Поиск авторов по алфавиту

Автор:Кирилл Александрийский, святитель

КНИГА 1. О совращении человека в порочность и о пленении грехом, а вместе о призвании и обращении через покаяние и о возвращении к лучшему

Спрашивать, куда и откуда, считаю излишним: потому что хорошо знаю, что ты, нимало не медля, сказал бы, что из дому и к нам,

Палладий. Правда.

Кирилл. А что это за книжица у тебя в руках?

П. Книга Евангельская, писание Матфея и Иоанна.

К. Но разве ты думаешь, что ее надобно носить везде и ко всякому? Ведь, вышедши из дому, на дороге ты не станешь изучать ее, Палладий. Занятия этим более приятны дома и на досуге.

П. Хорошо говоришь. Но я пришел побеседовать с тобою. Несу и священную книгу; потому что, сколько я ни делал усилий, не знаю, что и придумать касательного того, что хо­тел показать Господь наш Иисус Христос, говоря

1

 

 

у Матфея: да не мните, яко приидох разорити закон, или пророки: не приидох разорити, но исполпити: аминь бо глаголю вам: дондеже прейдет небо и земля, йота едина, или едина черта не прейдет от закона, дондеже вся будут(Матф. 5, 17 и 18), а в писании Иоанна говоря жене самарянской: жено, веру Ми ими, яко грядет час, егда ни в горе сей, ни во Иерусалимех поклонитеся Отцу. Вы клапяетеся, егоже не весте: мы кла­няемся, егоже вемы: яко спасение от иудей есть. Но грядет час, и ныне есть, егда истиннии поклонницы поклонятся Отцу духом и истиною: ибо Отец таковых ищет покланяющихся Ему. Дух есть Бог: и иже кланяется Ему, духом и истиною достоит кланятися(Иоан. 4, 21-24).

К. Что же кажется тебе трудным в этих словах, что — глубоким и неудобопостижимым? Скажи, прошу тебя.

П. Священное слово повелевает нам удаляться от древних обрядов и отказаться от правды законной. Желающим ее и после принятия веры Павел сказал: упразднистеся от Хрис­та, иже законом оправдаетеся, от благодати отпадосте. Мы бо духом от веры упования правды ждем (Гал. 5, 4 и 5). И еще, несмотря на то, что указал в себе самом блистательные и великие преимущества, относящиеся к жизни по закону, гово­рит: яже ми бяху приобретения, сия вмених Христа ради тщету.

2

 

 

Но убо вменяю вся тщету быти за превосходящее разумение Христа Иисуса Господа моего, его же ради всех отщетихся, и вменяю вся уметы быти, да Христа приобрящу и обрящуся в нем, не имый моея правды, яже от закона, но яже верою Иисус Христовою, сущую от Бога правду в вере(Флп. 3, 7-9). А что древняя заповедь не безукоризненна — это он ясно утверждал; по сему то и говорит, что вместо нее с пользою преподана нам заповедь чрез Христа и новая, то есть евангель­ская. Пишет же он так: отлагание убо бывает прежде бывшия заповеди за немощное ея и неполезное: ничтоже бо совершил закон: привведение же есть лучшему упованию, имже прибли­жаемся к Богу (Евр. 7, 18-19). И еще: Аще бо бы первый он непорочен был, не бы второму искалося место. Укоряя бо их глаголет: се дние грядут, глаголет Господь, и совершу на дом Израилев, и на дом Иудов завет нов: не по завету, егоже сотворих отцем их в день, в оньже емшу ми их за руку, извес­ти их от земли Египетския: зане тии не пребыша в завете Моем, и Аз нерадих о них, глаголет Господь. Яко сей завет, его же завещаю дому Израилеву по онех днех, глаголет Господь, дая законы Моя в мысли их и па сердцах их напишу их (Евр. 8, 7-10). Далее, превосходно понимая и объясняя название нового, говорит: внегда же глаголет, нов, обветши перваго: а обветшавающее

3

 

 

и состаревающееся близ есть истления (8, 13). Итак, если закон ничего не совершил и произошло отменение древней заповеди и привнесение позднейшей, сближающей нас с Богом, то почему же Спаситель говорит: не приидох разорити закон, но исполнити(Матф. 5, 17),— и что духом и истиною достоит кланятися Богу и Отцу (Иоан. 4, 24)? Пос­леднее изречение, думаю, показывает, что нам должно оста­вить обряды и служение по закону.

 К.В какое обширное море вопросов пускаешься ты! Ка­кой ум достаточен для того, чтобы ясно понять такие тонкие умозрения, так, чтобы показать нам, что новое писание род­ственно как бы и близко тому, что древле было установлено премудрым Моисеем, и занимается теми же предметами и что от образа жизни по закону не слишком удалена жизнь во Христе, если предписанное древним будет возведено к духов­ному созерцанию! Ибо закон — образ и тень и изображение благочестия, как бы еще в муках рождения содержащее со­кровенную в нем красоту истины. Или не так, по-твоему, как я сказал?

П. Совершенно так; но какое могло бы быть объяснение этого? Или каким образом можно и жить по-евангельски, и при этом считать себя в зависимости от древней заповеди и находить нужным исполнение предписанного Моисеем?

4

 

 

К. Не прост предмет речи, как, может быть, подумал бы кто-нибудь; но добродетель, думаю, дело и многочастное и многообразное; и слава жизни во Христе разукрашивается пред нами весьма многими добрыми делами. И действитель­но, божественный Давид в псалме сорок четвертом поставля­ет подле Христа деву чистую, в сане царицы — церковь и облекает ее в позлащенную и разукрашенную одежду, говоря таким образом: предста царица одесную Тебе, в ризах, позла­щенных одеяна и преиспещрена (Пс. 44, 10). Здесь, как я думаю, слово: позлащенный весьма хорошо обозначает почет­ность и знатность, а слово преиспещренный — многовидность добродетели. Ибо чрезвычайно благолепна церковь, имеющая умственное убранство, видимое не очами плоти, но внутри ума и сердца, прекрасно выказывающее пред нами иудея, мыслимого в тайне, вследствие многочисленных украшений благолепного и отличного: потому что, как пишет блаженный Павел, не бо иже яве иудей есть, ни еже яве во плоти, обреза­ние: но иже в тайне иудей, и обрезание сердца духом, а не писанием: ему же похвала не от человек, но от Бога (Рим. 2, 28-29).

П. Итак, скажи мне, если введено обрезание духовное и уничтожены жертвы законные, и этот образ жизни у нас со­всем не имеет места; то не кажется ли как бы невероятным

5

 

 

сказанное Христом: не приидох разорити закон, но исполни­ши? Если нет, то ничто, думаю, не препятствует и нам чтить Бога всяческих принесением в жертву волов и курением фи­миама, приносить ему горлиц и голубей, а если и другое что заповедано древним, то и нам стараться исполнять это.

К. Однако, друг мой, ты очень далеко отступаешь от над­лежащего взгляда: ты думаешь, что закон уничтожен, как будто от него нельзя получить никакого плода, и он совер­шенно бесполезен для открытия всего необходимого, а не из­менен только для доказательства истины; между тем как бла­женный Павел пишет: Закон ли убо разоряем верою? Да не будет: но закон утверждаем (Рим. 3, 31). Ибо закон детоводительствует и хорошо приводит к Христовой тайне (Гал. 3, 24). Заповеданное древним чрез Моисея мы называем первы­ми начатками провещаний Божиих (Евр. 5, 12). Если мы отвергнем детоводителя, кто же приведет нас к тайне Христо­вой? И если мы откажемся изучать первые начатки провеща­ний Божиих, то как после этого или откуда мы придем к цели? Ибо по Писанию не есть ли Христос исполнение закона и пророков? (Рим. 10, 4.)

П. Да.

К. Так написано. А исполнение закона и пророков Он есть, думаю, потому, что Его

6

 

 

имеет в виду и к Нему обращено всякое про вещание пророков и закона. Поэтому, укоряя иуде­ев в неверии, Он сказал: не мните, яко Аз на вы реку ко Отцу: есть, иже на вы глаголет, Моисей, нань же вы уповае­те. Аще бо бысте веровали Моисеови, веровали бысте убо и Мне: о Мне бо той писа. Аще ли того писанием не веруете, како Моим глаголом веру имете? (Ип. 5, 45-47.) Итак, если Он говорит, что пришел отнюдь не с тем, чтобы разрушить закон, а скорее, чтобы довершить его; то не подумай, что совершено полное уничтожение узаконенного в древности, но скорее как бы некое преобразование и, я сказал бы, передел­ка существующего в образах в истинное.

П. Ты правильно сказал.

К. Чрез Христа должно было совершиться нечто подоб­ное вот чему. Те, которые выучились искусству писать карти­ны и рисунки, начиная рисовать, не тотчас рисуют не имею­щее недостатков и вполне отделанное изображение, но оттеняют сначала одною, менее красивою краскою и предварительно делают видимыми еще не ясные очертания того, что они наме­рены изобразить; потом, раскрашивая эти тени, каждую при­личною и соответственною ей краскою, превращают очерта­ния в изображения явственные и несравненно лучшие, неже­ли те, какие были вначале. Разве не так бывает?

7

 

 

П. И я тоже утверждаю.

К. А занимающиеся медных дел мастерством, если, на­пример, захотят сделать статую, сначала из воска приготов­ляют ее в непрочном виде, потом, расплавивши на огне медь, выливают ее а) и таким образом весьма хорошо сообщают сво­ему изделию совершенный вид и красоту. Итак, как на тени наложено разнообразие красок б), а также и медь расплавила фигуру, сделанную из воска, то может показаться, что от­вергнуты и почти уничтожены первые и начальные фигуры. Но на самом деле не то. Медник и живописец, не греша против истины, могли бы сказать: мы не уничтожили тени и не отвергли, как совершенно негодные, фигуры, а скорее довершили их. Ибо что в этих тенях и фигурах было видимо еще как неясное и некрасивое, то перешло в лучшее и более явственное.

П. Ты хорошо говоришь.

К. И если кто захочет серьезно исследовать Священное и богодухновенное Писание, то узнает, что вполне истинно то, что я говорю. Ибо Моисей полагал покрывало на лицо свое, потому что сыны Израилевы не могли взирать на лицо его, как написано (Исх. 34, 30-35).

П. Что же это означает?

а) В форму, наложенную на восковую фигуру.

б) В предыдущем примере, примере живописи.

8

 

 

К. Так как умы иудеев были еще тупы, то для них было как бы удобоносимо только внешнее в законе, разумею то, что выражалось единственно в букве закона, но неудобоносимо и совершенно неудобоприемлемо было сокрытое внутри его и, так сказать, истинное лицо мыслей. Поэтому и богодухновенный Павел пишет нам: даже бо до сего дне тожде по­крывало во чтении ветхаго завета пребывает неоткровенно, зане о Христе престает. Но даже до днесь, внегда чтется Моисей, покрывало на сердцы их лежит (2 Кор. 3, 14 и 15). Но пусть так будет с иудеями. Мы же вси откровенным лицем, — говорит, — славу Господню взирающе, в той же образ преобразуемся от славы в славу, якоже от Господня Духа; Господь же Дух есть (3, 18 и 17). Ибо как те, которые смот­рят в зеркало, видят образ и очертание истинного, а не само истинное, точно так же, думаю, и те, которые желают видеть красоту жизни во Христе, всего лучше могут достигнуть же­лаемого, пользуясь законом, как бы зеркалом: потому что, превращая образ вещей в истину, они в чистоте узнают то, что всего более приятно и благоугодно Богу.

П. Но какая могла бы быть причина того, что древним не с начала дано было новое и евангельское провещание, а уза­конены образы и тени?

К. Точное и более истинное понимание та-

9

 

 

кого домострои­тельства должно благочестно предоставить всеведущему Богу; но все же соображения, не чуждые добрых мыслей, приводят нас к умеренному хотя знанию или, может быть, к тому, что мы представляемся знающими причины такого домостроитель­ства. Итак, мы говорим, что освобожденные из Египта имели нужду в продолжительном детоводительстве и в питании, как бы свойственном младенцам: потому что они были еще тупо­умны и весьма удобопрельщаемы ко всяким нелепостям. Для них, которые болели неистребимою любовию к плоти и охва­чены были неудобоодолимыми страстями, недоступно некото­рым образом было еще и неудобно хотение тотчас подняться к прекрасному и восприять образ жизни столь светлой и чрез­вычайной, чтобы, ходя по земле, иметь жительство на небе­сах, по Писанию (Филип. 3, 20); потому что твердая пища не есть ли пища совершенных, а младенцам не прилично ли более молоко?

П. И очень.

К. Итак, для тех, которые были еще младенцами, нужно было детоводительство, состоящее в образах, и, так сказать, более легкое питание, а не слово, призывающее к совершен­ству и способное привести к безупречности. Сыны же Израи­левы могли бы быть уличены в таком легкомыслии, невнима­тельности и податливости ко всякого рода страстям, что

10

 

 

если бы сделано было точное исследование их нравов и стремле­ний, то, думаю, они не были бы признаны достойными и тени. И это показал Моисей. По повелению Божию, он взошел на гору, чтобы принять закон; а они тотчас впали в измену: сде­лали тельца и дерзнули, жалкие, сказать: сии бози твои, Из­раилю, иже изведоша тя из земли Египетский (Исх. 32, 9). Такого ужасного легкомыслия не вытерпел Моисей, разбил скрижали, на которых был закон, считая недостойными даже тени, или образов, или вообще всякого вышнего детоводительства тех, у которых был такой оцепенелый ум, что они забыли о столь чудесных действиях, которые были над ними совершены Божественною силою, опять воздали почитание тельцу и вспомнили о служении, совершавшемся в Египте. Но тогда на каменных скрижалях как бы тенями начертан был древним закон перстом Божиим, как написано (Исх. 31, 18). И это было образом того, что, как мы веруем, совершилось с нами во Христе. Владыка всех Бог как бы вписывает в нас знание воли своей, пользуясь для этого Сыном в Духе как бы тростию: потому что так назвал Он Его чрез Давида, говоря: язык мой трость книжника скорописца (Пс. 44, 2). Трость Отца, то есть, Сын начертал в сердцах всех знание всякого добра, как некоторым перстом Божиим,

11

 

 

пользуясь Духом Отца и Своим. Ибо Духа Божия Он называл перстом, говоря в одном месте: аще ли же Аз о Дусе Божии изгоню бесы (Матф. 12, 28), а в другом: аще ли же о персте Божии изгоню бесы (Лк. 11, 20). Письмом же духовным называл нас и Павел, говоря: послание бо наше вы есте, написанное в сердцах на­ших, знаемое и прочитаемое от всех человек: являемы, яко есте послание Христово служеное нами, написано не чернилом, но Духом Бога жива, не на скрижалех каменных, но на скрижалех сердца плотяных (2 Кор. 3, 2-3).

П. Что содержащееся в законе есть образы и тени, это и я утверждаю, заметь. Ну так устремим изощренное и при­лежное внимание на возвещенное в образе и постараемся отыскать красоту истины; потому что после этого никому не будет неясною тайна служения в духе.

К. Подлинно, почтеннейший, я не без причины очень устрашился и весьма не расположен к этому: потому что едва ли, думаю, доступны будут нашим силам такие возвы­шенные и необычайные умозрения. Я думаю, рассматриваю­щему глубину умозрений, содержащихся в законе, надобно сказать: кто премудр и уразумеет сия? и смыслен, и увесть сия? (Ос. 14, 10.)

П. Дело действительно не легкое, друг мой;

12

 

 

но просите, говорит Христос, и дастся вам; ищите, и обрящете; толцыте, и отверзется вам (Матф. 7, 7).

К. Итак, надобно приступить к исследованию того, что может принести пользу, а прежде вознесем моление, говоря: открый очи мои, и уразумею чудеса от закона Твоего (Пс. 118, 18). Как кажется, нам следует прежде всего сказать о совращении человека в порочность, о рабстве и плене у врага всех, как и каким образом это совершается нами и в нас; надобно присовокупить и о том, каким образом должно от­вращаться от зла и свергать с себя иго рабства у него, возвра­щаться же напротив в первоначальное состояние, под охра­ною и при помощи Бога. Если этим надлежащим путем пой­дет наша речь, то, думаю, и остальное будет, как следует.

Я. Ты рассуждаешь весьма правильно.

К. Ведь возможность приносить Богу плоды и жертвы духовные, то есть вести себя мужественно и похвально, же­лая успевать в добродетели, свойственна не тем, которые еще не освободились от рабства и насилия страстей, но тем, у которых ум некоторым образом уже просыпается для свобо­ды и не нерадить о свержении ига власти диавольской.

Я. Соглашаюсь, потому что ты думаешь правильно.

К. Итак, мы говорим, что в начале соз-

13

 

 

дан был человек, имеющий помышление как бы выше греха и страстей, но не совершенно не способный совратиться к тому, что он изберет. Наилучший строитель всего Бог находил правильным привя­зать ему бразды собственных хотений и предоставить ему делать угодное самоповеленным стремлениям: потому что над­лежало добродетели явиться свободно избирающею, а не по необходимости, и не утвержденною непоколебимо законами природы, так как это свойственно только высочайшей сущно­сти и превосходству. Когда же это животное получило в со­вершенстве способности собственной природы посредством ис­кусного устроения Божия, то оно тотчас обогатилось подоби­ем Ему: в нем начертан был образ Божественной природы, когда вдунут был Дух Святой; ибо Он есть дыхание жизни (Быт. 2, 7), так как Бог по природе есть жизнь.

Я. Поэтому душою у человека сделался Божественный Дух?

К. Не крайне ли нелепо так думать? Ведь душа тогда была бы неизменяемою и осталась бы одною и тою же, но она изменяема; а Дух не есть что-либо изменяемое. Или, если Он страдает изменением, то этот порок будет относиться к самой божественной природе, так как Дух есть Дух Бога и Отца, а также и Сына, существенно изливаемый от Обо-

14

 

 

их, то есть от Отца чрез Сына в). Итак, невежественно думать, что Дух пре­образовал-

в) Εἶπερ ἐστὶ το Θεοῦ καὶ Πατρὸς, καὶ μὴν καὶ τοῦ Υιοῦ, τὸ οὐσιωδῶς ἔξ ἄμφοῖν, ἤγουν ἐκ Πατρὸς διΥιοῦ προχεόμενον Πνεῦμα. В этих словах св. Кирилла римские католики видят доказательство того, что он держался мнения об исхождении Св. Духа и от Сына. См. например, admonitio Anton. Agellii, praemissa libris de adoratione, in Patrologie curs. compl. ed. Migne. Ser. Graec. T. LXVIII. coi. 121. 129. Ceillier hist. gener, des auteurs sacres et eccles. Т. VIII. 1861, p. 328. Но чтобы судить, как думал св. Кирилл об этом предмете, надобно принять во внимание другие изречения его, относящиеся сюда. Между тем в писаниях св. Кирилла есть много мест, из которых видно, что он приписывал Святому Духу исхождение, в смысле принятия бытия, только от Отца, а Сыну усвоял сообщение Св. Духа тварям. Например, в изъяснении никейского символа он говорит о Духе Святом: «хотя Он изливается, то есть исходит, как от источника, от Бога и Отца, но подается твари чрез Сына» (Patr. с. compl. gr. Т. LXXVII, coi. 316). В толковании на Евангелие от Иоанна св. Кирилл говорит: «так как Сын по естеству есть от Отца и в Отце, будучи истинным плодом сущности. Его, то Он по естеству усвояет себе Духа собственного Отцу, хотя изливаемого от Отца, но чрез Него-Сына подаваемого твари и мыслимого не на подобие слуги, то есть находящимся в подчинении, но, как я сейчас сказал, Хотя произникающего из самой сущности Бога и Отца, но изливаемого Достойным принять Его чрез Единосущное Слово» (In. Ioh. lib. XI. с. X. Patr. с. compl. gr. T. LXXIV, coi. 540). Особенно важны объяснения св. Кирилла, вызванные недоразумением относительно его образа мыслей об исхождении Св. Духа. Блаженный Феодорит в своих возражениях на анафематизм св. Кирилла, по поводу встречающегося в 9-м анафематизме выражения, что Дух Святой есть «собственный Сыну», замечает: «если он назвал Духа собственным Сыну, как имеющего одно с Ним естество и исходящего от Отца, то мы согласимся и примем сказанное, как благочестивое; если же, как имеющего бытие от Сына или чрез Сына, то отвергаем это, как богохульное и как нечестивое». Св. Кирилл, отвечая в письме к Евоптию на возражения блаж. Феодорита, принимает первое его объяснение слов: «собственный Сыну», именно говорит: «хотя Дух Святой исходит от Бога и Отца, по слову Спасителя, но Он не чужд Сыну: потому что Сын

15

 

 

ся в душу и перешел в природу человека; но создан­ное было одушевлено неизреченною силою и тотчас же укра­шено дарованием Духа; ибо иначе не могли мы обогатиться Божественным образом.

Я. Ты хорошо говоришь.

К. Итак, Бог, украсив свое создание, даровал ему жи­тельство в раю. Но так как надлежало не дозволять столь прославленному

имеет все вместе с Отцом» (Ibid. Т. LXXVI, coi. 432-433). Ту же мысль св. Кирилл несколько яснее выражает в письме к Иоанну, епископу Антиохийскому, говоря, что «Дух Бога и Отца хотя от Него исходит, но не чужд Сыну в рассуждении сущности» (Ibid. Т. LXXVII, соl. 181). Здесь св. Кирилл ясно дает понять, что Дух Св. не чужд Сыну по единосущию, а не в том смысле, будто от Него исходит. Из приведенных изречений св. Кирилла открывается, что он не имел в виду утверждать исхождение Св. Духа и от Сына. Сообразно с приведенными изречениями те слова его, по поводу которых сделано это примечание, надобно объяснять следующим образом. Когда св. Кирилл говорит, что Дух Св. изливается «от обоих, то есть от Отца чрез Сына», то слово изливается он употребляет в общем смысле, так что по отношению к Богу Отцу оно означает исхождение от Него Святого Духа, а но отношению к Сыну сообщение чрез Него Святого Духа тварям. Прибавляя же к слову изливается слово существенно, св. Кирилл по отношению к Сыну Божию разумеет то, что Дух Святой подается Им не как чуждый, Ему, Но как Единосущный с Ним. Собрание изречений св. Кирилла, из Которых выражается его православный образ мыслей об исхождении Св. Духа, также объяснение тех его изречений, которые, по-видимому, благоприятствуют римскому учению об этом предмете, можно видеть: у Зерникава: Tractatus de processione spiritus Sancti. 1774, p. 73 sqq. 829 sqq.; в православно-догматическом богословии Преосвященного Макария. Т. 1. § 45-46; в статье архимандрита Сильвестра «Ответ православного на предложенную старокатоликам схему о Святом Духе». Труды Киевской Духовной Академии. 1874. Август.

16

 

 

и венчанному изобилием вышних благ того, чтобы он легко возносился к высокомерию, не обращая внима­ния на то, что он раб и что есть ограничение для слуг (потому что очень широкий путь к славе и чрезмерная свобода при­водят к надменному и отвратительному расположению духа): то и дан ему закон воздержания, как повод не забывать о Владыке, дабы этим законом постоянно он был призываем к воспоминанию о Повелевшем со властью и несомненно знал, что он подчинен постановлениям Обладающего. Но не был спокоен тот нечестивый и ненавистный Богу зверь.

П. Я думаю, ты говоришь о сатане, который наподобие молнии низвергнут был с небесных кругов (Лк. 10, 18), пото­му что страдал таким ребячеством, что хотел быть Богом и мечтал выказать превышающее его природу.

К. Ты хорошо объясняешь. Будучи изобретателем и от­цом зависти и греха, он не захотел оставаться в бездействии по отношению к земному животному, то есть человеку. Тогда, подошедши с обманом и прельщениями, ввел его в преслушание, воспользовавшись женщиною, как орудием своего лу­кавства: потому что всегда низвергают нас в безобразие, то есть в грех, удовольствия, существующие с нами и в нас; образ же удовольствия есть

17

 

 

женщина; вследствие обольще­ний, происходящих от удовольствий, ум часто приходит к тому, чего он не хочет. И так то, что является в Адаме, как случившееся осязательно и чувственно, можно видеть в каж­дом из нас совершающимся мысленно и сокровенно: потому что возникающее удовольствие очаровывает ум и мало-пома­лу располагает думать, что преступление Божественного за­кона совсем ничего не значит. Это подтвердит и ученик Хри­стов, говорящий: никтоже искушает» да глаголет, яко от Бога искушаемь есмь: Бог бо нестъ искуситель злым, не ис­кушает же той ни когоже. Кийждо же искушается, от своея похоти влекомь и прельщаемы таже похоть заченши раждает грех: грех же содеян раждает смерть (Иак. 1, 13-15).

П. Верно слово.

К. Итак, природа человека, променявшая г) благодать Божию и обнаженная уже от первоначальных благ, изгнана из рая сладости, тотчас же превратилась в безобразную и потом оказалась подпадшею разрушению.

П. Необходимо; ибо, думаю, недостаток даров Божиих есть не что иное, как потеря всякого добра. И человеческая природа весьма легко подпала бы увлечению ко всему неле­пому, если бы не удерживала ее в добродетели бла-

г) На удовольствие.

18

 

 

годать Спасающего, обогащая ее вышними, от нее происходящими благами.

К. Хорошо говоришь, и я весьма справедливо соглашусь с тобою; потому что пищу, годную для приобретения духов­ной силы, доставляет хлеб живой, то есть слово Божие; ибо написано, что и хлеб сердце человека укрепит (Пс. 103, 15). Слово Божие освобождает от рабства и страстей и весьма хорошо позлащает блестящими качествами, относящимися к свободе. Если же Бог как бы сжимает Свою руку и не-снабжа­ет нас обилием этих даров, то по всей необходимости мы и подпадаем нежеланному злу и удаляемся от всякой добро­детели, принимаем на себя как бы чуждое иго и доходим до такой меры зол и ненасытности, что наконец почти теряем и самый разум, служащий нам ко всякому добру и сожитель­ствующий нам; и сердце потерпевшего это является совер­шенно лишенным премудрости но Боге, как бы изнасилован­ным сатаною и οχοτιίο поддавшимся поруганиям и бесчин­ствам его.

П. Покажешь ли, как это бывает, или предоставишь до­вольствоваться голословными рассуждениями д)?

К. Всего менее. Я покажу это, сколько возможно, хоро­шо, искусно возводя случившееся

д) Буквально: плыть на голых рассуждениях — φιλοῖς ἐπινήχεσθαι λογισμοῖς.

19

 

 

с древними в образ вещей умопостигаемых. То, что подлежит чувству и телесному зре­нию, сделается для нас наглядным и самым очевидным обра­зом того, что познается тонким умозрением. О праотце Авра­аме написано: и бысть гладь на земли: и сниде Авраам во Еги­пет вселитися тамо, яко одоле глад на земли (Быт. 12, 10). Оставивши дорогую и родную землю, он переселился в дру­гую, которую показал ему Бог: изыди, — говорит, — от земли твоея, и от рода твоего... и иди в землю, юже ти покажу (Быт. 12, 1). Но так как одолевал голод и наносил неизбеж­ный вред, то он вынужден был не добровольно видеть Еги­пет; однако не поселился в нем, а скорее жил там, как прише­лец.

П. Что же это означает?

К. Это представляет нам прекрасный образ вещей неви­димых.

П. Каким образом?

К. Порицая непокорность иудеев, Бог сказал: вот посы­лаю глад на землю, не глад хлеба, ни жажду воды, но глад слышания слова Господня: и от востока до запада обтекут, ищуще словесе Господня, и не обрящут (Ам. 8, 11 и 12). Но, друг мой, у тех, которые угнетены таким голодом, и лишены пропитания, поддерживающего добродетель, и не имеют сне­дей небесных и вышних, не по всей ли необходимости ум становится как бы пересе-

20

 

 

ленцем каким и беглецом? Он пере­ходит к постыдному и, как бы из собственной земли, изгоня­емый из твердости в добродетели, нисходит в другое состоя­ние и хотение, уже не Богу подвластное, по подчиненное скипетру диавольскому: ибо первый, внесший грех в мир, есть, по моему мнению, отец и царь греха, образом и оттис­ком которого, думаю, весьма справедливо признать фараона, предводителя египтян, у которых весьма глубок был мрак заблуждения и решительно ни один способ зла не был не испытан.

П. Какое же огорчение постигло блаженного Авраама от того, что он пришел в страну Египетскую?

К. Самое великое; потому что едва он не перенесся за пределы всякого зла. Легко ты узнаешь и это из Священного Писания, которое гласит: бысть же егда вниде Авраам во Еги­пет, виде вше египтяне жену его, яко добра бяше зело, и видеша ю князи фараони и похвалиша ю пред фараоном, и введоша ю в дом фараонов (Быт. 12, 14-15). Смотри, друг мой, он едва не потерял жену свою.

П. Какое неприятное происшествие и способное огорчить!

К. А то же бывает и с нами самими в духовном смысле; ибо кому случится, как бы из своего отечества, ниспасть из привычного и весьма любимого благонравия и добродетели,

21

 

 

перейти к худшему и подчиниться скипетру диавольскому, на того отовсюду и всячески страшно нападают и злоумышляют злые и противные силы; а если увидят, что кто-нибудь из подпадших власти их может иметь не некрасивое разумение, они стараются передать его своему предводителю и предлага­ют ему для удовлетворения похоти, чтобы он приносил плод уже не Богу, а сатане; ибо пищи его, как написано, избранныя (Авв. 1, 16). Они стараются как бы обморочить уловленный и поскользнувшийся ум, чтобы он не отказался, обращая много внимания на свободу, от служения им; иногда доставляют ему наслаждения земными предметами и, так сказать, обога­щают ничтожными утехами, подобно, как и князи египетские, как бы ласкаясь к блаженному Аврааму, хотели его, потеряв­шего супругу, отвлечь почестями и принесением даров от чрез­мерной печали; ибо написано: и Аврааму добре бяше ея ради, очевидно, Сары: и быша ему овцы и тельцы и ослы, и рабы и рабыни, и мски и велблюды (Быт. 12, 16). Сатана, привлекая нас к самым кратковременным вещам, лишая свободного как бы рождения и плодородия, и по своей ненасытности подвер­гая благородный ум поруганиям и бесчинствам своим, свя­зывает нас услаждением земными предметами. Он дошел некогда до такого безумия, что приступил с искушением к самому

22

 

 

Христу: возвед Его, — сказано, — показа Ему вся царствия вселенным в черте времянне: и рече Ему диавол: Тебе дам власть сию всю и славу их, яко мне предана суть, и ему же аще хощу, дам их. Ты убо аще поклонишися предо мною, будут Тебе вся (Лк. 4, 5-7).

П. Это-то правильно; но скажи, прошу тебя, какое может быть подкрепление или помощь потерпевшим?

К. Эта помощь, почтеннейший, — Бог и его благодать, которая не навсегда попускает изнемогшему уму быть под ногами диавольскими, но защищает и избавляет его, нисколь­ко не могущего помочь себе самому. Если хочешь, то уви­дишь, что то же самое было и с праотцем Авраамом. Когда праведник отчаялся и не мог ничего предпринять, вступился за него Бог и освободил жену его от распутства египтян: и мучи Господь казнми великими и лютыми фараона и дом его Сары ради жены Аврамли (Быт. 12, 17). Тогда уже фараон отпустил сожительницу праведника, едва избегшую поруга­ния. Итак, Бог, и только Он один, может изъять от руки диавола попавший в нее ум и возвратить его к первоначально­му благонравию.

П. Поэтому мы, побуждаемые недостатком вышних благ, нисходим иногда к постыдному и гнусному.

К. Так я говорю.

23

 

 

П. Но, конечно, благолюбивому Богу прилично не попус­кать, чтобы мы впадали во что-либо таковое.

К. Действительно, это весьма прилично и желательно Богу, друг мой: потому что Он был бы весьма мало благ и не очень любил бы добродетель, если бы не имел этой цели по отношению к нам. Но мы сами виноваты, что подвергаемся злу, прогневляя Владыку всего; ибо тогда Он посылает нам слабый и не мужественный ум. Или не слышишь вопиюще­го чрез одного из святых пророков: се, Аз дам на люди сия болезнь, и изнемогут в ней отцы, и сынове... сосед и ис­кренний его погибнут (Иер. 6, 21). Пишет о некоторых еще и премудрый Павел: и якоже не искусиша имети Бога в разуме, сего ради предаде их Бог в неискусен ум, творити неподобная (Рим. I, 28). Но еще яснее представляет это бо­жественный Исаия, говоря, как бы от лица сынов Израилевых или собственно от лица тех, которые впали в грехи: се, Ты разгневался еси, и мы согрешихом (Ис. 64, 5).

П. Итак, скажи мне, ужели мы, пренебрегающие своими обязанностями и уловляемые грехами, будем слагать вину на Бога и жаловаться на Него за Его гнев, как будто мы от этого согрешили?

К. Мы не будем обвинять Бога: это было бы безумие; но говоря: Ты разгневался еси, и

24

 

 

мы согрешихом, мы разумеем нечто такое: если бы мы не имели твоего благоволения, Вла­дыко, то ничто не препятствовало бы нам находиться под неограниченной властью греха, по причине слабости нашей природы, и затем предаваться всякому злу.

П. Понимаю то, что говоришь.

К. Лишенные вышнего попечения и охранения и вместе с тем терпящие наказание за крайнее легкомыслие и неудер­жимую наклонность к дурному, слабые и удоболовимые, не окажемся ли мы подверженными всякому злу? Ты можешь ясно видеть это, если прочтешь слова Иеремии. Грубый народ Иудейский, хотя весьма изобильно пользовался щедротами от Бога, хотя одолел всех врагов своих и наконец достиг са­мой высшей, может быть, славы у людей, несмотря на то, за­мышлял грубое и всецелое преслушание. Почти .распростив­шись с заповедями, данными чрез Моисея, и ни во что вменяя Божественные постановления, иудеи неслись неудержимым влечением к пагубе и гибели. Под дубом и тополем и тенис­тым деревом, по слову пророка (Ос. 4, 13), у строя ли жертвен­ники, и, в самых густых рощах воздвигши капища демонам, заблагорассудили чтить принесением в жертву волов и куре­нием фимиама и называть, не краснея, свои изделия богами и спасителями и всякими подобными именами. А некогда они дошли до такой глупости,

25

 

 

что даже нечестивое умерщвление детей относили к числу предметов похвальбы и думали, что этим они приносят своим богам самую отборную жертву. Но и на этом не остановились дела нечестия у сынов Израиле­вых; постоянно присоединяя, как бы какое дополнение к сво­им дерзостям, необузданное устремление ко всяким нелепос­тям, они не в малой мере подвигли на гнев против себя Зако­нодателя, хотя и благого. Так как они самонадеянно свергли с себя рабское отношение к Нему, то Он попустил наконец, что они были побеждены врагами и отведены уже на невольное служение, то есть халдеям и вавилонянам. Эти, оставив свои домашние дела, пришли с намерением поработить их и сожечь святой и славный город; а терпящим от них нападение едва пришло на ум вопросить пророка Иеремию, чем кончит­ся для них это несчастие. И рече, — сказано, — Иеремия: тако рцыте Седекии, сия глаголет Господь Бог Израилев: се, Аз обращаю оружия бранная, яже суть в руках ваших, имиже вы ополчаетеся на царя вавилонска и халдейска, иже обсто­ят вас окрест вне степ: (и соберу та) (е) посреде града сего, и поборю Аз по вас рукою простертою, и мышцею крепкою с яростию и гневом великим. И побию всех обитающих

е) Слова:и соберу та не находятся в изданиях творений св. Кирилла.

26

 

 

во гра­де сем, человеки и скоты губителъством великим, и измрут. Потом несколько спустя говорит: И к людем сим речеши: сия глаголет Господь: се Аз даю пред вами путь живота и путь смерти, иже обитает во граде сем, умрет мечем и гладом и губителъством: а исходяий, иже прибежит к Халдеом обстоя­щим вас, жив будет, и будет душа его в плен, и жив будет. Утвердих бо лице Мое на град сей во злая, а не во благая и в руки царя вавилонска предастся, и сожжет его огнем (Иер. 21, 3-6; 8—10). Итак, понимаешь, что как только мы оскорбим Бога своим высокомерием, то будем уже не в состоянии, не­счастные, противодействовать силам врагов, но так как гнев Божий как бы лежит на нас и приражается к нам, то мы сдела­емся из свободных рабами и будем вести бесславную и жал­кую жизнь.

П. Хорошо говоришь.

К. Закон Божий приводит человека мягкого и послушно­го к безукоризненному образу жизни и бывает каждому как бы светильником для указания полезного и необходимого, и кто побеждается уважением к нему, тот, думаю, будет вести жизнь не недостойную удивления и, как бы в святом городе, будет обитать в твердости добродетели и стойкости благочес­тия. Если же кто предпочтет с готовностью броситься в мир­ские удовольствия, как будто

27

 

 

в какую рощу и лес, богатый прекрасными цветами и деревьями, охотно пребывать в жи­тейских наслаждениях, принять в ум и сердце, как бы рой призраков, многовидное удовольствие и воскурять пред де­монами плоды своего усердия: то он весьма справедливо ли­шится вышнего охранения и будет представлять из себя са­мую легкую добычу для тех, которые желают взять ее; из­гнанный как бы из святого города, из первоначального бла­гонравия, он пойдет уже, как бы неволимый игом, туда, куда заблагорассудят управляющие, и далеко будет от Бога, под­вергаясь, относительно своего душевного расположения, пе­реселению в Вавилон, то есть за пределы святой земли, в которой ведом Бог и велие имя Его (Пс, 75, 2). Поэтому терпящие такое жестокое бедствие и впадшие в руки врагов, не вынося образа жизни у них, как невольничьего и рабско­го, возопили: на реках Вавилонских, тамо седохом и плакахом, внегда помянути нам Сиона (Пс. 136, 1). Чем-то подоб­ным, думаю, болеет и человеческий ум.

П. О чем ты говоришь?

К. Всегда он ленив и вял в желании тех благ, которые у него под руками, и не очень стремится к тому, что в его власти. Если же произойдет наклонение к худшему и случит­ся уменьшение красот, которые он имеет, то, потерпев это, он почти не сознает,

28

 

 

что надлежало сопротивляться изо всей силы и не допускать испытания на деле, но предотвращать наступление его.

П. Правда.                                                           -

К. Поэтому необходимо, премудро и весьма полезно — тщательно предотвращать дурное состояние и наступление невольного служения и усиленно стараться заранее отклонять то, что если испытаем, подвергнемся всякому злу.

П. Так точно.

К. А если вследствие гнева Божия наложено будет на нас иго невольного рабства и нам придется впасть в преврат­ный ум (Рим. 1, 28), то противиться будет нелегко. Я сказал бы, что полезно по крайней мере помнить, из какого состоя­ния в какое перешли мы, и горько оплакивать свою беззабот­ность и оскудение вышней помощи: печаль бо яже по Бозе покаяние не раскаянно во спасение соделовает (2 Кор. 7, 10). Если же гнев Божий не отяготел над нами, если есть возмож­ность по произволу избирать и делать угодное и если мы в состоянии сохранять свободною и не принужденною склон­ность в ту и другую сторону, разумею, к злу и добру: то надоб­но мужественно отстранять изнеженность порока, надобно, Думаю, постоянно отвергать предлагаемые врагами удоволь­ствия и подчинение врагам, которые называются князьями века сего, потому что, хотя бы при этом и досталось на чью долю счастье,

29

 

 

разумею счастие, которое высоко ценится в мире, но оно несомненно приведет к постыдному и непривлека­тельному концу.

П. Каким же образом?

К. Не угодно ли, мы будем рассуждать, взявши примеры из древности?

П. И очень.

К. Когда голод изнурял людей, населяющих, так сказать, всю землю, заблагорассудилось сыновьям Иакова отправить­ся в Египет; юношей же было числом десять; а целью путе­шествия было — закупить хлеба, и не было никакой другой. После того, как они достигли этого и уже узнано было, что они братья Иосифа, который тогда раздавал хлеб и управлял егип­тянами, о случившемся дошло до ушей фараоновых: и рече, — сказано, — фараон ко Иосифу: рцы братии своей, сие сотво­рите: наполните сосуды ваша пшеницы, и идите в землю Ханааню: и вземше отца вашего и имения ваша, приидите ко мне: и дам вам от всех благ египетских, и снесте тук земли. Ты же заповеждь сия: взяти им колесницы от земли Египетския детем их, и женам, ιι поимше отца своего, приидите. И непощадите очима сосудов ваших: вся бо благая египетская вам будут (Быт. 45, 17-20). Таким образом, правитель земли Египетской обещал дать им покой и сильно утучнить их рос­кошью, также и подарил колесницы, с тем, думаю, чтобы об-

30

 

 

лег­чить путешествие для не решающихся. И они тотчас прибыли со всем своим домом, не знаю как, предпочетши временное вкушение снедей земле и стране, данной от Бога; ибо для них было гораздо лучше и надежнее от нее кормиться, хотя бы это достигалось и с небольшим трудом. А пришедши в Египет, они думали, может быть, что уже избежали трудов, бывших у них дома, и им было приятно ощущение теперешних наслаж­дений. Но с течением времени этот народ, издревле и по про­исхождению своему благородный и свободный, подпадает бес­славному игу рабства. Итак, когда с мирским счастием соеди­нено падение в постыдное, то надобно отвергать его, друг мой, если у нас на уме свобода и если для нас отвратительно и ненавистно свойственное рабам дело и помышление.

П. Ты весьма хорошо сказал.

 К. А что, не сказать ли нам и еще нечто, приносящее, как мне кажется, немалую пользу, так же как и сейчас нами ска­занное?

П. Что же это такое?

К. Вавилонянин Рапсак, военачальник ассирийский, по­вел некогда бесчисленное множество воинов и пришел с намерением осадить святой город или, лучше сказать, предположивши разрушить его до оснований, и притом без тру­да. Вслед за тем он прежде оружия пустил в ход не новое для него, но

31

 

 

весьма привычное злоречие о Боге. Наговорив­ши очень много нестройного, он возгласил наконец жителям святого города: сия глаголет царь ассирийский: аще хощете благословени быти, изыдите ко мне и ядите кийждо вино­град свой и смоквы свои, и пийте воду потока вашего (ж) дондеже прииду и пойму вы в землю, яже аки ваша земля, зем­ля пшеницы и вина и хлебов и виноградов (Ис. 36, 16-17; 4 Цар. 18, 31-32). Смотри же, и он обещает негу и наслажде­ние под виноградом и смоковницею, но прибавил: и пийте воду потока вашего.

П. Что же это показывает, если будет возведено к духов­ному созерцанию?

К. Двояким, думаю, способом сила зла осуществляется в нас. Люди, склонные ко гре-

ж) В славянском переводе Библии поставлено: пийте от потока вашего, у св. Кирилла, так же как и в некоторых кодексах перевода LXX: πίεσθε ὕδωρ τοῦ λάκκου ὕμῶν. В других кодексах поставлено: πίεσθε ὕδωρ ἐκ τοῦ λάκκου ὕμῶν. Приводимые у св. Кирилла слова Рапсака встречаются в двух местах Священного Писания: в Четвертой книге Царств и в книге пророка Исаии. В еврейском подлиннике они в том и Другом месте изложены одинаково, а в переводе LXX с некоторыми разностями в выражениях, происходящими от того, что в Четвертой книге Царств они переведены ближе к подлиннику Св. Кирилл при водит их из книги пророка Исаии. Слово λάκκος в переводе LXX употреблено в том и другом месте, но в Славянском переводе в книге Царств оно передано словом: ров, а в книге пророка Исаии словом: поток. Λάκκος, так же как и переданное им еврейское слово: פןֺר (бор) значит собственно: выкопанная яма, ров, иногда означает цистерну наполняемую дождевой водой, или колодезь с ключевой водой. Св. Кирилл, как видно из следующего далее толкования слов Рапсака, принимает слово λάκκος в последнем смысле.

32

 

 

ху, доходят до всяких нелепостей потому, что бывают убеждаемы предаваться или отвне при­ходящим удовольствиям, или врожденным и в нас сущим, убеждаемы или ими самими, или другими. А что это правда, показывает нам ученик Спасителя, говоря так: яко все, еже в мире, похоть плотская, и похоть очес, и гордость житей­ская (IИн. 2, 16). Похоть плоти прирождена нам, укоренена и пребывает в нас самих; ее и божественный Павел называл законом греховным, обитающим в плотских членах (Рим. 7, 23). А наслаждения и удовольствия, происходящие отвне и пришлые, суть те, которые приходят посредством глаз, пото­му что посредством глаз возбуждается удивление к тому, что происходит от богатства, и к прекрасным одеждам и к другим вещам, к которым привязаны некоторые, произнося­щие о них не презрительный приговор, как будто получают от них самое приятное наслаждение. Итак, виноград и смо­ковница могут быть образом происходящего отвне и при­шлого наслаждения и удовольствия, потому что прекрасно показывают как кратковременность и быстрое увядание ве­щей, которые в мире, так вместе с тем сладость, соединенную со свойством — омрачать. Ибо всякое мирское удовольствие для участвующего в нем бывает сладко в настоящее мгнове­ние, но весьма омрачает и сильно опьяняет при-

33

 

 

нявшего его в себя. А поток есть образ врожденных и в нас сущих дви­жений; потому что они не внесены в нас, как прежде упомянутые, но как бы текут в нас и бьют ключом из самой плоти. Злые силы говорят нам, что нам дано будет свободное учас­тие во всех этих естественных и привнесенных удовольстви­ях и весьма обширное пользование ими, если мы, оставивши воздержание как бы святой и непоколебимый город, придем к царю вавилонскому, который был образом сатаны. Но хотя Рапсак обещал жителям святого города, что если они перей­дут к вавилонянам, то удовольствие настоящего мгновения в них возникнет и будет возрастать; они не послушались, рассуждая правильно; потому что за хотением избрать мир­ское непременно последует необходимость впасть в неволь­ное рабство и оказаться в числе пленных.

П. Верно слово. Но каким же образом может совер­шиться освобождение от этих зол? Будь так добр, скажи, прошу тебя.

К. Каким же иным, как не противоположным первому и бывшему в начале? Подчиняясь влечению собственных хоте­ний к постыдному образу жизни и отвергая красоту не укоризненного поведения, мы впали в низкий и невольничес­кий ум, помышляя только о земном и всячески предаваясь плотским удовольстви-

34

 

 

ям. Поэтому-то Бог наконец попус­тил нам низвергнуться и в превратный ум.

П. Итак, к добродетели необходимо стремиться обрат­ным путем?

К. Не раздумывая, друг мой, не прилепляясь уже к мир­ской жизни, сообразно с тем, что правильно сказано Павлом: умросте бо, и живот ваш сокровен есть со Христом в Бозе (Кол. 3, 3), — но более горя желанием, чтобы имена наши написаны были на небесах, считая своим вышнее отечество и город и крепко взывая к Богу: ослаби ми, яко пресельник аз есмь у тебе и пришлец, яко же еси отцы мои (Пс. 38, 14-13). Ибо кто странствует по земле и вместе принадлежит к светло­му небесному городу, тот есть истинно пресельник и при­шлец, как это естественно открывается из самого дела. Посему ученик Спасителя повелевает и нам считать это достохвальным, славным и прекрасным: братие, молю яко пришельцев и странников огребатися от плотских похотей, яже воюют на душу (1 Пет. 2, 11).

П. Но для преуспеяния в добродетели достаточно ли та­кого расположения, то есть прекращения плотских похотей?

К. Надобно, чтобы премудро присоединено было и то, что относится к другому благонравию, очевидно, духовному; ибо написано: широка заповедь Твоя зело (Пс. 118, 96). Разве не дво-

35

 

 

якое в нас осквернение: душевное и телесное? И я нахожу весьма справедливым, чтобы за тем, чему свойственно осквер­нять, следовало равносильное и равнодействующее ему то, чему свойственно очищать.

П. Ты сказал правильно.

К. Как, без сомнения, есть двоякая нечистота, душевная и телесная, так и очищение, естественно, должно быть душевное и телесное. А что считать жизнь в мире пришельствием не бесполезно для тех, которые так настроены, это нетрудно ви­деть, если прибегнуть к сравнению с Авраамом, которому было сказано Богом: изыди от земли твоея, и от рода твоего, и от дому отца твоего, и иди в землю, юже ти покажу. И сотво­рю тя в язык велий, и благословлю тя, и возвеличу имя твое, и будеши благословен. И благословлю благословящия тя, и клянущая тя прокляну: и благословятся о тебе вся племена земная (Быт. 12, 1-3). Понимаешь, что Он повелел уйти не из земли и дома только, но и от родства и из дома отца, и идти в землю, которую покажет ему Призывающий?

П. Что же это значит?

К. Не ясно ли, что, когда Бог призывает к последованию, очевидно, духовному, и хочет вывести тех, которых желает почтить, из жизни в мире, то есть жизни, проводимой в удо­вольствиях и плотоугодии, то весьма бессмы-

36

 

 

сленно считать что-нибудь лучше этого? Итак, пусть ни во что вменяется отечество, и род, и дом отца, и стяжание земных вещей! И Сам Спаситель призывал нас к такому же мужеству, говоря: иже любит отца или матерь паче Мене, несть Мене досто­ин; иже любит сына, или дщерь паче Мене, несть Мене достоин. И иже не приимет креста своего, и вслед Мене грядет, несть Мене достоин (Матф. 10, 37-38). И присово­купил: и всяк, иже оставит братию, или сестры, или отца, или матерь, или жену, или чада, или села, или дом имене Моего ради, сторицею приимет и живот вечный наследит (19, 29). Разве ты не признаешь делом величайшей силы о Христе такое светлое и дивное мужество, которое ни во что вменяет все это, а следование за Христом высоко ценит?

П. Совершенно так; ибо те, которые званы были на брак и отказались прийти, лишились прекраснейшей надежды и радости о Христе; один из них сказал: жену поях, и не могу приити (Лк. 14, 20), — другой, говоря, что купил землю, предпочел приглашению временные блага (14, 18).

К. Дельно, Палладий! Ты радуешь нас, говоря справед­ливое и по своей понятливости быстро приходя заранее к уразумению того, что составляет цель нашего слова. Итак, смотри — тем, которые вполне и всячески по-

37

 

 

винуются Богу и надежду на него предпочитают плотским предметам и любви к мирским удовольствиям, без сомнения удастся в изобилии получить благословение свыше. Ибо что Бог говорит Авраа­му? И сотворю тя в язык велий и благословлю тя (Быт. 12, 2) и следующее за сим. Видишь ли, каким множеством ду­ховных благ Он осыпал его? Не достойно ли внимания и то, как Авраам удаляется из родной земли? И поят, сказа­но,— Аврам Сару жену свою, и Лота сына брата своего, и вся имения своя, елика стяжаша, и всякую душу, юже стяжаша в Харране; и изыдоша поити в землю Ханааню. И пройде Аврам землю в долготу ея даже до места Сихем, до дуба высокаго (Быт. 12, 5-6). Он выселился из Харрана, ничего из своего не оставивши в нем, но со всем родом сво­им и домом весьма охотно перешел в землю Ханаанскую, которую показал ему Бог. Потом он проходит землю эту в долготу ее и приходит в землю высокую. Так точно и тот, кто решился верно последовать Божественным повелениям и признать достойным особенного внимания вышнее при­звание, пусть изыдет из жизни в мирских удовольствиях весь всецело и как бы со всем родом своим, нисколько не оставляя своего помышления там, где был некогда; ибо та­ким образом он действительно удалится и пройдет землю; так как он приз-

38

 

 

ван Богом для того, дабы возмог, как пишет блаженный Павел, разумети со всеми святыми, что широ­та и долгота и глубина и высота тайны Христовы (Еф. 3, 18). Тогда он удобно взойдет на землю высокую, то есть к душевному расположению, водворенному на высоте добро­детелей и уже ни с какой стороны не ниспадающему в плотоугодие. А какое благо достанется тому, кто достигнет это­го, мы узнаем из того же Священного Писания: и явися, — сказано, — Господь Авраму и рече ему: семени твоему дам землю сию; и созда там Аврам жертвенник Господу явльшемуся ему (Быт. 12, 7). Когда он пребывал в земле отече­ства своего и еще не переселился в землю святую, ему дано было только провещание, что он должен переселиться в дру­гую землю, пренебрегши родною; а после того, как он при­шел в землю Ханаан со всем домом и хозяйством своим и достиг святой земли, дана была ему благодать боговидения, и несомненность надежды в непреложности обетования з), и позволение воздвигнуть жертвенник. Таким же образом и нам, пока мы пребываем в мире и в гнусных его удоволь­стви-

з) ’Εν βεβάιῳ τῆς ἔλευθερίας - так поставлено в изданиях творений св. Кирилла; но сообразнее с предметом речи предположить, что вместо ἔλευθερίας надобно читать ἐπαγγελίας, тем более что немного спустя, говоря о непоколебимости надежды, св. Кирилл употребляет слово ἐπαγγέλλεται — обещает.

39

 

 

ях, не будет от Бога никакой благодати; но когда мы бываем призваны и подчиняемся Божественным законам и, как бы в высокую землю, восходим к стремлению и готовно­сти ко всякому добру, Бог посылает нам познание своей сла­вы, обещает непоколебимость надежды и соделывает наш ум столь крепким, что мы бываем в силах приносить духовные жертвы (1 Пет. 2, 5), и соделаться Христовым благоуханием Богу и Отцу, по Писанию (2 Кор. 2, 15), также представить Ему и тело в жертву живую, благоугодную Богу, разумное и духовное служение (Рим. 12, 1), приятное Богу; ибо Он с любовию приемлет изъявления духовного служения и вме­няет их в жертву духовную.

П. Итак, надлежит переходить к лучшему, удаляясь от постыдного, — как можно охотнее принимать вышнее призва­ние и как можно больше любить пребывание в том, что одоб­рено законом и но определению Божию признано наилучшим. А желание идти назад и возвратиться к приносящему вред мы не сочтем безвинным.

К. Несомненно, друг мой: потому что весьма тяжко захо­теть снова подвергнуться тем болезням, от которых избавил­ся; так что для тех, которые однажды изъяты силою Божиею из мирской жизни, весьма опасно даже взирать на нее и вспо­минать о прегрешениях,

40

 

 

допуская в душу любовь к ним. По­этому и божественный Певец умолял, говоря: отврати очи мои еже не видети суеты (Пс. 118, 37). Ибо воистину суе­та — развлечение жизни сей и пустое наслаждение временны­ми вещами. Кто на самом деле решился идти прямым путем, тот должен отступать и уходить от них и даже избегать созер­цания их в мыслях, соединенного с удовольствием; это легко понять из следующего.

П. Из чего?

К. Жители Содома, неистово разжигаясь противоестествен­ным вожделением, пренебрегая законом совокупления, кото­рый установила природа для рождения детей, прельщаясь кра­сотою мужскою и совершая самые нелепые дела, подвигли на гнев и, так сказать, принудили Создателя, хотя и человеколю­бивого, подвергнуть их наказанию. Когда срок их наказания был при дверях, так как истощилось как бы долготерпение по отношению к ним, вступили в Содом исполнители. Об этом так написано: Приидоста же два Ангела в Содом в вечер; Лот же седяше пред враты содомскими, видев же Лот, воста в сретение им, и поклонися лицем на землю, и рече: се, господие, уклонитеся в дом раба вашего, и почийте, и омыйте ноги ваша, и обутреневавше отпыдите в путь свой. Реша же: ни, но на стогне почием. И принуди я, и уклонишася к нему, и внидоша в

41

 

 

дом его, и сотвори им учреждение, и оп­ресноки испече им и ядоша пред спанием (Быт. 19, 1-4). Лот, происходивший от крови Авраама, воспитанный в законах справедливости и в не малой мере проникнутый благогове­нием к Богу, жил в Содоме, но был там пришельцем и чуже­земцем и по роду и по нраву: ибо кое общение свету ко тьме? или кая часть верпу с неверными? (2 Кор. 6, 14-15), по Писанию. Возвышаясь над пороками туземцев и идя обыч­ным ему путем жизни, он упражнялся в святых делах. Весь­ма почитая закон гостеприимства, он, сидя у входа в город, дружелюбно принимает входящих в него, зная, что это дело боголюбезное. Когда же пришли исполнители приговора над людьми, необузданно предававшимися разврату (а это были два Ангела), он поспешно встречает их и своим приветствием дает очевидное доказательство присущей ему доброты; ибо поклонися лицея на землю, убеждает их войти в дом его и воспользоваться удобствами по законам дружелюбия. А они говорят: нет, мы отдохнем па улице. Этим они указывали на то, что они странники и бесприютные, и, думаю, возбуждали человека, расположенного оказать гостеприимство, к более сильному настоянию, почти что намекая вежливо, что непри­лично было бы ему оставить их без приюта и на этом самом распутии; и праведник, понявши это, на-

42

 

 

стаивал сильнее и не ухватился за их отказ и), как сделал бы человек с душой недея­тельной и вялой. Итак, он ввел их в дом свой, предложил им пресные хлебы и сделал угощение. Так поступил праведник; а Содомляне, страдая неприкрытым и гнусным вожделением, беззаконно окружили дом праведника и, перешедши пределы крайнего бесстыдства, требовали, чтобы им было предоставле­но совершить обычное для них дело; таким образом, когда следовало оказать гостеприимство, они хотели обидеть про­тивоестественным любодеянием. А когда Лот отклонял их от таких диких и гнусных замыслов, они хотели причинить ему насилие, и, может быть, ему пришлось бы подвергнуться этому, если бы не подоспели избавители. Простерше, — сказано, — мужие руки вовлекоша Лота к себе в храмину, и двери храми­ны заключиша; мужи же сущия пред дверми дому поразиша слепотою от мала даже до велика, и разслабишася ищуще дверей (Быт. 19, 10-11). Но этим одним не ограничилась ока­занная ему помощь; ибо написано еще: егдаже утро бысть, понуждаху ангели Лота, глаголюще: востав, поими жену твою и две дщери, яже имаши, и изыди, да не и ты погиб-

и) Οὐκ ἁρπαγμὸν τήν παραὶτησιν ἐπιοιειτο. Ближе было бы перенести: не похитил отказ. Мысль здесь та, что Лот не воспользовался отказом странников как предлогом к тому, чтобы освободиться от издержек и хлопот гостеприимства.

43

 

 

неши со беззаконии града. И смутишася, и взяша ангели за руку его, и за руку жену его, и двух дщерей его, понеже пощаде и Господь (Быт. 19, 15-16). Вот для тебя ясное указание на то, что мы поощряемся к удалению от греха не одними словами и уве­щаниями, обращенными к уму, но Спаситель всех Бог до того простирает Свое снисхождение к нам, что оказывает деятельную помощь, по слову Писания: удержал еси руку десную мою, и советом Твоим наставил мя еси (Пс. 72, 23­ и 24). Так как природа человека не очень крепка и не имеет достаточно сил для избежания зла, то ей как бы споборствует в этом Бог. Он является подающим ей двоякую благо­дать: убеждает наставлениями и изобретает средства помо­щи ей, делая ее недосягаемою для близкого к ней и владыче­ствующего зла. Сверх этого ты можешь усмотреть еще и ту истину, что весьма немного заботящихся о справедливости и что в жизни великая скудость добрых мужей: мужа верна, как написано, (велико) дело обрести (Притч. 20, 6); но та­кой человек — муж избранный и не в малой мере удостоен­ный вышнего попечения. Хотя он и находится в мире в смешении с другими, но не терпит от этого никакого вреда, восхищается как лилия из среды терний, и не погибнет пра­ведник с нечестивыми, согласно вещаниям святых (Быт. 18, 23-25).

44

 

 

П. Итак, несомненно, что под охранением Божиим и при содействии святых Ангелов мы и освободимся от пре­обладания порочности, и бесспорно достигнем того, что ни­когда и никак не подвергнемся наказаниям, которым под­вергаются злые, — мы, верующие Богу, ясно возвестившему чрез одного из пророков: яко Аз Господь Бог твой держай десницу твою, глаголяй тебе: не бойся Иаков, малый Изра­илю, аз помогох ти, глаголет Господь, избавляяй тя, Изра­иль (Ис. 41, 13-14).

К. Удаление Лота рукою Ангелов не показывает ли, что всемогущий Бог — помощник святым? Ибо Ангелы могли быть образом Бога; трое вначале подошли к Аврааму у дуба Мамврийского, но два только вошли в Содом: Отец бо не судит никому же, по словам Самого Спасителя, но суд весь даде Сынови (Иоан. 5, 22), с Которым, без сомнения, присутст­вует и в Котором по естеству пребывает и Дух Святой.

П. Ты понимаешь дело очень хорошо. Рассмотрим же и дальнейшее, если угодно.

К. Немедленно, и вот я буду говорить: и бысть егда изведоша его вон, реша: спасай твою душу, неозирайся вспять, ниже постой во всем пределе сем; в горе спасайся, да не когда купно ят будеши (Быт. 19, 17). В словах: спасай твою душу, по моему мнению, ясно высказывается следующее: себе чис­та соблюдай,

45

 

 

ниже приобщайся чужим грехом (1 Тим. 5, 22), и побеждай препятствия, встречаемые в мире; потому что ничто не может служить выкупом за душу: кая бо польза человеку, аще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит? (Матф. 16, 26.) А что приказано было идти, не оборачи­ваясь назад, это, может быть, значит, что не должно, возвра­щаясь к порочности, опять становиться единомысленным с теми, которые за невоздержание подпали наказанию огнем, ибо сказано: никтоже возлож руку свою на рало, и обратив­шись вспять, у правлен есть в царствии Божии (Лк. 9, 62). Но должно держаться пути ко спасению, не отвлекаясь туда и сюда, и сохранять в себе ум не легкомысленный и не рассеи­ваемый пустыми мечтами о мирских наслаждениях, но совер­шенный и неусыпный и всегда тщательно смотрящий прямо вперед. Скажу нечто еще большее; Ангел не только говорит, что Лоту надобно идти, не оборачиваясь назад, но сделал полезное присовокупление: не постой во всем пределе сем: в горе спасайся, да некогда купно ят будеши.

П. На что же указывают слова: не постой во всем пределе сем?

К. Я думаю, на то, что леность и не деятельность в удале­нии от зла опасна и вредна.

П. Скажи, каким образом.

К. Пророческое слово говорит: горе творящим дело Господне с небрежением (Иер. 48, 10).

46

 

 

Тецыте, да постигнете (1 Кор. 9, 24), говорит и божественный Павел. Кто не хочет поспешно и со тщанием убегать от постыдного, потому что ум его с трудом отвлекается от прежнего, как бы со скорбью удаляется от каждого порока и весьма медленно переходит к тому, что по природе полезно, тот не что иное делает, как останавливается вблизи зла, тогда как следует быстро убе­гать: ибо может случиться, что, постоянно откладывая и увер­тываясь, мы будем постигнуты правосудием прежде, нежели уйдем из пределов зла, прежде, нежели очистимся от грязи, прежде, нежели смоем с души скверну, глубоко проникшую в нее вследствие прежнего нерадения, прежде, нежели сбросим с себя бремя виновности и примем на себя спасительное иго, чтобы получить успокоение от Христа (Матф. 11, 28-29). Итак, это весьма хорошее увещание: не постой во всем пределе сем, то есть не окажись замедлившим ни в каком роде порочности, но восходи, как бы на гору, к отличной и славной жизни, не имеющей в себе ничего долу поверженного, но блистающей высоко и превознесенною добродетелью, чуждою низкого об­раза мыслей, то есть земного и плотского; ибо написано: яко Божии державный земли зело вознесошася (Пс. 46, 10). По­добающий святым образ мыслей находится весьма высоко над земными вещами, и птенцы суповы (коршуна)

47

 

 

высоко парят (Иов 5, 7), как написано; так как святые имеют на небе, как бы на горе, город, к которому принадлежат, и считают своим вышнее отечество, как пишет Павел: вышнего ищите, а не земного (Кол. 3, 2).

П. Итак мысленная гора есть жизнь, проводимая в свято­сти, и высота отличного жития, а жизнь, проводимая в нечи­стоте, грехолюбивая и погрязшая в земном, представляется низкою.

К. Ты хорошо сказал: так как на это именно ясно указы­вают и самые слова; но ты удивишься еще вот чему.

П. Чему?

К. Блаженный Ангел сказал, что дивный Лот должен, убегая безостановочно и не оглядываясь, восходить на гору; но этот умолял, говоря: молюся Господи, понеже обрете раб Твой милость пред Тобою, и возвеличил еси правду Твою, юже твориши, еже жити души моей, аз же не возмогу спастися в горе, да не постигнут мя злая, и умру; се град сей близ еже убежати ми тамо, иже есть мал, тамо спасуся: не мал ли есть? и жива будет душа моя. И рече ему, — сказано, — се удивихся лицу твоему, и о словеси сем, еже не погубити града, о нем же глаголал еси. Потщися убо спастися тамо: не возмогу бо сотворити дела, дондеже внидеши тамо: сего ради прозва имя граду тому Сигор. Солнце взыде над зем­лею, Лот же вниде в Сигор (Быт. 19, 18-23).

48

 

 

П. Какая же может быть для нас польза от этого, я же­лал бы, как сам ты знаешь, научиться.

К. Неужели ты, хотя и очень способен к быстрому пони­манию, не разумеешь, что те, которые только что удалились от порочности и признали нужным вступить на путь спасения, не вдруг и не с первого разу могут уловить добродетель и достигнуть того, что одобряют? Не легко перейдет кто-либо к превосходному образу жизни и не далеко будет от страстей, как бы вместе с ним выросших, но выйдет из них мало-пома­лу, стремясь к лучшему и полагая начала подвигов; он не будет слишком высоко или далеко, а только как бы пересе­лится в другую землю, то есть в жизнь хотя и похваляемую, но еще не высокую и не достигшую лучезарной славы, такую, какова была, например, жизнь под детоводительством закона, приводившим к начаткам жизни превосходной и доброй; ибо написано: начало пути блага, еже творити праведная (Притч. 16, 6). Как для тех, которые ищут знания и стремятся к таин­ственному созерцанию, вначале пригодно и весьма прилично бывает огласительное учение, а тем, которые возросли в мужа совершенна, в меру возраста исполнения Христова (Еф. 4, 13), соответственна уже более твердая пища, те есть учение о высших предметах, полный курс догматического исследова­-

49

 

 

ния, так и в этом случае, то есть в исправлении нравов и образа действий, никому невозможно вдруг возвыситься к безупречному состоянию, или к чрезвычайному и превыспренному образу жизни; но, думаю, каждый понемногу будет приближаться к совершенному состоянию, начиная с малого и умеренного и как бы прибегая сначала в малый город, сосед­ний с высокою горою, то есть образ жизни, который ниже и незначительнее в сравнении с превосходною и возвышенною жизнию. Поэтому образом людей, находящихся в таком по­ложении, может быть праведный Лот, желающий не тотчас взойти на гору, но остановиться в малом городе Сигоре. Да и в самой евангельской проповеди не встречаем ли мы часто таких же устроений относительно верующих? Ведь и блаженный Павел в Послании говорит: добро человеку жене не прикасатися. Но блудодеяния ради кийждо свою жену да имать, и каяжда жена своего мужа да имать... Сие же глаго­лю по совету, а не по повелению. Хощу бо, да еси человецы будут якоже и аз: но кийждо свое дарование имать от Бога, ов убо сице, ов же сице (1 Кор. 7, 1-2 и 6-7). Видишь ли, как он указал нам на высшую степень воздержания, как бы на гору, говоря: добро человеку жене не прикасатися, однако же позволил нам остановиться в Сигоре, то есть в образе жизни, который

50

 

 

ниже совершенного, разумею позволение совокуп­ляться с одной своей женою? И Спаситель сказал, что наи­лучшая земля даст плод иная во сто раз, иная в шестьдесят, иная в тридцать (Матф. 13, 23); и таланты раздал Он не в рав­ной мере, но иному дал пять, иному два, иному один (25, 15), показывая этим, думаю, неравносильность способностей и рас­пределяя каждому, смотря по его годности и разумению; по­тому что, как мы недавно сказали, кийждо свое дарование имать от Бога, ов убо сице, ов же сице.

П. Хорошо говоришь.

К. Итак, блаженный Ангел позволяет остановиться в Си­горе: се удивихся, — говорит, — лицу твоему, и о словеси сем, еже не погубити града, о немже глаголал еси. Потщися убо спастися тамо. Потом сказано, что солнце взыде над землю, Лот же вниде в Сигор. И ты удивишься, друг мой, узнав, какой смысл сказанного. Удивихся, — говорит, — лицу твое­му, еже не погубити града, о нем же глаголал еси. Ибо по истине не угоден Богу образ жизни, несовершенный в добро­детели, и подчинение страстям в чем бы то ни было в очах Его достойно отвержения и не далеко от осуждения. Впрочем, по человеколюбию Он попускает это и, соразмерив дости­жимое для человека вначале с природою его, повелевает спа­саться и тем, которые только имеют попече-

51

 

 

ние о добре, но еще не ведут жизнь совершенно безвинную. Но и для них, доходящих до этой меры и достигающих этого состояния, до­стижение было бы невозможно без Божественного света и вышнего озарения: ибо взыде солнце, сказано, — Лот же вниде в Сигор.

П. Как справедливо ты сказал!

К. Итак, дивный Лот вошел в малый город с позволения Божия; а следовавшая за ним и бежавшая с ним жена и для этого оказалась слабою: и озреся, — сказано, — вспять, и бысть столп слан (Быт. 19, 26). Примечай, что мужествен­ный ум и добрый смысл, начавши упражняться в добродете­ли, если и не вполне достигает угодного Богу, но по крайней мере понемногу производит улучшение в страстных состоя­ниях; а слабый и не мужественный ум, который означает жена, вследствие возврата к порочности становится негод­ным к употреблению. Ибо, я думаю, на это указывает то, что жена сделалась соляным столпом. Он может быть знаком иссохшего смысла и ума, расположенного переходить в глу­пость и дошедшего до крайнего как бы бесчувствия. А что соль, потерявшая свою остроту, не будет иметь никакой силы, сказал и Сам Спаситель; она сделается совершенно негод­ною к употреблению, будет выброшена вон и растаптываема человеческими ногами (Матф. 5, 13). И так жена Лота окаме­нела, а он немного спустя

52

 

 

восполнил недостающее; ибо на­писано, что изыде Лот от Сигора, и седе в горе сам, и две дщери его с ним: ибо убоялись жити в Сигоре; и обитали в пещере сам он и две дщери его с ним (Быт. 19, 30). Ум идет вперед к совершенству как бы по ступеням и понемногу вос­ходит к тому, к чему вначале он был не расположен и не очень способен; он идет вперед и вверх к лучшему, поддер­живаемый благоразумием и мужеством духовным, как бы до­черьми своими, и оставив внизу сладострастие и малодушие, образом которых была жена. Он обитает уже как бы на горе и в пещере, так как гора весьма хорошо указывает на высоту и превознесенность духовного благосостояния, а пещера на внедренность и прочность постоянства в добродетели. Ибо так написано о добрых мужах: ходяй в правде, глаголяй правый путь, ненавидяй беззакония и неправды, и руце оттрясаяй от даров; отягчаваяй уши, да не услышат суда крове; смежаяй очи, да не узрит неправды, сей вселится в высоце пе­щере камене крепкаго (Ис. 33, 15-16). Было бы не странным и иное объяснение этого. Именно, камень есть Христос, по причине крепости и неуязвимости высочайшей из всех сущ­ности; а под пещерой можно разуметь сущую во Христе цер­ковь — убежище святых и покров благочести—

53

 

 

вых, под кото­рым живут праведные и все избегающие наказания огнем.

П. Как хорошо это объяснение, друг мой! Но я желал бы, чтобы мы занялись и другими доказательствами, потому что любовь к совершенному познанию того, что полезно, я ценю выше всего.

К. И в самом деле, Палладий, ты говоришь справедливо. Познание, о котором ты упомянул, может быть плодом толь­ко мысли весьма любознательной; и что касается нас, наша речь не замедлит, потому что и мне не хочется налагать на себя наступающее не вовремя молчание, при таких блиста­тельных и приятных объяснениях. Что нужно всецело и вся­чески, по возможности, очищаться от расположения к дурно­му и общения с ним и что возвратиться к добродетели не иначе возможно, как этим самым способом, — мы без труда увидим, пристально устремив взор разума на случившееся с божественным Авраамом и на превышающие ум события, со­провождающие исход сынов Израилевых, который они со­вершили некогда, разорвавши узы владычества египтян.

П. Итак, поговори об этом по порядку. Будь уверен, что ты доставишь нам большое удовольствие, если захочешь сде­лать это.

К. Мы говорили, как некогда божественный Авраам, уг­нетаемый несносным голодом и

54

 

 

недостатком необходимого, не добровольно пришел в Египет, но уступил необходимости. Ему, бывшему странником и пришельцем, фараон причинил огорчения и оскорбил его своими притязаниями: он хотел сделать насилие его супруге, разжигаемый необузданным вож­делением к совершению постыдного дела. Но Бог не попустил ему исполнить это: и мучи, — сказано,— казньми великими фараона Сары ради жены Аврамли (Быт. 12, 17). Фараон есть образ и отпечаток невоздержания диавола: потому что цель и главную заботу диавола составляет то, чтобы в души святых бросить семена присущей ему нечистоты, так чтобы они приносили плоды приятные и угодные ему; я разумею виновность в многообразных грехах. И всякий был бы улов­лен и невольно подчинился бы его преобладанию, по причине бессилия, которым страдает природа наша; но Бог не попус­кает, отражая покушения и злоумышления лукавого против святых. Божественному Аврааму не удалось бы избежать вреда, если бы он не возвратился, оставив Египет, в прежнюю, богоданную страну, достигши которой, он на свободе стал заниматься добрыми подвигами. Ибо написано так: изыде же Аврам от Египта сам, и жена его, и вся, елика его, и Лот с ним в пустыню. Аврам же бяше богат зело скоты, и сребром и златом. И иде, отнюду же прииде, в пустыню

55

 

 

до Вефиля, до места, идеже 6е ему куща первее между Вефилем и меж­ду Агге на место жертвенника, идеже сотвори его перве: и призва тамо Аврам имя Господне (Быт. 13, 1 — 4). Понима­ешь, что тем, которые возвращаются от мирского невоздер­жания к святой жизни, необходимо взять с собою как бы все свое? Ибо и праотец Авраам удалился из земли Египетской со всем домом своим и родом, прибавлю и всем хозяй­ством. Должно всячески удаляться и некоторым образом со всем домом переселяться в пустыню, то есть в невозмутимое и чистое расположение духа, из которого вначале выступи­ла природа человека, склонившись к худшему по причине оскудения в ней вышних благ. На это загадочно указывает переход к иноплеменникам как бы от первоначальной и весь­ма дорогой земли и шатра, где был и жертвенник. Возвраща­ясь таким образом до тех пор, пока мы прибудем в место и страну прежде бывшего жертвенника, то есть исперва вне­дренной в нас святости, мы призываем Бога всяческих, про­износя оное пророческое обращение: Господи, разве Тебе иного не вемы: имя Твое именуем (Ис. 26, 13).

П. Ты сказал весьма прилично.

К. Что это так, ты можешь увидеть также, внимательно рассматривая случившееся некогда с сынами Израилевыми. Когда они вначале,

56

 

 

понуждаемые голодом, попали во власть египтян, египтяне, подчинивши их — людей, происходивших от корени святых и издревле свободных, — непредвиденному и непривычному для них игу рабства, грубо угнетали их, придумавши для своей жестокости против них следующий повод: воста же, — сказано, царь ин во Египте, иже не знаяше Иосифа. Рече же языку своему: се род сынов Изра­илевых великое множество, и укрепляется паче нас; при­идите, прехитрим их, да некогда умножатся, и егда аще приключится брань, приложатся и сии к супостатом, и одо­леете нам, изыдут из земли нашея (Исх. 1, 8-10). А беспо­коило, я думаю, правителя земли Египетской то, что люди, подвергшиеся игу невольно, а не с согласия их, решатся ког­да-нибудь хотя только помыслить о свободе: и пристави над ними, — сказано, — приставники дел, да озлобят их в делех: и создаша грады тверды фараону, Пифо, и Рамесси, и Он, иже есть Илиополъ (1, 11). Плодами его невыносимо­го властолюбия были непрерывные страдания в работе над глиною и кирпичами, — города, укрепленные стенами, устро­ение насыпей в полях i); и все это тру-

i) Египтяне, чтобы воспользоваться разливом реки Нила для орошения своих полей, устрояли каналы, плотины и шлюзы (Uhlemann. Handbuch des aegyptischen Alterthumskunde. 2 Th. 1857 S. 132). Вероятно, эти плотины имеет в виду св. Кирилл, когда говорит об устроении насыпей в полях.

57

 

 

дящиеся совершали бесплатно и со многим потом. Так и миродержители века сего (Ефес. 6, 12), захвативши несчастные человеческие души, изнуряют их работою над глиною и кирпичами, вообще де­лами, совершаемыми в земле и с землею, и подвергши их тяжелому и бесприбыльному упражнению (ибо такими яв­ляются дела плоти и относящиеся к плоти), они принуж­дают их начать горькую и весьма бедственную жизнь, кото­рая никаким образом не принесет пользы принужденным вести ее. Ибо какую пользу доставят несчастной душе на­шей плотские дела и страсти? Прибыль от нас, так сказать, достанется диаволу и демонам и принесет богатство и славу царству противников, подобно как и фараон, конечно, в не­малую похвалу для себя вменял то, что сыны Израилевы воздвигли ему города, будучи принуждены заниматься этим без прокормления и платы.

П. Так точно; сказанное тобою очень ясно.

К. Итак, работа израильтян представляет начертание и как бы ясный образ суетных и мирских занятий наших на земле, при которых присутствует и бросается на нас сам сатана и с ним злые силы, которые Священное Писа­ние обозначает именем приставников. Я разумею при этом лукавое попечение (Еккл. 1, 13), полное пота и труда, на­полненное как бы грязью, нечистотою и гнусным удоволь­стви-

58

 

 

ем. Но и тогда Бог умилостивился к тем, которые весь­ма беззаконно и жестоко угнетаемы были владычеством египтян и находились в рабстве без всякого законного ос­нования. Он тотчас избрал в служители Своего сострада­ния к ним превосходного мужа — Моисея. Что же? Разве мы не видим, что это делает Бог и с нами? Ибо, когда мы впадаем в грехи, Он оказывает нам милость и тотчас по­сылает в сердца всех закон Свой, как бы посредника, воз­водящего к свободной жизни.

П. Понимаю, что ты говоришь.

К. Хочешь ли, мы, сокративши объем повествования, ска­жем по возможности надлежащее?

П. И очень.

К. Так вот что написано: и по сих вниде Моисей и Аарон к фараону, и реша ему: сия глаголет Господь Бог Израи­лев: отпусти люди моя, да праздник сотворят мне в пус­тыни. Рече же фараон: кто есть, егоже послушаю гласа, яко отпустити имам сыны Израилевы? не вем Господа и Израиля не отпущу (Исх. 5, 1-2). Моисей и Аарон утвер­ждали, что должно отпустить Израиля из страны и земли Египетской, потому что Бог призывает на праздник: ибо истинный праздник — освободиться от ига невольного раб­ства, подчиниться Богу и исполнять приятное пред Ним без

59

 

 

всякого вожатая, то есть, когда никто не принуждает избирать и любить угодное Ему. Но фараон говорит весьма необузданно и восстает против славы Божией, утверждая, что он не знает Господа, кто Он такой, и не отпустит Изра­иля. А божественный Моисей не отступается н твердо на­стаивает, что угодное Богу должно совершиться. Так и тог­да, когда сатана не пускает идти на свободу тех, которые подпали его власти, им надобно мужаться и препобеждать, думаю, всякое препятствие, но никак не следует являться робкими, а надобно стоять на своем, говоря: Бог Еврейский призва нас: пойдем убо путем трех дней в пустыню, да пожрем Богу нашему, да не когда случится нам смерть или убийство (Исх. 5, 3); так как это самое возопил тогда и премудрый Моисей. У нас, евреев, говорит, не теленок, как у вас египтян, предмет обожания, также не свинья, не козел, не кумир, изображающий человека, не очертания птиц, не изображения пресмыкающихся предметы, помещаемые в ваших храмах к); но нас призвал Бог и Владыка, который устроил вселенную. И так велик и

к) Ни у одного из народов древности не было так распространено обожание животных, как у египтян. Не только изображения чтимых Ими животных были помещаемы в храмах, но в храмах или подле них были устрояемы помещения, в которых содержались сами эти животные (Uhlemann. Ibid. S. 202, 188-189).

60

 

 

несравним с богами египтян и выше всякой твари Бог Еврейский, который зо­вет нас в пустыню принести там благоугодную Ему жерт­ву. Слово Египет значит омрачение л), и я думаю, что нам надобно понимать духовно то, что выражено в тени и обра­зах; именно, мы должны тщательно избегать всякого дела, которому свойственно омрачать, и как бы вышедши из стра­ны, подвластной тирану (говорю о сатане), то есть из склон­ности ко грехам, мужественно спешить переселяться к сво­бодной и чистой жизни и идти путем законного образа дей­ствий, неподчиненным демонам; ибо тогда мы будем в состоянии приносить в жертву Богу плоды правды. Мои­сей требовал, чтобы сыны Израилевы совершили путь трех дней в пустыню, показывая этим, что не близко надобно быть от пределов порочности и жизни под управлением тирана. Божественный Моисей придумывает в оправдание нечто и замысловатое и весьма благовидно показывает, что надобно удалиться из Егип-

л) Существует мнение, что слово Αἴγυπτος (Египет) есть видоизменение санскритского слова: A-kuptas, которое значит: закрытое пространство. Отсюда может происходить значение: темное место (Nork. Etymol: symbol. mythologisches Real — Worterbuch. Aegyptus); это значение близко к тому, которое указывает св. Кирилл. Но Улеман находит более вероятным, что слово Αἴγυπτος составилось из греческого αα — земля, и древнеегипетского названия Египта: Kah-Ptah, т.е. страна, Фтаха (отсюда Копты). Фтах, соответствующий греческому Гефесту, считался у Египтян одним из главных богов (Aeg. Altreth. 2 Th. S. 11—12, 157).

61

 

 

та званным от Бога: да не когда, говорит он, случится нам смерть или убийство м).

П. Что же это значит? Это не удобовразумительно для желающих понять.

К. Я объясню тебе. У египтян существовал обычай, ко­торый сохранился и доныне у поклоняющихся идолам, что входящие в храмы должны избегать встречи с мертвым те­лом; потому что они считают величайшем осквернением не только то, если кто захочет прикоснуться к нему, но и то, если случится только взглянуть на него. Итак, основываясь на обычаях их, Моисей убеждает их подумать о том, что сыны Израилевы не могли бы принести чистую жертву, если бы, когда они начали это дело, непредвиденно встретился мерт­вец или убийство, то есть или умерший естественною смертию, или лишившийся жизни от руки убийцы. У вас, сказал он, есть храмы и священные места, запоры и ворота, и вошед­шим в них возможно приносить жертвы беспорочно, но ва­шему собственному мнению; а мы, принося жертвы среди города, на распу-

м) Μὴπωςγὰρ(у LXX и выше у св. Кирилла μὴ ποτε) συναντήση ἡμῖν θανάτος ἤ φόνος. Буквально надлежало бы перевести: чтобы не встретились нам как-нибудь смерть или убийство. К этому изложению слов Моисея и приспособлено следующее далее у св. Кирилла объяснение их. Но в еврейском подлиннике слова Моисея имеют такой смысл чтобы не поразил нас (Иегова) язвою или мечом; к этому изложению не удобно применить объяснение, предлагаемое св. Кириллом.

62

 

 

тиях и полях, неизбежно оскверняемся ви­дом умерших: ибо совсем нет ничего, задерживающего зре­ние. Изложенное повествование представляется вероятным, как сообразное с обычаями египтян; но сказанное премуд­рым Моисеем будет правильно и в том случае, если будет понимаемо духовно. Нам надобно приносить жертвы как бы в пустыне, совершать священный праздник, удаляясь из зем­ли Египетской, и избегать зрения смерти. Ибо, только имея ум спокойный и далеко отшедший от мирского омрачения и отвративши взор от всего, что приводит к мертвенности и разрушению, мы будем приносить чистую жертву владыче­ствующему над всем Богу. Мертвые же дела — суть дела плотские; а мирское омрачение есть потемнение, происходя­щее от дурных и суетных развлечений, загрязняющее чистый и прозрачный эфир разума. Что от них надлежит уда­ляться желающим беспорочно служить Богу, в этом убежда­ет нас и слово истории.   

П. Сказанное не непонятно; объясни же мне и то, что следует далее.

К. Итак, у израильтян возникло, я думаю, неудержимое и сильное желание древней свободы. Получивши наклон­ность к этому, они возбудили страшный гнев в том, кто дер­жал их под игом рабства; считая такие желания действием праздности, он приказывает увеличить для них тяжесть ра­бот, требуя без отсрочки

63

 

 

выполнения урочной работы и в то же время прекративши обычную раздачу соломы; ибо ска­зал: праздны, праздни есте: сего ради глаголете: да идем и пожрем Богу нашему. Ныне убо шедше делайте: плев бо (соломы) не дам, урок же делания плинфеннаго (кирпично­го) да отдаете. Видяху книгочии (надзиратели) сынов Из­раилевых себе во злых, глаголюще: не оставите плинфоделания урочнаго дню, Сретоша же Моисея и Аарона, идущих во сретение им, исходящим им от фараона: и реша им: да видит Бог и судит вам, яко огнусисте дух наш пред фарао­ном, и пред рабы его, дати меч в руки его, убити нас (Исх. 5, 17-21). Не признаешь ли ты несомненным, любезный, что когда вознамерится кто-либо освободиться от ига власти диавола и взамен того восхитить светлую и свободную славу служения Богу, дать себе досуг и познать истинного Вла­дыку, как поется в Псалмах: упразднитеся и разумейте, яко Аз есмь Господь Бог (Пс. 45, 11), то такого рода досуг и стремление враг всех поставит нам в вину как какое-то без­законное дело и будет противодействовать ему вместе с дру­гими злыми и нечистыми духами, жестоко принуждая нас непрестанно прилепляться, сообразно с привычками каждо­го, к плотской и земной нечистоте и мирским предметам и вовсе не позволяя воздерживаться от привычных пороков?Но и исполнение своих требований он сделает

64

 

 

трудно дости­жимым для того, чтобы зло, вследствие излишней легкости достижения, не успокоилось и не дошло до пресыщения. Ибо на это, думаю, указывает настойчивое требование поло­женного числа кирпичей и лишение того, что облегчает при­готовление их, то есть соломы н). По природе своей мы склон­ны особенно усердно и сильно стремиться к привычному для нас и воспламеняться более горячим желанием его тог­да, когда на пути к нему явится что-нибудь, делающее невоз­можным достижение его. Когда же Божественный закон отучивает человеческий ум от постыдных дел, тогда вторга­ется особенно сильное желание, увлекающее нас к ним и только что не убеждающее обвинять законодателя. Изобра­жение этого как бы на тени представляют нам надзиратели сынов Израилевых, угнетаемые работами и не видящие удоб­ного пути к исполнению их, так как имели недостаток в соломе; они сильно обвиняли Моисея и Аарона, говоря, что они подали повод к случившейся с ними беде и что им приходится терпеть более

н) У египтян при выделывании кирпичей к глине примешивалась мелко изрубленная солома, чтобы сообщить им прочность, так как кирпичи не обжигались, а высушивались на солнце. До сих пор в Египте находят кирпичи, приготовленные таким способом, с клеймом различных фараонов, начиная с древнейших времен. И в настоящее время, например в Каире, нередко употребляются для построек такого рода кирпичи (Uhlemann. Ibid. S. 153).

65

 

 

тяжелое угнетение не по какой иной причине, как потому, что в них возникло желание сво­боды вследствие убеждения, произведенного словами Мои­сея и Аарона.

П. Разве ты не признаешь, что они (надзиратели) говорят справедливо и истинно?

К. Признаю вполне, Палладий; потому что, как скоро хорошее желание и благое размышление возбудило нас к ре­шимости делать угодное Богу, и мы помним о законе, веду­щем к благочестию, тогда враг всех еще злее понуждает нас к тому, что по природе вредно. Но Бог исторгает нас и спасает. И в самом деле Он сказал Моисею: иди, рцы сыном Израи­левым, глаголя: Аз Господь и изведу вас от насилия египетска, и избавлю вас от работы их, и отъиму вас мышцею высокою, и судом великим: и прииму вы Себе в люди и буду вам Бог: и уразумеете, яко Аз Господь Бог ваш, изведый вас от земли Египетския и от насилия египетска (Исх. 6, 6-7). Когда сатана отвращает и отгоняет нас от всякого доб­рого желания и всеми возможными для него способами от­талкивает нас от наклонности к добру, закон Божий обраща­ет нас к доброму хотению, показывая неуязвимость того, кто радит о нем, поощряя нас к дерзновению посредством самой светлой надежды,

66

 

 

укрепляя верою и вручая Богу, как истин­ному спасителю и освободителю.

П. Как прекрасна и спасительна вера и горячее желание следовать Богу!

К. Ты сказал правильно. А что вера идет к добру, как к своему пределу, ты ясно увидишь, когда речь наша достигнет своей цели. Когда Моисей с Аароном пришли к фараону для того, чтобы опять вести с ним переговоры и убеждать его отпустить Израиля из земли Египетской и разрешить от дав­нишних уз, то они хотели расположить его к этому необычай­ными знамениями: показали превращение жезла в змия и воз­вестили, что они при помощи Божией могут весьма легко совершить еще большие и превосходнейшие чудеса. Но он приказал сделать подобное же своим волхвам, высказывая чрез это почти следующее: и мы пе несведущи в таких делах; но у египтян гораздо больше таких людей, чем у вас; и тво­рить чудеса есть искусство волхвов, к числу которых при­надлежите и вы. Когда же он очень ожесточился и не от­пускал Израиля, то его постигают четыре ужасные казни и одна другой хуже; ибо совершилось странное превращение воды в кровь; затем жабы, скнипы (мошки) и, наконец, пе­сьи мухи сделали фараона гораздо мягче вследствие невы­носимого страдания. И так, призвавши к

67

 

 

себе Моисея, гово­рит: шедше пожрите жертву Господу Богу вашему в зем­ли сей. И рече Моисей: не может се тако быти: поелику отвратительно для египтян жертвоприношение наше Гос­поду Богу нашему; если мы отвратительную для египтян жертву станем приносить в глазах их о), калением побиют ны. Путем триех дней пойдем в пустыню, и пожрем Гос­поду Богу нашему, якоже рече нам. И рече фараон: аз отпущаю вы, и пожрите Господу Богу вашему в пустыни: но недалече простирайтеся ити (Исх. 8, 25-28). Так и тог­да, когда сатана противоборствует нам и сильно ухищряется воспротивиться нашему усердию к добру, — Бог противопо­ставляет ему свою ненависть к злу, обуздывает и укрощает храбрящегося посредством казней. Тогда только он отпуска­ет неохотно; однако пытается убедить нас, чтобы мы совер­шили не вполне рачительно служение Богу и не оконча­тельно вышли из-под его власти; как и фараон повелел иуде­ям совершить жертвоприношение не вне земли его, но в ней. А Моисей премудро отвечает: не может се тако быти. Так и изобретатель греха всегда бывает советником

о) Эти слова мы привели по русскому переводу Библии, изданному Св. Синодом: потому что в настоящем случае он более, чем славянский, согласен не только с еврейским подлинником, но и с переводом LXX, которому следует св. Кирилл

68

 

 

дурных дел; но Божественный закон отвергает их и запрещает делать то, что нравится ему (сатане). Поэтому тем, которые желают вести жизнь правильную, надобно внимать не тому, что го­ворит лукавый, обманывая их, но тому, что гласит нам Боже­ственное провещание: ибо светильник, — сказано, — ногама моима закон твой, и свет стезям моим (Пс. 118, 105).

П. Правда.

К. Итак, когда лукавый удерживает нас и хочет заклю­чить и подчинить нас себе, надобно служить Богу, единому по естеству, и, удаляясь как можно больше от нерешительности, говорить: не может се тако 6ыти\ ибо никто же может двема господинома работати: любо единаго возлюбит, а дру­гого возненавидит: или единаго держится, о друзем же нерадити начнет (Матф. 6, 24). Написано также: горе сердцам строшливым и рукам ослабленным, и грешнику ходящу на две стези (Сир. 2, 12). Я утверждаю, что надобно совершать чистое и беспорочное служение владычествующему над всем Богу, вполне отказавшись от служения под властию диавола, и таким образом мужественно приступать к исканию лучшего; в противном случае, говорит (Моисей), мы принесем отврати­тельную для египтян жертву Господу Богу нашему; если мы отвратительную для египтян жертву станем приносить в гла­зах их, камением по-

69

 

 

биют ны (Исх. 8, 26). Что касается истори­ческого содержания, то отказ этот был благовиден; потому что Моисей здесь называет отвратительными предметы обого­творения п); так как у египтян предметом обоготворения были тельцы. Если их, говорит, мы принесем в жертву Богу евреев, то непременно возбудим гнев в египтянах, которые считают это делом нестерпимым; объяснение это убедительно; а в от­ношении к духовному созерцанию оно приносит немалую пользу. Ибо умерщвляя то, что скопище демонов весьма вы­соко ценит, считает значительным и удостаивает всякого ува­жения, мы совершаем служение, весьма приятное Богу.

П. Каким же образом?

К. Разве не в почете у них плотские страсти? И, конечно, не сами по себе, но потому именно, что чрез них мы погибаем и попадаем в узы рабства демонам.    

П. Правда.

К. Умерщвляя и как бы закалая их, мы будем вонею бла­гоухания Богу. И Павел пишет: представите "телеса ваша жертву живу, благоугодну Богови, словесное служение ваше (Рим. 12, 1). А это правильно совершит тот, кто

п) Здесь, по-видимому, св. Кирилл понимает выражение Моисея (по переводу LXX) βδελύγματα των Αιγυπτίων не в смысле того, что у евреев отвратительно для египтян, а в смысле того, что у египтян отвратительно для евреев.

70

 

 

умерщвляет уды, яже на земли, блуд, нечистоту, страсть, похоть злую и лихоимание (Кол. 3, 5). Итак каждая из страстей, суще­ствующих в нас, есть мерзость р) мысленных египтян, то есть Преимущественный предмет их благоговения. А что Боже­ственное Писание обыкновенно мерзостью называет то, что принадлежит к числу идолов и есть предмет боготворения, в этом убеждает Бог, говоря устами Иеремии об иудейской синагоге: почто возлюбленная в дому моем сотвори мерзос­ти? (Иер. 11, 15) Если же кто захочет под мерзостию егип­тян разуметь предмет ненависти и отвращения, то не уда­лится от правильного понимания. Ибо что нечистые духи по своему обыкновению всегда ненавидят и от чего отвра­щаются, то приносится от нас Богу в воню благоухания, как жертва духовная, вера, кротость, воздержание, целомудрие, взаимная любовь и слава искреннего отношения к Богу.

П. Кто же такие приносящие жертву в земле лукавого? И кого можно разуметь под приносящими вне той земли?

К. Те, которые еще не вышли из земли Египетской и в ней приносят жертвы Богу, весь-

р)  Здесь у св. Кирилла поставлено тоже слово, как и выше: Исх. 8, 26, то есть: βδέλυγματα, и переводится нами иначе применительно к Славянскому переводу следующего далее текста Иер 11, 15.

71

 

 

ма многочисленны и, может быть, бесчисленны; тогда как тех, которые находятся вне стра­ны и в пустыне, очень немного и они суть избранные: мнози бо суть звани, — сказано, — мало же избранных (Матф. 20, 16). Ибо все мы призваны к свободе чрез веру во Христе и искуплены от власти диавола; и это сделал с нами Христос, прекрасным прообразом Которого для древних были Мои­сей и Аарон, дабы ты представлял себе Еммануила, Который, по премудрому устроению, в одном и том же лице есть и Законодатель, и Первосвященник, и Апостол. Но весьма многие из званных охотно пребывают еще в прежнем зле, еще не вышли всею своею мыслию из мирской прелести и служат Богу одною праздною верою. Об них мы говорим, что они приносят жертвы в Египте или не много удалив­шись от него: ибо недалече простирайтеся ити, говорит же­стокосердый фараон, если и выйдете из земли Египетской. А те, которые хотят благоугождать Богу всецелою переме­ною к добру и вполне освобождаются от мирской суеты, те несутся за пределы земли египетской, избегают власти тира­на и, как бы в пустыне, в спокойной и свободной жизни чис­тые чисто приносят жертву Богу. Я сказал бы, что и иным способом должно уходить как можно далее от земли Еги­петской тем, которые пе-

72

 

 

реходят к истине от служения твари вместо сотворившего и призваны к познанию Бога по есте­ству. Еще не совершенно вышли те, которые не истребили в душе своей остатков прежнего заблуждения; ибо некоторые наблюдают дни и месяцы и времена и годы (Гал. 4, 10) с). Они, будучи призваны Христом к достоинству свободы, приносят жертву Богу, еще обитая в Египте, то есть продолжая жизнь, не неприятную сатане. Если же кто вполне выселился, рас­простившись с прежними обычаями, то он в пустыне прино­сит жертву и ведет жизнь, достойную всякой похвалы.

П. Соглашаюсь, потому что ты понимаешь правильно; но пусть наша речь пойдет опять своим течением.

К. Итак, фараон обманывает, отказывается от своего обе­щания и не отпускает сынов Израилевых; потом, поражен­ный треми другими казнями, он с трудом соглашается, говоря, что отпустит; но опять оказался солгавшим. Ибо диавол лжец ив истине не устоял, по слову Спасителя (Иоан. 8, 44). Бог посылает на египтян сильнейший град и угрожает навести саранчу, истребителышцу полей т), если

с) Апостол Павел говорит это о тех, которые после обращения к вере во Христа считают нужным соблюдать постановления ветхозаветного обрядового закона.

т) Ἀγρολέτεισα — эпитет Артемиды.

73

 

 

можно употребить вы­ражение греков. Тогда уже, тогда наконец грозные некогда и неуязвимые слуги бесстыдства фараонова поднимают против него великий вопль, говоря: доколь нам сия будет мука? от­пусти люди, да послужат Господу Богу своему: или видети хощеши, яко погибнет Египет (Исх. 10, 7). Мне по этому поводу приходит на мысль, что, может быть, сатана превосхо­дит подчиненные ему силы в том, в чем и прилично ему пре­вышать их. Ибо, как будто, они, хотя весьма жестоки, очень неумолимы, и поздно и с трудом приходят, но все-таки прихо­дят хотя к умеренному ощущению гнева Божия; а он превос­ходит их своею необычайною жестокостию и зачерствел до крайности; ибо написано: сердце его ожесте аки камень, стоит же аки наковальня неподвижна (Иов 41, 15). Итак, когда под­нялся против фараона великий вопль, тогда только он сказал Моисею и Аарону: идите и послужите Господу Богу ваше­му: кто же и кто суть идущии? И рече Моисей: с юношами нашими и с старцы пойдем, с сынми и дщерми, и со овцами и волами нашими: будет бо праздник Господа Бога нашего. И рече им фараон: да будет Господь с вами: якоже отпущаю вас, еда и стяжание ваше? видите, яко лукавство обрета­ется в вас. Не тако: по да идут мужие и да послужат Богу: сего бо сами просите (Исх. 10, 8-11).

74

 

 

Пойми же, любезный, что Моисей требовал полного выселения, а он говорит: не так; он сказал, что отпустит отчасти, остающееся же должно быть некоторым ручательством за возвращение уходящих, так как и хозяйство их должно было оставаться в Египте. Пусть, говорит, отправляется всякий ваш юноша и весь род возраст­ных. А божественный Моисей сильно настаивает, что следует уйти всем, не оставляя ничего, — с возмужалыми и достиг­шими преклонного возраста, с сыновьями и дочерьми, со ста­дами быков и другим скотом. Так и тем, которые стараются достигнуть истинной свободы, следует тщательно удаляться от мирских зол и идти путем добродетели, ие оставляя ни малейшей доли своей души и мысли, чрез которую они могли бы опять подпасть под власть лукавого. К этому призывает Божественный закон юношей и дев, старцев с молодыми по слову Псалмопевца (11с. 148, 12), и всякий вид возраста, мыс­лимого во Христе. К ним обращается и божественный Иоанн, говоря: я писал вам, дети, яко познаете Отца; писах вам, отцы, яко познаете Исконного; писах вам, юноши, яко крепцы есте, и слово Божие в вас пребывает и победисте лукаваго (1 Ин. 2, 14). Можно объяснить и иначе: юноши могут быть образом мужества, старцы —благоразумия, а сыновья и

75

 

 

дочери — детства, мыслимого во Христе; ибо с мужеством, благоразумием и простотою по Боге мы переходим от греха к святости; мужайтеся, — сказано, и да крепится сердце ваше (Пс. 30, 25), и еще: будите мудри, яко змия, и цели (просты) яко голубые (Матф. 10, 16). А говоря, что вместе с людьми дол­жны быть выведены овцы и волы, указывает, думаю, на то, что не следует оставлять сатане даже телесных и неразумных про­исходящих в нас движений. Поэтому и божественный Павел пишет: якоже представите уды ваша рабы нечистоте и беззаконию в беззаконие: тако ныне представите уды ваша рабы правде во святыню (Рим. 6, 19).

П. Почему же фараон отпускает юношей и совершенно­летних и удерживает других?

К. Скажи, кто остается в Египте?

П. Думаю, это были, конечно, женщины, малолетние дети, слабые старики и бессловесные животные.

К. Как же ты, превосходный муж, тотчас не сообразил вот чего?

 П. Чего?

К. Он тяготится теми, которые сильны и молоды и имеют укрепившееся расположение к благочестию; поэтому, думаю, желает, хотя и не вполне добровольно, отделаться от сопро­тивляющихся ему, которые способны противодействовать и постоять за себя, когда их обижа-

76

 

 

ют, по слову Писания: противитеся диаволу и бежит от вас (Иак. 4, 7); а тех, которые неспособны вести себя мужественно, он сильно желает удер­жать, и как людей недеятельных и невоинственных, любит тех, которые страдают женственным и мягким расположени­ем духа, тех, которые как бы состарились и немощны, тех, кото­рые находятся как бы в детском возрасте, также грубых и не­разумных, образом которых служат волы и овцы.

П. Ты хорошо сказал.

К. Упрямый и непреклонный фараон опять обманывает. Потом, когда вся страна его опустошаема была полчищами саранчи, приглашает к себе Моисея в сопровождении Аароиа и говорит: идите, послужите Господу Богу вашему: токмо овцы и волы оставите; стяжание же ваше да идет с вами. И рече Моисей: ни; по и ты нам даси всесожжения и жертвы, яже сотворим Господу Богу нашему: и скот наш пойдет с нами, не оставим и копыта: от них бо возьмем на службу Господу Богу нашему (Исх. 10, 24-26).                                                                                 ·

П. Какой же смысл можно усвоить сказанному премуд­рым Моисеем? И как можно взять что-нибудь из Египта и от фараона и принести в жертву Богу?        

К. Но ведь дело ясно, друг мой. Противо-

77

 

 

стоящий и про­тивоборствующий тем, которые хотят поступать благочести­во, если не может вполне подчинить себе кого-нибудь, желает достигнуть этого хотя отчасти: а Божественный закон учит удаляться полнейшим образом и не позволять находиться и пребывать под властью противника ни малейшей частице души и ума и никакому побуждению к телесным движениям; сверх того, учит приносить Богу самое лучшее и отборное из мирской жизни. Вот что значит, по моему мнению, взять из Египта и принести в жертву Богу. Пе это ли самое делают те, Которые при помощи мирской мудрости борются за наши свя­щенные и Божественные догматы, достигают красоты речи и остроумия в знании и совершают разумное служение Богу? Ибо, хотя всяка премудрость от Господа (Сир. 1,0, по Пи­санию; но мы говорим, что великие успехи эллинских по­этов и прозаиков в красоте речи сделаны в мирском духе. И божественный Павел говорит: мы не духа мира сего прияхом, но духа, иже от Бога, да вемы, яже от Бога дарованая нам: яже и глаголем не в наученых человеческия пре­мудрости словесех, но в явлении духа (1 Кор. 2, 12-13, 4). А что справедливо сказанное прикровенно Моисеем, что Бог по естеству не отвергнет лучшего из мирской жизни, это Моисей тотчас ясно показывает, хотя в обра-

78

 

 

зе и тени. Ибо по повелению Божию он сказал, что надобно обобрать егип­тян, взять золотые и серебряные сосуды у живущих в одном доме и у соседей, что и исполняется при посредстве жен­щин; так как они вкрадчивы, весьма словоохотливы и искус­ны в хитрости. А сосуды золотые и серебряные, взятые у египтян, думаю, означают, как я сказал недавно, то, чем по справедливости хвалятся некоторые из живущих в мире, хотя бы они и познали истинного Бога. Я говорю вот о чем. Хотя все люди имеют общие движения ума и души и способность ко всему доброму и дурному, но те из них, которые хорошо употребили природные преимущества, ведут жизнь достос­лавную и отличную; а те, которые безумно обратили их к тому, к чему не следует, показывают на себе, что блага, полу­ченные от природы, могут приводить и к самым постыдным делам. Ибо мужество и благоразумие хороши для тех, кото­рые наилучшим образом пользуются ими, а вредны для тех, которые неправильно поступают; потому что можно быть мужественным и благоразумным с похвалою и одобрением, а можно обладать этими качествами и с великим позором. Они общи и существуют у всех — и у заблуждающихся еще, и у познавших Бога. Итак, когда мужество, бывшее прежде производителем по-

79

 

 

рочности, и острота понимания обращены будут нами к тому, что угодно Богу, будучи взяты из мир­ской жизни, как бы от египтян, тогда они сделаются священ­ными и приятными Богу, потому что приобретут новое на­строение — на пользу добродетели и на содействие освяще­нию, подобно тому как и золотые и серебряные сосуды, взятые из Египта, оказались пригодными для устроения и отделки священной скинии. Сыны Израилевы, после того как обобрали египтян и после смерти первенцев, едва-едва освободились, заклавши агнца во образ Христа; ибо иным способом и нельзя было достигнуть этого, так как всякое освобождение — во Христе и чрез Него — всякое даяние бла­го (Иак. 1, 17). Они высылаются из Египта в полночь, как бы избавляясь вместе и от мрака и от рабства; ибо рабствую­щее греху всегда любит быть в духовной тьме, а не во свете Божественном; всяк бо делаяй злая, ненавидит света (Иоан. 3, 20), по слову Спасителя. Они берут с собою невскисшее тесто и бегут без всяких жизненных припасов: и нуждаху, — сказано, — египтяне людей со тщанием изринути их от земли: рекоша во, яко еси мы измрем. Взяша же люди муку свою прежде вскисения теста своего, ввязавше в ризы свои на плечах своих (Исх. 12, 33-34). Ибо намеревающие­ся прилепляться к Богу и избрав-

80

 

 

шие общение с Ним, думаю, не должны уносить с собою остаток мирского зла и запасать­ся в дорогу чуждыми и несвященными снедями, очевидно в духовном смысле; но должны желать того, чтобы быть бесквасными хлебами, и искать хлеба, животворящего мир. Та­ковые будут праздновать чисто и, совершая служение, достоприемлемое Богом, будут пребывать постоянно под Его властию.

П. Итак, несомненно, что людям боголюбивым и добрым надобно приходить как бы к некоей святой и священной зем­ле — к жизни под властию Христа и свободной от тирании — и спешить приносить жертву не в земле врагов, то есть нахо­дясь не в грехолюбивом расположении духа, и если не в очень безукоризненном, по в склонном к добродетели, и в таком нравственном состоянии, которое вышло из-под власти диавола.                                                                                   

К. Не иначе думай, друг мой: потому что наше рассуж­дение было ведено правильно. Но можно, если угодно, рас­смотреть это при помощи другого подобия. Когда жители святого города, разумею Иерусалим, осмелились оскорбить Спасителя всех Бога, делая всевозможные нелепости; тогда они подпали власти вавилонян, которые, взявши их в плен силою оружия, обратили в рабство: потому что

81

 

 

поневоле пришлось уступить победителям. Находясь в великой печа­ли и оплакивая свои неожиданные бедствия, они желали найти хотя малое облегчение страдания, именно песнопени­ями Богу смягчить горечь присущей им скорби; ибо помянух Бога и возвеселихся (Пс. 76, 4), сказал божественный Давид, показывая тем, что песнопение Богу есть духовный празд­ник. Но, хотя они желали воспевать Бога по своему обык­новению, им казалось стыдно предлагать ушам иноплемен­ников столь сладкие звуки и как бы бросать на воздух весь­ма приятную для них и пленительную песнь, так как вавилоняне насмехались над ними и тяготились их игрой на музыкальных инструментах. Поэтому они и говорили: на реках Вавилонских, тамо седохом и плакахом, внегда помянути нам Сиона (Пс. 136, 1), в котором по законам и обыча­ям иудеев приносилась жертва хваления, исполняемая на струнных и духовных инструментах и чарующая своими зву­ками приступающих к храму Божию. Но так как их душило иго рабства у чужеземцев, то они с плачем говорят: на вербиих посреде его обесихом органы паша (136, 2), указывая этим самым на то, что они не занимаются песнями; потому что верба — растение бесплодное, или лучше — теряющее свой плод (ώλεσικαρπον): так она названа у одного из гре­ческих по-

82

 

 

этов у). И так музыкальные инструменты оставались в бездействии и бесплодии; и причину этого бездействия иудеи высказывают, возопивши: како воспоем песнь Госпо­ду на земли чуждей? (136, 4.) И когда Варух принес к ним слова книги Иеремии, плакахуся все, сказано, и постяхуся, и моляхуся молитвами пред Господем. И собраша сребро, якоже когождо можаше рука: и послаша во Иерусалим ко Иоакиму жерцу великому, сыну Хелкиину сына Саломля, и к жерцам и ко всем людем, иже обретошася с ним во Иеру­салиме. И спустя немного: и рекоша, се послахом к вам сребро, да купите на сребре всесожжения и жертвы за грех, и фимиам, и сотворите жертву, и вознесите на жертвен­ник Господа Бога нашего (Вар. 1, 5-7, 10). Они считали для себя неприличным приносить жертвы, когда они выселены из святой земли и живут не под управлением Бога, но под­чинены иному и подпали под власть тирана; они предостав­ляют богослужение тем, которые обитают еще во святом го­роде и обладают честью совершать священнодействие; при этом они руководствуются очевидно правильным соображе­нием в исследовании того, что прилично и необходимо. И сам премудрый Даниил воздерживался от

у) У Гомера. Одиссея X, 510.

83

 

 

священных дей­ствий, но, будучи пленником вместе с другими, он перехит­рил силу обстоятельств, и вот каким образом: он молился три раза в день; но у него в горнице окна были обращены и открыты в сторону Иерусалима; ибо так написано (Дан. 6, 10). Он думал, что его молитва только тогда будет приятна Богу, когда он, если не телом, то мыслию, удалится из земли чуждой и ненавистной и, умственными очами взирая на боголюбезнейшую землю и вошедши как бы в самый храм, бу­дет приносить моление за кого хочет.

П. Хорошо поистине было ведено нами все рассужде­ние.

84


Страница сгенерирована за 0.2 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.