Поиск авторов по алфавиту

Предисловие к Первому изданию

Имя Платона избавляет меня от труда говорить о цели и пользе предпринимаемого перевода Платоновых сочинений, Стоя на заглавном листе книги, оно само—и гораздо убедительнее—говорит за свою книгу. Великие гении на поприще науки суть свойственники не народа, а целого человечества; их произведения суть достояние всех веков. Поэтому Русской литературе было бы стыдно пред веками и человечеством не усвоить себе того, что справедливо почитается лучшим украшением каждой литературы.

Но как должно переводить сочинение, чтобы оно усвоилось литературе известного народа? Переводы книг с древних языков бывают большею частью либо буквальные и подстрочные, как переводил греческих поэтов наш И. И. Мартынов, либо перифрастические, как переводил Платона Г. Кузен. Оба эти способа передавать современникам и потомству мысли и чувствования древних писателей очень не трудны; потому что в первом случае переводчик не считает нужным заботиться о чистоте и плавности того языка, на который книга переводится, а во втором—нисколько не останавливается на особенностях и частных оттенках переводимой мысли. Но по тем же самым причинам эти оба

V

 

 

способа и не достигают своей цели—не усвояют народу образцовых произведений древности. Переводы буквальные почти всегда — мертвый капитал литературы, а перифрастические—почти вовсе бесполезны для читателей. Читая например Кузена, вы дивитесь легкости и плавности его выражения; но Платон едва ли бы узнал в нем энергию собственной своей мысли. Правда, один германский рецензент недавно, говоря о Немецком переводе «Русской Истории» Г. Устрялова, заметил: die Übersetzung ist, wie sie seyn muss, d. h., man bemerkt es nirgends, dess es eine Uebersetzung ist, die man vor sich hat. Ho это замечание, по моему мнению, только вполовину справедливо. Хорошо конечно не узнать, что перевод есть перевод, однако ж не менее нужно и то, чтобы сочинитель переведенной книги узнал в этом переводе действительно свое сочинение. Поэтому истинно хорошим переводом, кажется, надобно почитать тот, в котором I) выражена мысль писателя, если можно, со всеми ее оттенками, 2) сохранена чистота и естественность современной фразы на том языке, на который сочинение переводится. In hac translatione conficienda, говорит Аст о своем латинском переводе Платона, id potissimum contendi, ut, quot sunt interpretationis officia, et fidelem et latinam eam fingerem.

Эти общие правила я постоянно имел в виду, при переложении Платоновых разговоров, хотя, может быть, и не всегда находил в себе довольно силы строго выполнить их. Признаюсь, — особенности двух языков, оригинальность Платоновых оборотов и выражений, множество поговорок и пословиц и в некоторых местах необходимая связь философской мысли с такими, а не

VI

 

 

другими греческими Формами, кое-где не позволяли мне держаться на своих основаниях и принуждали — то на минуту допустить перифраз, то отчасти изменить некоторым неважным требованиям родного языка. С необходимостью, по греческой пословице, и боги не воюют 1). Впрочем смею надеяться, что таких недостатков не много, и что знатоки дела, взвесив все затруднения, с которыми мне надлежало бороться почти на каждой странице, извинят подобные неисправности моего перевода.

Думая, что нехорошо делать менее, когда есть возможность сделать более, я решился предстать на суд своих читателей не только как переводчик, но вместе как критик и отчасти как комментатор Платоновых сочинений; а по тому, к каждому разговору приложил свое введение и несколько филологических, исторических и философских примечаний. Побуждение к составлению таких приложений, конечно—не тщеславие и суетность; да и кто из тщеславия согласился бы на такие труды и пожертвования! Я убежден опытом, что кому приятно и нужно понять все, заключающееся в Платоновых сочинениях, тот не обойдется без средств вспомогательных. Мысль Платона нередко проясняется—то частными свойствами и отношениями тех лиц, которые участвуют, или о которых упоминается в разгозоре, то предварительным знанием тех поверий и обычаев, которые Грекам были совершенно известны, а у нас не существуют и пред-

1) Латинский язык, по своим формам, без сомнения ближе к греческому, нежели русский;—и однако ж Аст, переводя Платона на латинский язык, должен был, для выражения некоторых греческих терминов, составить слова: dupliciquentia (διπλασιολογία), sententiloquentia (γνωμολογία), simililoquentia (εἰκονολογία), также breviloquentia, superbiloquentia, superrefutatio, subdeclaratio, augeratio, insanitio, и проч. Я большею частью старался избегать такого словотворения.

VII

 

 

ставляются чем-то странным, то соображением различных учений, имевших влияние на образ мыслей в греческом обществе, то исследованием смысла пословиц и поговорок, которым у нас не представляется ничего соответствующего, то определением цели сочинения и проч. Все это необходимо для уразумения Платоновых разговоров и, без объяснительных приложений, требовало бы непрестанных справок. При том мне казалось, что читателю не бесполезно будет и предварительное обозрение содержания каждой беседы, чтобы он мог вернее следовать за развитием ее подробностей и наблюдать связь их. Что же касается до филологических замечаний, то в этом отношении я старался быть, сколько можно, короче и позволял себе подобные примечания только в местах спорных, чтобы наши эллинисты видели причины такого, а не другого переложения.

Впрочем собственные мои усилия, может быть, не внушили бы мне довольно смелости объяснять Платона, если бы я не имел под рукою хотя не многих, однако ж превосходных трудов поэтому предмету. Но прежде чем укажу на них, считаю полезным кратко и в хронологическом порядке обозреть все, какие только были, полные издания Платоновых сочинений, а потом пересмотреть издания частные и боковые пособия для переводчиков и объяснителей Платона.

Замечательно, что в возрождавшейся Европе Платон заговорил прежде по-латыни, чем по-гречески. Первый, издавший и распространивший в ученом мире разговоры его, был флорентинец Марсилий Фицин, который перевел нашего философа на латинский язык еще во второй половине XV века, вероятно с оригинала Плотинова, и

VIII

 

 

в свой перевод сперва внес много нелепостей и мечтаний Александрийской школы, но после, по совету Критянина Марка Музура 1), знаменитого в то время филолога и эллиниста, значительно исправил его, хотя Петр Нанний 2) все еще имел причину сказать: Ficinum quidem religiose Platonem interpretatum esse, sed ita ut si ipse Plato legeret, pro suis non agnosceret. Фицин сперва переводил Платона перифрастически, или, по словам Гуеция 3), verborum quidem curam negligere Ficinum, sententias dilatare nonnunquam, vel contrahere. Это издание вышло

1482 года и называется флорентинским I. В конце его значится: impressum Florentiae per Laurentium Venetum. З. ним следовали:

1491 Флорентинское II, напечатанное роскошно, по повелению и на счет Лаврентия Медицис.

1491 Венецианское I, вновь пересмотренное самим Фицином.

1517 Венецианское II, с показанием содержаний каждого разговора, составленных Фицином.

1518 Парижское I, озаглавленное: Opera Platonis latina a Mars. Ficino traducta.

1522 Парижское II, не более как копия первого.

1532 Базельское I, с поправками Гринея.

1539 Базельское II, Гринеево.

1546 Базельское III.

1548 Лейденское I.

1551 Базельское IV, с поправками Гринея.

1557 Лейденское II, к которому присоединены шесть

1) Menag. t. II. Antibailleti p. 157.

2) Gaddii Т. II. de scriptt. non ecclesiasticis p. 144.

3) Huet. de clarr. intcrpr. p. 295.

IX

 

 

сомнительных разговоров Платона, переведенных Сев. Коррадом. Эти разговоры: Эриксиас, Акефалос, Демодох, определения, о добродетели, о справедливости.

1561 Корнариево, под заглавием: Platonis Atheniensis, philosophi summi ac penitus divini, opera per Ianum Cornarium, Medicum Physicum, latina lingua conscripta. Ejusdem eclogae decem additis Ficini argumentis et commentariis. Basileae. В этом издании особенно ценятся критиками Борнариевы эклоги, написанныя вследствие соображения подлинного Платонова текста в Альдовом и двух базельских греческих экземплярах (см. ниже); так что Фридр. Фишер в свое время счел полезным напечатать их отдельно и присоединить к ним предисловия Альда Мануция, Симона Гринея и Марка Гоппера.

1567 Лейденское III.

1588 Лейденское IV.

1590 напечатанное с лейденским греческим подлинником.

1592 Лейденское V, пересмотренное Стефаном Тремулеем.

1602—напечатанное с франкфуртским, или вехелианским греческим текстом.

Вот все латинские издания Платоновых сочинений, получившие начало и размножившиеся от Фицинова перевода, или от первого Флорентинского кодекса. Но между тем, как Платон мало помалу был исправляем, очищаем и распространяем на языке латинском, нашлись люди, признавшие нужным пересмотреть и распространить самый подлинник творений греческого философа. Первый, решившийся осуществить это намерение своими издержками, был Венецианец Альд Мануций.

X

 

 

Его усердие к этому делу простиралось до того, что он вызывался платить чистым золотом за исправление каждой ошибки в греческом тексте Платона, и нашел себе ученого деятеля, увлекавшегося не корыстью, а любовью к общему благу. Тот самый Марк Музур, который, тридцатью годами ранее, советовал Фицину исправить перевод Платоновых сочинений, теперь сам наблюдал за верностью предпринятого Альдом издания. Оно вышло в 1513 году Под заглавием: Platonis opera omnia graece. Venetiis, in aedibus Aldi et Andreac Soceri. Этот текст снят с древнейших списков, сохранявшихся под титулом: παλαιὰ καὶ ἀξιόπιστα. К неху приложены письма и Песть подложных сочинеиий, носящих имя Платона, также письмо Альда к Льву X, в котором он просит первосвященника содействовать распространеиию просвещения. За сим изданием следовали:

1534 Базельское I, иначе, по имени базельского книгопродавца Вальдера, называемое вальдерианским. Заглавие его: Platonis omnia opera cum commentariis Procli in Timaeum et Politicam, thesauro veteris philosophiæ maximo, græce. Adiectus etiam est in Platonis omnia sententiarum et verborum memorabilium index. Пересмотром и исправлением этого текста занимался особенно Опорин, который однако ж, избежав многих погрешностей издания Альдова, вместо их, сделал несколько новых ошибок.

1556 Базельское II, иначе называемое гопперианским—по следующей причине: Некто Арнольдз Арлений, путешествуя по Италии, собрал несколько рукописных экземпляров Платона и, проверив ими издание Вальдерово, многое в нем исправил, пополнил пропущен-

XI

 

 

ное, отбросил чуждое, и свои бумаги передал для напечатания Марку Гопперу. Впрочем этот экземпляр, как и предыдущий, все еще не без ошибок.

1578 Стефаново, под заглавием: Platonis opera quae extant omnia, ex nova Ioannis Serrani interpretatione, perpetuis ejusdem notis illustrata: quibus et methodus et doctrinae summa breviter et perspicue indicatur. Ejusdem annotationes in quosdam suae illius interpretationis locos. Henr. Stephani de quorundam locorum interpretatione judicium et multorum contextus graeci emendatio. Excudebat Henr. Stephanus, Parisiis, в трех листовых томах. Греческий текст этого издания, кажется, не был сверен ни с какими древними рукописями, но списан с экземпляра Альдова, которому Стефан отдавал преимущество пред базельскими, и исправлен по филологическим указаниям Гоппера, Корнария, Евсевия и других. Что же касается до перевода, сделанного Иоанном Серрским, то на латинском языке дотоле еще не было худшего. Serranus, говорит Гуеций 1), sententiis contentus verba despexit, fidelem absque eo ac perspicuam, quam pollicetur, conversionem praestiturus. A Бруккер 2) обличает его еще сильнее: Serranus, cum Platonem non satis intelligeret, sententiam magis suam, quam Platonis expressit, ejusque verba conlemsit et analysi scholastica peregrinam Platoni faciem induxit. He смотря на то, если не перевод Иоанна Серрского, то греческий текст Платоновых сочинений, установленный Стефаном, долго перепечатываем был почти без поправок и критики. Даже и ныне ссылки

1) de clarr. interprr. p. 289.

2) Hislor. Philos. Т. I. р. 569.

XII

 

 

на Платона делаются обыкновенно по изданию Стефана. На это же издание указывают маргинальные знаки и в моем переводе.

1590 Лейденское, или, по имени книгопродавца, лемарское и

1602 Вехелианское, под заглавием: Platonis opera omnia, quse exsant, Marsilio Ficino interprete. Graecus contextus quam diligentissime cum emendatioribus exemplaribus collatus est etc. Francofurti.

1781 — 7 Бипонтийское, под заглавием: Platonis opera philosophi, quæ extant, graece, ad editionem Henrici Stephani accurate expressa, cum Marsilii Ficini interpretatione, в XI томах в 8 долю. К этому изданию присоединены различные чтения и содержания Платоновых разговоров, изложенные Тидеманом.

1813 слл. Таухнщево—почти копия с предыдущего, в VIII томах в 8 долю. Первые три тома его, в отношении к греческому тексту, пересмотрены Бекком и проверены трудами критиков и филологов; а последние перепечатаны без всякой перемены.

1816—18. Беккерово, в VIII томах, в 8 долю, с критическими замечаниями. Греческий текст его исправлен чрез снесение всех лучших кодексов Платона; а латинский—Фицинов, напечатан с древних списков без всякой перемены, чтобы мог иметь достоинство критическое. К этому изданию присоединены, кроме множества различных чтений, рункениевы схолии.

184-9—27.  Acmoвo в IX томах в 8 долю. В нем греческий тект изложен преимущественно по Альду, а латинский есть перевод самого Аста и отличается чрезвычайною точностью и близостью к подлиннику. Впрочем,

XIII

 

 

заботливость о переводе буквальном нередко заставляла переводчика упускать из вида естественность и ясность латинского выражения.

1821—26. Вейгелиево, в XII томах в 8 долю, есть не что иное, как издание беккерово, пересмотренное Штальбомом, по замечаниям Баста, де-Фуриа, Рудольфа и других.

1833 слл. Штальбомово издано на одном греческом языке с латинскими введениями в каждый разговор, с обширными филологическими примечаниями, с приложением различных чтений, указателей и проч. Это издание, и по верности текста, и по основательности критики, и по богатству заключающихся в нем вспомогательных способов для надлежащего разумения Платоновых сочинений, бесспорно есть лучшее из всех, какие доселе выходили в полном объеме.

Теперь следовало бы обозреть разговоры Платона на языках живых; но литература новых языков почти не представляет нам нашего философа в целом умственном его существе, в полном составе его творений: он разобран по частям, раскидан по-членно на пространстве всего Европейского ученого мира. Нам доселе известны только три издания Платона, по крайней мере не много недоведенные до конца: первое в 5 томах на языке немецком — Шлейермахерово, заключающее в себе 30 разговоров; второе—в 12 томах на Французском — Кузенево, состоящее из 33 сочинений 1); третье

1) К этим трем изданиям, кажется, надлежало бы присоединить еще Клейкерово: Platons Werke, aus dem griechischen übersetzt in 6 Bände 1778—97. Но я никогда не видел его, и потому не могу судить ни о достоинстве, ни о полноте его.

XIV

 

 

в 3 томах на Славяно-русском — Пахомова, содержащее 25 разговоров. Если возьмем в расчет время выхода в свет каждого из них, и средства, применительно ко времени, бывшие в руках всех трех переводчиков; то без всякого пристрастия отдадим преимущество нашему отечественному изданию. Пахомов с своими помощниками переводил Платоновы сочинения еще в восьмом десятке прошедшего столетия, когда в библиотеках и западной Европы не находилось в этом роде ничего лучше Стефанова подлинника, Корнариевых эклог и Фицинова перевода; а о других побочных пособиях, столь богатых, каковы ныне, и особенно для всех 25 разговоров, нашему эллинисту и думать было невозможно. Не смотря на то, его перевод, сравнительно, вернее Кузенева и заключает в себе почти только два недостатка: один тот, что Пахомов неправильно понимал тон Платонова диалога и выражался слишком педантски, без нужды облекая мысль философа в славянские формы; другой тот, что он яснее видел и выдерживал значение слов, нежели мысли. Правда, по местам у него встречаются пропуски, или прибавки: но с тогдашним Русским языком можно ли было сделать что-нибудь удачнее? Лучший, не только из всех трех рассматриваемых переводов, но едва ли не единственно хороший, есть перевод Шлейермахеров. Шлейермахер строго выдерживает мысль философа, не пренебрегает и малейшими ее оттенками, старается уловить в формы немецкого языка самую фразу подлинника и, при всем том, редко бывает тяжел и темен. Что же касается до его критических и филологических замечаний, то, не везде можно согласиться с ними.

XV

 

 

Чтобы обозрение литературы Платоновых сочинений было полно, надлежало бы по возможности оценить частные их издания на древних и новых языках, и пересмотреть пособия, служащие к объяснению Платона: но подобных изданий и пособий так много, что не только перечитать и обсудить, даже видеть все их невозможно. Поэтому я укажу только на те, которые, но общему суждению ученых, заслуживают особенное внимание.

Adrastus peripateticus писал о Тимее. Несколько отрывков его сочинения находится у Порфирия ad harmonica Ptolemaei L. I. c. 5. p. 270.

Aelianus platonicus. Его сочинение рассмотрено и во многом одобрено Порфирием.

Albinus. Его Hypotheses Platonieae et isagoge, περὶ τῶν Πλάτωνι ἀρετλόντων, говорят, сохраняются в Ватикане. Aug. Arnold, Platons Werke einzeln erklärt und in ihrem Zusammenhänge dargestellt. Erster Theil, 1836. Продолжения кажется еще не было. В первой части аналитически излагаются содержания 18-ти разговоров и определяется цель каждого из них.

Ast, Platonis Symposium et Alcibiades I, с примечаниями, 1809.

                Platon’s Phaedrus und Gastmahl, 1807. В этом издании особенно одобряются комментарии.

Ast Platonis Phaedrus, 1810, с примечаниями. Но в X томе полного Астова издания Платона, примечания на Федра и Протагора гораздо обширнее.

                Platonis Respublica, 1814, и потом в другой раз 1820, с учеными прииечаниями.

Fr. Bast, Kritischer Versuch über den Text des Platonischen Gastmahls, 1793.

XVI

 

 

Bickerodii, Schediasma in Platonis Timaeum, 1683.

Biester, Platonis dialogi IV, Meno, Crito, Alcibiades uterque, cum virorum doctorum animadversionibus, 1780. Эту книгу впоследствии два раза (1811 и 1820) пересматривал и издавал Бутман. Бистеру много содействовали своими замечаниями Гедике, Шнейдерз и Готлеберз.

Boech Simonis, Socratici, ut videtur, dialogi IV: de lege (Minos), de lucri cupditate, de justo ac virtute. Additi sunt incerti auctoris dialogi, Eryxias et Axiochus, 1810, c критическим введением.

                über die Bildung der Weltseele im Timaeus des Platon. In Daubii et Creuzeri studiis, Vol. III. 1806. p. 1—90,

                Specimen editionis Timaei, Platonis dialogi, 1807.

                de Platonico systemate coelestium globorum et de vera indole astronomiae philolaicae, 1810.

Boissonade, Excerpta ex Procli scholiis in Cratylum Platonis, 1820.

Busteed, Platonis Menexnus et Lysiae oratio funebris, 1686, с переводом л краткими примечаниями Филельфа.

Creuzer, Initia philosophiae ac theologiae ex Platonis fontibus ductae, sive Procli Diadochi et Olympiodori in Platonis Alcibiadem commentarii, 1820—25, в 4 частях, из которых в первой содержатся комментарии на Алкивиада, во второй—схолии Олимпиодора, в третьей—богословские наставления Прокла, в четвертой—опровержения Прокловых наставлений, сделанные Николаем Метоненским.

Engelhard, Platonis Laches, Apologia Socratis, Euthyphro et Menexenus, 1826, с примечаниями.

XVII

 

Ettwallus, Platonis Hipparchus et Alcibiades uterque, 1779.

Van Eys, Disputatio de Platone Mosaizante, 1715.

Findissen, Platonis Gorgias, 1796, с подробным указателем греческих слов и различных чтений; но издатель не показал знания грамматических тонкостей.

Fischer, Platonis Euthyphro,Apologia Socratis, Crito,Phaedo, graece, 1783. Это издание замечательно no хорошему снесению различных чтений в древних кодексах.

                 Platonis Philebus et Symposium, graece, с примечаниями, направленными преимущественно к показанию различия древних изданий.

                 Platonis dialogi duo, Cratylus et Theaetetus, 1770.

                 programmata от 1701 до 1798, в которых рассмотрены первые шесть отделений Кратила; но в этих рассмотрениях иногда без нужды много говорливости.

Forster, Platonis dialogi V (Amatores, Euthphro, Apologia, Crito, Phaedo), 1752. Особенно одобряется перевод этого издания.

Foxii Morzilli Hispalensis, commentarius in X Platonis libros de republica, 1556. Издание более обширно, чем учено.

                 Morzilli, Commentarius in Platonis Timaeum, 155-4.

Gedike, Platonis Meno, Crito et Alcibiades uterque. Немецкий перевод с хорошими и довольно подробными замечаниями. Эта книга была издана два раза, 1781 и 1822.

Götz, Platonis Parmenides mit philosophischen Anmerkungen, 1825.

Gottleber, Platonis Menexnus et Periclis Thucididis ora-

XVIII

 

 

tio funebris, 1782, с примечаниями, из которых особенно хороши исторические.

Haenisch, Lysiae amatorius, 1827, graece. Сочинитель исследует: Лизиасу ли принадлежит известная речь в Платоновом Федре, или самому Платону, и защищает первое мнение.

Heindorf, Platonis dialogi tres, Phaedo, Sophista, Protagoras, 1810. Этот филолог вообще отличается знанием грамматических тонкостей, но в изъяснении мыслей очень часто неверен.

                 Platonis libri IV, Gorgias, Apologia Socratis, Charmides, Hippias major, 1805, с краткими критическими примечаниями на Апологию Сократа.

                 Platonis dialogi duo, Gorgias et Theaetetus, 1805, с приложением замечаний Бутмана. Издание отличное.

                 Platonis dialogi IV, Lysis, Charmides, Hippias major, Phaedrus, 1802 и в другой раз 1827, с непрерывными примечаниями и поправками Бутмана по Беккеру.

                 Platonis dialogi tres, Cratylus, Parmenides, Euthydemus, 1806, с примечаниями.

Van Heusde, Spesimen criticum in Platonem, 1803. Эта книга заключает в себе прекрасные критические замечания на многие разговоры Платона.

Kirchmayer, Exercitatio de Platonis Atlantide, 1685, — сочинение полезное для прояснения некоторых мест Платонова Тимея.

Knebelius, Platonis dialogi tres, Theages,Amatores, Io, 1833, с примечаниями и введениями. Издание весьма хорошее.

Koppen, Platon’s Alcibiades der zweite, 1786. К этому изданию приложены несколько филологических примечаний и содержания разговоров.

XIX

 

 

Koppen, Platon’s Menexenus im Grundriss nebst Anmerkungen.

Kraft, de notione philosophiae in Platonis Erastisobvia 1786. Это сочинение, кроме некоторых замечаний о значении справедливости и рассудительности в смысле Платона, заключает в себе краткий обзор содержания.

Kuhnhardt, Platon’s Phaedon mit besonder Rücksicht auf die Unsterblichkeitlehre erläutert und beurtheilt, 1817.

Lange, Specimen criticum in Platonis Critonem, 1821.

Lichtenstädt, Platon’s Lehren auf dem Gebiete der Naturforschung und der Heilkunde, 1826. Сочинение пoлезное при объяснении Тимея.

Lindau, Platonis Timaeus, 1828, сверенный с лучшими изданиями и снабженный непрерывными примечаниями.

                 Epistola critica de locis quibusdam Timaei, 1803.

                 Novum in Platonis Timaeum et Critiam conjecturarum atque emendationum specimen, 1816.

Vit. Lörs, Platonis Menexenus, 1824; перевод с Греческого на Латинский, с примечаниями и мнением Аста, что Менексен написан не Платоном.

Massey, Platonis de republica, sive de justo libri X, с исправленным переводом и примечаниями, 1713, в 2 частях. Критические замечания не одобряются; хорошо только снесение мнений древних и новых философов с мнениями Платона.

Meursius, Platonis Timaeus a Chalcidio latine versus, cum jusdem in eundem commentario, 1617.

Morgenstern, Symbolae criticae in Platonis Critonem.

                 Commentationes tres de Platonis Republica, 1794.

                 Symbolae criticae in Platonis Politicam, 1815.

Müller, Platonis Io, sev dialogus de furore poetarum, 1782, с примечаниями.

XX

 

 

Nitsch, Platonis Io, 1822, также с примечаниями.

Car. Nürnberger, Platonis Alcibiades I et II, 1796.

Оболенский, Платоновы разговоры о законах, 1827. Перевод довольно близкий, верный и легкий.

Pinzger, Specimen novi commentarii in Euthydemum, доведен до стр. 272 А. 1834·.

Plutarchi, opuscula de animae creatione et de musica, идут к объяснению Тимея.

Procli commentarius in Timaeum, 1534-, но не весь, а доведен только до стр. 44. С; слишком обширен и утомителен; особенно много аллегорий.

Mich. Psellus, εἰς τὴν Πλάτωνος ψυχολογίαν, У. Allatium de Psellis p. 87, et 91.

Regius. Timee de Platon, 1557.

Routh, Platonis Euthydemus et Gorgias, 1784, с примечаниями, из которых особенно хороши исторические и критические.

Schlosser, Platon’s Briefe, mit einer historischen Einleitung und Anmerkungen.

Schmidt, Parmenides, als dialectisches Kunstwerk, 1821.

Sturzmann, de republica, Πλάτωνος πολιτεία, graece et latine, cum animadversionibus criticis et argumentis atque commentationibus de totius operis argumento, ingenio, partibus, codicibus scriptis, 1817, и во второй раз 1818.

Susеmihе, die genetische Entwickelung der Platonischen Philosophie. 3 B. 1855. Книга, особенно хорошо объясняющая философское значение диалогов Платона.

Tiedemann, dissertatio de doctrina Platonis de materia in vol. I. Bibliolh. Gotting. Philolog. nov. Fase. I. part. I.

XXI

 

 

Timaei, lexicon vocum Platonicarum, с примечаниямиРункения, 1789.

Tirsch, Specimen editionis symposii Platonis, 1808.

Vernsdorf, notae in Platonis Critonem et Alcibiadem I. 1815.

Windishmann, Platon’s Timaeus, 1804. Winkelmann, Platonis Euthydemus, 1833, с примечаниями, введениями и схолиями. К сему изданию приложена книга Аристотеля de elenchis Sophistarum. Руководство превосходное.

Wittenbach, Platonis Phaedo, 1810, объясненный введением и примечаниями,—издание полное учености и познаний; но мало критики и неровен перевод.

Wolf, Platonis dialogorum delectus, pars I. Euthyphro, Apologia Socratis, Crito, 1812, с Латинским переводом.

                 Platon’s Gastmahl на Греческом, с примечаниями. Книга, по тогдашнему времени, хорошая.

 Zu Platon’s Phaedon 1811 1).

Из этих изданий Платона и сторонних пособий для изъяснения его сочинений, я имел под рукою немногие. Главными же руководителями моими были Стефан, Аст, Шлейермахер и Штальбом: их глубоким исследованиям обязан более, чем собственным своим усилиям.

1) Я не упоминаю о древних рукописных экземплярах сочинений и объяснителей Платона. Число их во всех Европейских библиотеках восходит выше трех сот. Подробный каталог их сделан Фридерихом Фишером. См. Platonis Euthyphro, Apologia Socratis, Crito, Phaedo, graece ex recens. Fr. Fischer. Lips. 1783. Немогу утверждать, чтобы кроме указанных мною изданий, не было и других, излагающих или объясняющих сочинения Платона; вижу указания на труды Целлера, Штейнгарта и других. Но эти труды не доходили до моих рук, и потому я ничего не могу сказать о их достоинстве.

XXII


Страница сгенерирована за 0.27 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.