступки согрешившего?

Ответ. А исправление одержимых страстью пусть производит по закону врачебной науки, не гневаясь на немощных, но борясь с болезнью и как действуя наперекор немощи, так, в случае нужды, строгим обхождением врачуя душевный недуг, например тщеславие — предписанием упражнений в смиренномудрии, празднословие — молчанием, неумеренный сон — бодрствованием в молитвах, телесную недеятельность трудами, неприличное вкушение — неядением, ропот — отлучением, чтобы никто из братии не соглашался с ним вместе заниматься рукоделием, чтобы изделие его, как выше сказано, не смешивалось с изделиями других, пока искренним раскаянием не докажет, что освободился от немощи. Да и тогда работу его, произведенную во время ропота, принимать должно не на служение потребностям братии, но распределять на другие потребы, чему достаточное основание показано выше.

Вопрос 52. С каким расположением должно принимать наказания (ἐπιτίμια)?

Ответ. Как настоятель, по сказанному нами, без страсти должен производить врачевание немощных, так и врачуемым должно принимать наказания не во вражду и не мучительством почитать попечение, какое настоятель из сострадания прилагает о спасении души. Ибо если больные телом столько доверяют врачам, что почитают их благодетелями, даже когда они режут, или прижигают, или утруждают принятием горьких лекарств, то стыдно нам к врачам душ наших, когда суровым своим обращением совершают наше спасение, не иметь такого же расположения, когда апостол говорит: кто есть веселяяймя, точию приемляй скорбь от мене? (2 Кор. 2:2), и еще: се бо сие самое, еже по Бозе оскорбитися вам, колико содела в вас тщание? (2 Кор. 7:11). Поэтому, взирая на конец, надобно почитать благодетелем того, кто причиняет нам скорбь по Бозе.

 

 

218

Вопрос 53. Как обучающие ремеслам должны исправлять поступки детей?

Ответ. Обучающие ремеслам, как скоро ученики погрешат против самого ремесла, должны сами собой обличать их погрешности и исправлять ошибки. Когда же проступки учеников показывают развращение нрава, каковы: непокорность, прекословие, леность к занятиям, празднословие, ложь или другое что подобное, воспрещенное благочестивым, тогда надобно их обличать, приведя к надзирателю общего благочиния, чтобы им были придуманы и мера, и способ уврачевания грехов. Ибо хотя наказание есть врачевание души, однако же не всякому позволительно наказывать, как и врачевать, а только кому дозволил настоятель по долгом его испытании.

Вопрос 54. О том, что настоятельствующие в братстве должны о делах своих сообщать друг другу.

Ответ. Но хорошо, чтобы у настоятелей братств, в какие ни есть определенные времена и на определенных местах, были собрания, на которых бы сообщали друг другу о делах, встретившихся сверх всякого предположения, о неудобоисправимых нравственных пороках и о том, как поступлено в каждом деле, чтобы и допущенная кем-либо погрешность достовернее открывалась на суде многих и правильно сделанное подтверждалось свидетельством большого числа.

Вопрос 55. Согласно ли с целью благочестия пользоваться врачебными пособиями?

Ответ. 1. Как всякое пособие искусств против немощей естества даровано нам от Бога, например земледелие — потому что само собою произрастающее из земли недостаточно к удовлетворению наших потребностей; ткацкое же ремесло, а подобно и зодчество — потому что необходимо употребление покровов для благоприличия и ради вредоносности воздуха; так и врачебное искусство. Поскольку всем возмущаемое тело наше подвержено многоразличным повреждениям, и извне приключающимся, и зарождаемым внутри принятой пищей, приводится в изнеможение и излишествами, и недостатками, то распоряжающий всей нашей жизнью Бог дозволил нам врачебное искусство, которое в образец душевного врачевания имеет целью избавлять от излишнего и восполнять недостаточное. Как если бы мы жили еще в раю сладости, то не имели бы нужды в земледельческих изобретениях и трудах; так, если бы не под-

 

 

219

вержены были страданиям по дарованию, какое сообщено нам при сотворении и сохранялось нами до падения, то не нуждались бы в пособиях врачебного искусства к своему облегчению. Но как по изгнании нашем в место сие, после того как сказано: в поте лица твоего снеси хлеб твой (Быт. 3:19), в облегчение горестных последствий проклятия, долговременным опытом и многими трудами над землей составили мы искусство земледелия, потому что Бог даровал нам смышленость и способность постигнуть сие искусство, так поскольку поведено нам опять возвратиться в землю, из которой взяты, и поскольку сопряжены мы с болезненной плотью, которая за грех осуждена на нетление и чрез это подверглась сим немощам, то дана нам и помощь врачебного искусства, хотя бы в некоторой мере оказываемая страждущим болезнями.

2. Ибо не сами собой прозябли травы, полезные при той или другой болезни, но, очевидно, по воле Создавшего произведены с целью служить к нашей пользе. Поэтому свойства, заключающиеся в корнях, в цветах, в листьях, в плодах и в соках, и что в металлах и в море открыто годного к пользованию плоти — все это подобно изобретению принимаемого в пищу и питие. Но что изысканно, излишне и требует долгих трудов и как бы всю жизнь нашу обращает в попечение о плоти, то должно быть запрещено христианам.

И надобно стараться так пользоваться, в случае нужды, [врачеванием], чтобы не в нем одном полагать причину здравия или болезни, но принимать предлагаемые им пособия во славу Божию и в образец попечения о душе. При недостатке же врачебных пособий, в них не должно заключать всю надежду на облегчение скорбей, а, напротив того, знать, что Господь или не оставит нас искуситися паче, еже можем понести (1 Кор. 10:13), или, как в тогдашнее время, то, сотворив брение, помазал очи и велел умыться в Силоаме (Ин. 9:6-7), то ограничился одним изволением, сказав: xoщу, очистися (Мф. 8:3), иным же попускал бороться с трудными болезнями, чтобы чрез испытание соделать их искуснейшими, — так и к нам иногда прикасается невидимо и неощутительно, как скоро находит сие полезным для душ наших, а иногда благоволит, чтобы мы пользовались вещественными пособиями в наших немощах, продолжительностью врачевания укореняя в нас памятование о благодати или, как сказал я, указывая некоторый образец для попечения о душе.

Ибо как для плоти необходимо и удаление чуждого и восполнение недостающего, так и в душе нашей надобно устранять чуждое ей и принимать в нее приличное ее природе, потому что Бог сотвори человека

 

 

220

праваго (ср. Еккл. 7:30) и создал нас на дела благая, да в них ходим (Еф. 2:10).

3. И как там для уврачевания тела переносим сечения, прижигания и принятие горьких лекарств, так и здесь для душевного уврачевания надобно принимать резкость обличительного слова и горькие врачевства наказаний. А невразумившимся и этим пророческое слово с укоризною говорит: или ритины несть в Галааде? или врача несть тамо? Чесо ради несть исцелена рана дщере людий Моих:? (Иер. 8:22). И если в застарелых болезнях выжидаем исцеления долгое время от пособий мучительных и разнородных, то это знак, что и грехи в душе надобно исправлять трудолюбной молитвой, долговременным покаянием и строгим поведением, достаточность которого к уврачеванию показало нам уже слово.

Итак, на том основании, что некоторые нехорошо пользуются врачеванием, не должно нам избегать всякого им пользования. Ибо на том основании, что неумеренные в наслаждениях к примышлению роскоши употребляют поваренное, или хлебопекарное, или ткацкое искусства, преступая пределы необходимости, не должно уже нам отвергать всех вообще искусств, а, напротив того, правильным их употреблением надобно обличить, что ими повреждено. Так и в рассуждении врачебного искусства нет основания порицать дар Божий по причине лукавого употребления. Скотское было бы несмыслие надеяться приобрести себе здоровья единственно от рук врача, чему, как видим, подвергаются иные жалкие люди, которые не стыдятся именовать врачей своими спасителями. Но и то будет упорством, если во всяком случае избегать пользования врачебным искусством. Напротив того, как Езекия перевясло смоквей (4 Цар. 20:7) не почел первой причиной своего здравия и не сему приписал исцеление своего тела, но к прославлению Бога присовокупил благодарение за создание смокв, так и мы, приемля удары от Бога, Который благостью и премудростью устрояет жизнь нашу, будем просить у Него сперва познания тех причин, по которым поражает Он нас, а потом избавления от скорбей, то есть чтобы и Он со искушением даровал и избытие и нам возмощи понести (1 Кор. 10:13).

4. Дарованную же нам благодать исцеления и чрез вино с маслом, как было с впадшим в разбойники (Лк. 10:34, 36), или чрез смоквы, как было с Езекией (4 Цар. 20:7), примем с благо-

 

 

221

дарностью. И не будем поставлять в том разности, невидимым ли образом оказалось на нас Божие попечение или чрез что-нибудь телесное, хотя последнее нередко сильнее приводит нас в сознание милости Господней.

Нередко же, впадая в болезни, служащие для нас наказанием, осуждены бываем терпеть врачевание мучительными средствами как часть наказания. Поэтому здравый разум внушает не отказываться ни от сечений, ни от прижиганий, ни от неприятного принятия острых и трудных лекарств, ни от пребывания без пищи, ни от точного исполнения всех строгих предписаний, ни от воздержания во всем, расстраивающем здоровье; впрочем, (повторяю опять) не упуская из виду цели душевной пользы, то есть чтобы душа во всем этом, как в примере, обучалась иметь попечение о себе самой.

Но немалая опасность впасть умом в ту ложную мысль, будто бы всякая болезнь требует врачебных пособий, потому что не все недуги происходят естественно и приключаются нам или от неправильного образа жизни, или от других каких-либо вещественных начал, в каких случаях, как видим, иногда полезной бывает врачебная помощь; но часто болезни суть наказания за грехи, налагаемые на нас, чтобы побудить к обращению. Сказано: егоже бо любит Господь, наказует (Притч. 3:12); и: сего ради в вас мнози немощны и недужливи, и спят доволни. Аще бо быхом себе разсуждали, не быхом осуждены были. Судимы же, от Господа наказуемей, да не с миром осудимся (1 Кор. 11:30-32). Таковым надобно в безмолвии, оставив врачебные попечения, терпеть насланную на них болезнь, пока не познают своих прегрешений, по примеру сказавшего: гнев Господень стерплю, яко согретых Ему (Мих. 7:9). Им должно показать свое исправление, принеся плоды, достойные покаяния, и помнить Господа, сказавшего: се, здрав еси, ктому не согрешай, да не горше ти что будет (Ин. 5:14).

Бывает же иногда и по настоянию лукавого, что человеколюбивый Владыка иного великого подвижника отдает ему для борения и низлагает его высоковыйность высоким терпением рабов Своих, что, как знаем, было с Иовом (Иов. 2:6). Или же в пример нетерпеливым Бог изводит людей, которые в состоянии переносить скорби даже до смерти; таков был Лазарь, который был покрыт многими струпами (Лк. 16:20) и о котором не написано, чтобы просил чего-либо у богатого или был недоволен

 

 

222

своим положением, за что и сподобился упокоения на лоне Авраамовом, как восприявший злая в животе своем (Лк. 16:25). Находим же, что у святых бывает и другая причина недугов, как у апостола: чтобы не подумали, что он преступает пределы человеческого естества, и чтобы не заключил кто-нибудь, что он в естественном устройстве имеет нечто особенное (как и поступили жители Ликаонии, принеся венцы и приведя волов — Деян. 14:13). Поэтому в ознаменование человеческого естества имел он у себя продолжительный недуг (см. 2 Кор. 12:7).

5. Какая же была бы польза таким людям от врачебного искусства? Не больше ли для них опасности уклониться от здравого разума к попечению о теле?

А те, которые худым образом жизни сами приобрели болезнь, должны, по сказанному прежде, пользоваться телесным врачеванием как некоторым образцом и примером для попечения о душе. Ибо и для нас полезно, по врачебному закону, воздержание от вредного, избрание служащего к пользе и соблюдение предписаний. И самый переход плоти из болезненного состояния в здоровое да служит для нас утешением, чтобы не отчаиваться нам и в рассуждении души, как будто бы она из греховного состояния не может чрез покаяние возвратиться опять в свойственное ей совершенство.

Поэтому как не должно вовсе избегать врачебной помощи, так несообразно полагать в ней всю свою надежду. Но как пользуемся земледелием, а плодов просим у Господа, или вверяем кормило кормчему, а молим Бога, чтобы спас нас от потопления, так, вводя к себе врача, когда дозволяет сие разум, не отступаемся от упования на Бога.

А мне кажется, что занятие сие немало способствует и воздержанию. Ибо вижу, что оно отсекает наслаждение (τρυφή), не одобряет пресыщения, отвергает, как нечто неполезное, разнообразие в снедях и излишнюю изобретательность в приправах и вообще недостаточность именует матерью здравия. Почему и в этом отношении совет его для нас не бесполезен.

Итак, пользуемся ли когда предписаниями врачебного искусства или отвергаем их по какой-либо из приведенных причин, да будет хранима цель — благоугождение Богу, да устрояется душевная польза и да исполняется заповедь апостола, сказавшего: аще убо ясте, аще ли пиете, аще ли ино что творите, вся во славу Божию творите (1 Кор. 10:31)!


Страница сгенерирована за 0.34 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.