Поиск авторов по алфавиту

Том 1. Год 1922-й. Продолжение

X

«Вся суть, все значение, вся важность современного события заключается в том, что власть в церкви попала в руки белого приходского духовенства, которое никогда ее не имело. Имели власть помещики, всегда держали власть монахи, но никогда не было, чтобы белые священники распоряжались монахами, увольняли митрополитов, назначали архиереев…» - этим радостным воплем встречал делегатов съезда неутомимый Владимир Дмитриевич Красницкий (См. «Живая Церковь» № 6-7, 1-15 августа 1922 года, стр. 2-3).

Он носился в эти дни по московским храмам, выглядел победителем, упивался славословиями льстецов, сразу невесть откуда появившихся, которые толпами ходили за «достопочтенным» о. Владимиром. И как всегда, злопыхательство соединялось в речи Красницкого с отчаянной демагогией. «Впервые в истории русской православной церкви выступает приходское белое духовенство…

Живая Церковь это церковь трудящихся масс – это церковь, идущая вместе с жизнью, это пастыри верующих

158

Тружеников, это пастыри, любящие свою паству, служащие меньшим братьям своего Великого Архиерея Иисуса Христа. Добро пожаловать, отцы и братья». («Живая Церковь», № 6-7, стр. 1-2).

Таким языком народного трибуна говорил Красницкий; правда, его слушатели могли бы спросить его, чем же объяснить, что сами трудовые массы враждебно относятся к живоцерковным батюшкам, гонят их из церквей и называют не иначе, как «прохвостами».

«Вверху, в архиереях, даже в самых свободомыслящих, опоры нет и не могло быть. Это были монахи, из рук которых выскальзывала власть, - писал он, явно намекая на Антонина. – В городской буржуазии, так называемых почетных прихожанах, опоры тоже не было, они верно стояли на стороне монахов, своих верных слуг по затемнению народного сознания и отвлечения его мыслей от неправд и безобразий их буржуазно-общественного строя. Протоиерей о. Александр Введенский, возлагавший надежды на свободомыслящего монаха – митрополита Вениамина и прогрессивных мирян, - ядовито замечал далее Красницкий, - служит примером, как ошибочны были надежды. Монах Вениамин Казанский отлучил его от церкви, а мирянки – верные овцы монашеского стада – камнем прошибли ему голову. То же повторяется и в других местах России. Единственная надежда – только на себя, на свои силы, - в глубине души, в тайнике, на Великого Архиерея Иисуса Христа. Первая цель белого духовенства – объединение. Великий лозунг социальной революции – «пролетарии всех стран, соединяйтесь!» - вполне применим, вполне полезен, вполне жизнеспособен и в нашей церковной революции. Как перед монахом-архиереем, так и перед мирянином-кулаком, каждый из нас слаб и будет сметен, но объединение белого духовенства – группа его, даже самая мысль об этом революционна, плодотворна и в полном смысле творит чудеса». («Живая Церковь», № 6, стр. 2-3).

159

6 августа 1922 года 190 живоцерковников собрались в 3-м Доме Советов на Садово-Каретной, в бывшем помещении Московской духовной семинарии. К этому времени "Живая Церковь" могла похвалиться рядом успехов: из 97 правящих епископов 37 признало платформу, 36 высказывались против нее, 24 не высказывались ни за, ни против. В зале 3-го Дома Советов были представлены 24 епархии Русской Церкви. Кроме того, "Живую Церковь" признали Константинопольский и Александрийский патриархи [19]. Это признание диктовалось, главным образом, политическими обстоятельствами - давлением Кемаля, угрожавшего низложением Вселенскому патриарху. Патриарх Мелетий почему-то считал, что "Живая Церковь" может повлиять через "уважаемое Советское правительство" на Кемаля. Советское правительство, впрочем, не стало вмешиваться в счеты Кемаля с Мелетием, но Красницкий отправился в турецкое посольство и произнес там речь, в которой восхвалял "традиционную веротерпимость турок".

За столом, покрытым красной скатертью, ровно в 12 часов дня появились архиепископы Антонин и Евдоким, епископы Иоанн, Иоанникий, Вассиан, Макарий, Виталий и другие архиереи, признавшие "Живую Церковь". Рядом с ними находились два грека: архимандрит Иаков (представитель Вселенского патриарха) и архимандрит Павел (представитель патриарха Александрийского). В. Д. Красницкий скромно занимал свое место среди делегатов, ожидая того момента, когда он будет избран председателем съезда.

Съезд открыл Антонин. К всеобщему изумлению, его речь оказалась довольно умеренной: он пожелал съезду успеха в работе, приветствовал делегатов и лишь в конце влил ложку дегтя. "Мне бы только хотелось думать, - сказал он, - что вас сюда привели не клерикальные, кастовые, корыстные побуждения, а идейные, христианско-социальные идеалы. Я хочу, чтобы люди объединялись не во имя материальных интересов, а во имя идей".

Затем Красницкий был избран председателем. Взойдя

161

на трибуну бодрым шагом, он произнес обычную для него речь, а затем заявил: "Так как съезд представляет исключительно белое духовенство, прошу всех присутствующих здесь монахов, во главе с владыкой Антонином, удалиться". Съезд ахнул от такой дерзости, а Красницкий, сделав паузу, картинно поднял руку и молча ждал, пока архиереи и монахи удалятся. Архиереи поднялись со своих мест; по лицу Антонина скользнула усмешка. "Счастливо оставаться - женатые мудрецы", - бросил он на весь зал так, что эхо откликнулось на хорах, и медленно вышел; за ним гуськом потянулись к выходу остальные архиереи-монахи. Красницкий объявил порядок дня.

Первый Всероссийский съезд группы "Живая Церковь" заседал 11 дней (с 6 по 17 августа 1922 года). За это время съезд заслушал 6 докладов и вынес большое количество резолюций. Настроение живоцерковных батюшек было исключительно боевым. "Не разойдемся, пока не добьемся своего!" - говорили они. Пламенные речи лились с трибуны. Посторонних наблюдателей поражало полное исчезновение всех известных деятелей раскола - всех заменил Красницкий и только Красницкий. Докладчики и руководящие деятели съезда были только креатурами Красницкого, и все они были под стать ему: благолепные батюшки с портфелями, ставшие вдруг "отличными революционерами". Характерно, что из шести докладчиков трое (прот. Д. А. Адамов, прот. Алексий Диаконов и сам В. Д. Красницкий) были в недавнем прошлом членами "Союза русского народа" [20].

Первый доклад был сделан прот. В. И. Кедровым, еще недавно сидевшим на скамье подсудимых по делу о сопротивлении изъятию церковных ценностей. Тема доклада: "О современном монашестве". Протоиерей Кедров вылил весь яд, накопившийся в душе, против монахов-архиереев. Съезд принял резолюцию, предписывавшую немедленно закрыть все монастыри, так как они являются опасным орудием контрреволюционных организаций и "отравляют сознание верую-

161

щих реакционной религией, обещающей счастье только за гробом". "Все монахи вправе, - провозгласил съезд, - снять с себя монашеские обеты и жениться. Те, кто пожелает остаться в монашестве, могут объединиться в трудовые братства, которые могут существовать под надзором белого священника-живоцерковника".

Затем последовал доклад протоиерея Адамова "Об ученом монашестве". "Засилие ученого монашества, - утверждал докладчик, - величайшее зло, язва, разлагающая церковный организм". По докладу была принята резолюция из шести пунктов:

1. "Живая Церковь" должна настаивать на снятии сана с патриарха Тихона. 2. Предписывается немедленно прекратить поминовение его имени за богослужением. 3. Предписывается увольнение архиереев-монахов, которые противодействуют обновленческому движению. 4. Всех остальных монахов-архиереев перевести в другие епархии. 5. ВЦУ выразить одобрение. 6. Архиереям, признавшим ВЦУ, выразить благодарность.

Затем дневное заседание было закрыто. Победа Красницкого была полная: ни одна из резолюций не встретила возражений. Теперь он мог не бояться монахов-архиереев. Перед вечерним заседанием была послана к ним делегация с просьбой вернуться на съезд. Изгнанные утром владыки любезно приняли приглашение и тут же стали собираться на Садово-Каретную. Впрочем, среди них не доставало одного - Антонина. Он не только не поехал в 3-й Дом Советов, но даже не принял делегацию; келейник вышел к делегатам в переднюю и сказал, что владыка занят и принимать больше не будет. (Как раз перед этим к нему вошли две нищенки в лохмотьях с паперти Заиконоспасского храма.)

На вечернем заседании съезд заслушал доклады Колоколова и Дьяконова на тему: "О церковноприходской контрреволюции". Съезд принял по этим докладам бессмертную по своему цинизму резолюцию. Согласно этой резолюции

162

предписывалось:

1. Высылка из пределов епархии всех противников обновленческого движения (особенно архиереев). 2. Роспуск приходских советов, не принимающих пастырей, признавших ВЦУ, и сформирование новых приходских советов, состоящих из мирян, сохраняющих каноническое послушание своему священнику (56-е правило). 3. Настоятелями храмов бывших мужских и женских монастырей предписывалось назначить священников из белого духовенства - членов группы "Живая Церковь".

Эта резолюция заслуживает того, чтобы войти в историю: трудно более ясно и определенно выразить внутреннюю сущность "Живой Церкви". Выше мы говорили о том, что этой сущностью является модернизированная победоносцевщина. В самом деле, стоит лишь бегло просмотреть резолюции дореволюционных миссионерских съездов, авторами которых обычно являлись известные черносотенцы протоиерей Восторгов, Скворцов и другие, требовавшие высылки сектантов и полицейских репрессий по отношению к инакомыслящим, чтоб стало ясно, из какого источника черпали свое вдохновение живоцерковники.

В следующие дни съезда были заслушаны доклады: воронежского протоиерея Петра Сергеева "О белом брачном епископате", доклады "О внутреннем управлении православной церкви", "О брачном праве" и "О создании единой церковной кассы". По этим докладам были приняты следующие резолюции:

1. Разрешить женатым пресвитерам проходить епископское служение. 2. Разрешить второбрачие священнослужителей. 3. Разрешить монашествующим, по сложении обетов, вступить в брак с оставлением в сущем сане. 4. Не считать брак на честной вдовице препятствием к прохождению иерархических степеней. 5. Не считать препятствием для вступления в брак четвертую степень кровного родства и родство духовное.

В резолюциях по докладу о внутреннем управлении пра-

163

вославной церкви было признано нужным не только расправиться с архиереями, но и обуздать непокорных мирян. Поэтому в резолюцию был внесен следующий параграф: "Полноправным мирянином следует считать того, кто находится в живом иерархическом общении со своим пастырем, сохраняет каноническое ему послушание и проводит в жизнь принципы группы "Живая Церковь".

Наконец, 12 августа съезд заслушал доклад В. Д. Красницкого "О единой церковной кассе" и принял соответствующую резолюцию. Так как этому вопросу в живоцерковных кругах уделялось особое внимание, необходимо хотя бы вкратце на нем остановиться. Все обновленческое движение в это время переживало жестокий финансовый кризис: народ не только покинул храмы, занятые обновленцами, но и перестал давать деньги, несмотря на все призывы и угрозы. Блюдо, которое носили по храму для сбора пожертвований, возвращалось в алтарь пустым. Тут-то изобретательный ум В. Д. Красницкого составил проект создания единой церковной кассы Эта касса должна была составляться в каждой епархии из доходов с кладбищ и со свечных заводов; половина чистого дохода должна была поступать в ВЦУ. Таким образом, Красницкий проектировал создание мощного, как тогда говорили, церковно-нэповского треста. Правда, для осуществления этой идеи требовалась "безделица" - передача в руки ВЦУ кладбищ и монополии на свечное производство; Красницкий и рассчитывал этого добиться. Принятие съездом группы "Живая Церковь" его проекта должно было сыграть роль первого шага в этом направлении. Последние дни съезд посвятил менее важным вопросам. 13 августа съезд выслушал просьбу бывшего пензенского архиепископа Владимира Путяты о восстановлении его в сане и о принятии в группу "Живая Церковь". Низложенный епископ утверждал, что он является первым вождем церковной революции в стране, и надо признать, что он имел для этого некоторые основания: ведь в 1919 году, после того, как он был лишен сана за разврат, он откололся от церкви и объявил себя вождем церковной реформы. Фигура Владимира Путяты была, однако, слишком скандальна, чтобы "Живая Церковь" пожелала признать свое с ним родство. Съезд постановил отклонить заявление Владимира Путяты, так как он был лишен сана по мотивам, не имеющим ничего общего с "Живой Церковью". 15 августа съезд выразил пожелание, чтобы будущий Собор снял отлучение с Л.Н.Толстого, а затем выбрал ЦК из 25 человек. Все члены ЦК являлись совершенно новыми, никому дотоле, кроме Красницкого, неведомыми людьми. В ВЦУ подавляющее большинство имели также живоцерковники.

16 августа, по специальному разрешению властей, состоялся молебен в Успенском соборе в Кремле, после которого В. Д. Красницкому было преподнесено особое звание - первого протопресвитера "Живой Церкви". 17 августа съезд закончил свою работу, а делегация съезда во главе с В. Д. Красницким была принята председателем ВЦИК М. И. Калининым.

Съезд "Живой Церкви" сыграл роль поворотного пункта: всеобщая молва назвала его скандальным. Он и действительно был величайшим скандалом в истории обновленческого раскола. Все пороки раскола были выявлены в таком карикатурном виде, что ужаснулись даже самые рьяные его сторонники. Раскол в расколе стал неизбежностью. О расколе в расколе и пойдет речь в следующей главе.

165


Страница сгенерирована за 0.06 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.