Поиск авторов по алфавиту

Автор:Голубинский Евгений Евсигнеевич

III. Собственные русские праздники

385

III.

СОБСТВЕННЫЕ РУССКИЕ ПРАЗДНИКИ.

В период домонгольский было установлено в Русской церкви несколько собственных праздников или празднований, особых от церкви греческой, а один новый праздник был установлен в совокупности с сею последнею.

Праздники или празднования особые от церкви Греческой были установлены: во-первых, в честь своих святых, во-вторых — в воспоминание некоторых событий, взятых не из своей истории.

Своим новоявленным святым были установлены празднования: мученикам Борису и Глебу, преподобному Феодосию Печерскому и святителю Леонтию Ростовскому.

Борис и Глеб, по христианским именам Роман и Давид, сыновья Владимира от Болгарыни (а не от Гречанки) и рожденные им еще в язычестве, были убиты Святополком в 1015 году,— первый 24 Июля, т. е. через 9 дней после смерти отца, на реке Альте близь Переяславля 1), а второй 5 Сентября или через 43 дня после первого на Днепре близь Смоленска (при впадении в Днепр речки Смядыни) 2). Тела их были погребены в Вышгороде при церкви св. Василия 3). Скоро на их могиле начали совершаться чудеса.

1) В 3 верстах,—Н. Арандаренка, Записки о Полтавской губернии, ч. III, стр. 387 fin.

2) Ныне пересохшей, впадавшей в Днепр около версты ниже города, — Историко-статистич. описание Смоленской епархии, стр. 210.

3) Тело Бориса было погребено в Вышгороде при помянутой церкви тотчас после его убиения; тело же Глеба первоначально погребено было где-то на поле или в лесу, недалеко от места убиения, и перенесено было в Вышгородь к телу брата спустя довольно долгое время, когда Ярослав окончательно занял великокняжеский престол (Монах Иаков говорит, что тело убитого Глеба было повержено на пусте месте,— по летописи: на брезе, т. е. Смядыни,—межю двема колодома. Это должно поникать не так, чтобы оно было брошено и оставлено лежать поверх земли,—хотя Нестор и представляет дело именно уже так,—но так, что оно погребено было с бесчестием, ибо первое есть нечто совершенно невозможное: целые годы валяться поверх земли люди не оставляют не только тела князей, но и самих последних нищих). Святополкне дал места телу Бориса в Десятинной церкви рядом с Владимиром по причине понятной; погребен же он в Вышгороде потому, что его убийцы были из последнего, т. е.

 

 

386

Когда о последних было донесено Ярославу, а этот сообщил митрополиту Иоанну, то митрополит присоветовал князю создать в честь мучеников особую церковь и установить им особое празднование. Церковь была создана, в нее перенесены были мощи мучеников и в след за тем князь с митрополитом установили праздновать им праздник 24 Июля, в день кончины Бориса (который был вместе и днем освящения новосоздавной церкви), написав им особую службу, которая была или личным трудом митрополита или трудом неизвестного, сделанным по его распоряжению.

Борис и Глеб были мучениками не совсем в собственном и строгом смысле этого слова, ибо хотя они потерпели невинную и мученическую смерть, но не за веру Христову, а по причинам политическим, не имеющим отношения к вере. Русская земля однако встретила их прославление с величайшею радостью и величайшим усердием: они были ее первыми святыми, следовательно — первыми собственными предстателями за нее пред Богом и первым залогом Божия к ней благоволения. В древнейшее время, а вероятно и во весь периода домонгольский, память их праздновалась весьма торжественно и день ее, как дает знать митр. Георгий в своих правилах (§ 9) и как дают знать летописи, причислялся к великим годовым праздникам 1)

с места убиения они привезли тело с собой и похоронили его при своей церкви. Вышгород. в настоящее время село, находится на правом берегу Днепра, в 8 верстах к северу от Киева.

1) Летописи говорят под 1093-ш годом: «в праздник Бориса и Глеба, еже есть праздник новый Русьскыя земля»,—Лаврент. по 2 изд. стр. 215 нач., Ипатск. по тому же изд. стр. 155.—Новгородский архиепископ Антоний в своем Паломнике сообщает, что в Константинополе в св. Софии была большая икона Бориса и Глеба, которая служила оригиналом для иконописцев и что в части Константинополя, называемой ныне Перою, была церковь их имени (по изданию Савваитоваcoll. 79 и 159). Если бы последняя была построена Греками, то можно было бы заключать, что Борис и Глеб были внесены в греческие святцы; но вероятнее, что она построена не ими, а каким отбудь из русских князей, находившихся в Константинополе в заточении. Во всяком случае икона в св. Софии и делавшиеся с нее списки свидетельствуют, что Греки веровали в русских святых и имели усердие к ним. Монах Иаков уверяет, что к мощам Бориса и Глеба стекались поклонники из всех православных стран: «не нашему языку единому токмо, говорит он, подано бысть Богом, но и всей земли спасение (в мощах святых мучеников); от всех бо стран ту приходяще туне почерпают исцеления». В одном греческом прологе, писанном в Сугдае, против

 

 

387

Кроме 24 Июля еще в период домонгольский начали праздновать Борису и Глебу 2 Мая, в память двукратного перенесения их мощей из старых церквей в новые — в 1072 г. при Изяславе и в 1115 г. при Владимире Мономахе. В позднейших святцах имена их записаны многократно (см. преосв. Сергия Полный Месяцеслов Востока т. II): 20 Мая, к которому ошибочно вместо 2 Мая отнесено первое перенесение мощей 1072 г.; 11 Августа—перенесение ветхих рак из Вышгорода в Смоленск на Смядыню в 1191 г.; 12 Авгура, ошибочно принятое за день убиения Бориса; 5 сентября, которое есть день убиения Глеба.

Мощи свв. мучеников неизвестно куда сокрыты в нашествие Монголов, когда разорен был Вышгород.

Сказания о Борисе и Глебе суть: монаха Иакова «Сказание страстей и похвала», о которой см. в первой половине тома стр. 746; рассказ летописца, помещенный под 1015 г.; преп. Нестора «Чтение о житии и о погублении», о котором см. в той же первой полов. т. стр. 748.

Службу Борису и Глебу, написанную митр. Иоанном или по его приказанию, мы помещаем в приложении к этой главе.

Преп. Феодосий Печерский скончался 3 Мая 1074 г.. Через 17 лет после его смерти в 1091 г. игумен и черноризцы Печерские, как рассказывает летописец, совет сотворши, сказали: «не добро есть отцу нашему Феодосию лежать вне церкви своего монастыря, которую он основал». Вследствие этого совета мощи Феодосия были откопаны из могилы в пещере, в которой он был похоронен, и перенесены в главную монастырскую церковь. Впрочем, это перенесение мощей не было каким-нибудь приступом к канонизации Феодосия, а именно только перенесением его мощей или его останков из одного места в другое: монахи Печерские рассуждали, что последним приличнее лежать в главной монастырской церкви, которой положил основание Феодосий перед своею смертью и которой следовательно он был первоначальным ктитором или здателем, чем в пещере, бывшей общею усыпальницею или общим кладбищем монастырским,— и перенесли мощи из пещеры в церковь. Перенесение совершено

24 июля сделана на поле заметка, что «в тот день память святых новоявленных мучеников в российских странах Давида и Романа, убиенных от единокровного брата, несчастного (τάλανος, окаянного) Сфатопулка»,— Записки Одесск. Общ. Ист. и Древн. V, 620 нач. Из сего следует заключать, что по крайней мере Греки Сугдайские, ведшие торговлю с Русскими, чтили наших святых.

 

 

388

довольно значительное время спустя после смерти Феодосия по той причине, что церковь, быв им заложена и на третье лето быв окончена, почему-то очень долго оставалась не освященною (см. выше стр. 106), именно—до 1089 г. Через другие 17 лет после перенесения и через 34 года после кончины, в 1108 г., как пишет тои же летописец, «вложи Бог в сердце Феоктисту игумену Печерьскому и нача возвещати князю Святополку, дабы вписал Феодосия в сенаник, и рад быв (князь) обещася и створи, повеле митрополиту вписати в синодик, и повеле вписывати по всем епископьям, и вси же епископи с радостью вписаша и (начата) поминати и на всех соборех».

Под синодиком должно разуметь список святых, поминавшихся на литиях праздничных в молитве: «Спаси, Боже, люди Твоя», при чем усвоение списку названия синодика или поминальника должно быть объясняемо тем, что в древнее время на литиях ь праздничных после святых были поминаемы (как и в настоящее время могут быть поминаемы) живые с мертвыми или читался синодик, как поминальник 1). А таким образом, под вписанием преп. Феодосия в синодики по всем епископиям должно разуметь внесение его имени по всем епископиям в списки святых, поминавшихся на литиях праздничных, для той, как указано, цели, чтобы по всем епископиям он был поминаем на сих литиях вместе с другими поминавшимися святыми 2). Почему игумен Печерский искал

1) И в настоящее время читается здесь замечание—в греческом евхологии: μετὰ ταῦτα μνημονεύει, ὧν βούλεται, ζώντων καὶ τεθνεώτων: в славянском служебнике: «таже поминает, яже хощет, живыя и мертвыя тайно».

2) Эти речи наши должны быть считаемы поправкой к тому, что мы говорим в 1 изд. настоящего полутона И. Р. ц.. Там мы разумели синодик недели православия потому, что совсем не имели в виду синодика литийного. Что действительно нужно разуметь последний, а не первый, это видно — во-первых, из того, что синодик недели православия читается только один раз в году, тогда как говорится, что «поминати на всех соборех»; во-вторых, из того, что в синодике недели православия поминаются собственно не святые, а защитники и поборники православной веры (и не молитвенно призываются они, а возглашается им вечная память). Что касается до выражения о литиях праздничных «на всех соборех», то оно значит, что литии эти совершаемы были только в соборных церквах (и больших монастырях), cfr выше стр. 410 прим. (по селам они и в настоящее время совершаются разве только весьма редко). В позднейшей истории канонизации встречаем одну запись о причтении к лику святых, в которой говорится, что святой вписан был в синодик церковный и

 

 

389

у великого князя только того, чтобы имя Феодосия повелено было вписать по всем епархиям в литийные синодики (списки святых), а не того, чтобы повелено было по всем епархиям праздновать день его памяти, иначе сказать — почему игумен искал установления общего или повсеместного празднования Феодосию частичного или частного, положительно сказать не можем. Относительно вероятного думаем, что в Греции в конце XI—начале XII века стали общепочитаемыми святыми из лика преподобных, к которому принадлежал Феодосий, только еще очень немногие знаменитейшие и что по сей причине игумен Печерский и не находил возможным искать для Феодосия общепочитаемости в собственном смысле этого слова. Сам ли игумен Печерский придумал тот частный способ общепочитаемости, которого искал для преп. Феодосия, или взял с примера Греческого, сказать также не можем. Что касается до общепочитаемости в собственном смысле этого слова, чрез празднование дня памяти, то нужно думать, что относительно нее не было нового распоряжения со стороны власти церковной в совокупности с гражданскою, но что с течением времени она была усвоена преп. Феодосию сама собою. В этой истории вписания преп. Феодосия в синодики литийные по всем епископиям представляется недоуменным то, что игумен Печерский обращался с просьбою о вписании Феодосия не к митрополиту, а к великому князю, и что великий князь повелел митрополиту и епископам вписать Феодосия. Если бы предполагать, что летописец с точностью передает дело, то нужно было бы сказать, что игумен Печерский усвоял великому князю право, которое этому последнему не принадлежало, и что великий князь присвоил себе право митрополита и позволил себе по отношению к нему незаконное принуждение. Но мы думаем, что должно предполагать неточность у летописца в передаче дела, — что игумен искал у великого князя ходатайства пред митрополитом и что великий князь с своей стороны и исполнил именно эту просьбу игумена.

Празднование памяти преп. Феодосия совершалось в древнее «время, как и ныне совершается, в день его преставления—3 Мая. В некоторых позднейших святцах под 14 Августа записано перенесение его мощей 1091 г., а в некоторых святцах XIII века

в которой под синодикомнесомненно должен быть разумеет литийный список святых той епархии, подвижником которой был и к местному празднованию в которой канонизован был святой, см. в нашей Истории канонизации святых в Русск. церкви о преп. Паисии Угличском.

 

 

390

под 31 Мая записано перенесение мощей неизвестно какое, наконец есть немногие святцы, в которых он записан еще 11 Января—в день его тезоименитства (а память вместо 3 ошибочно сод 2 Мая).

Мощи преп. Феодосия, так же сак и мощи Бориса и Глеба, неизвестно куда сокрыты в нашествие Монголов, и в настоящее время в соборной или главной церкви Печерского монастыря находится только его кенотаф (одна, ничего не содержащая в себе, рака, составляющая только как бы памятник) 1).

Сказания о преп. Феодосии: рассказы летописца под 1051 и под 1075 ит. и Несторово житие, о котором см. в первой половине тома стр. 754.

Древнюю службу преп. Феодосию помещаем в приложении к этой главе.

Св. Леонтий был третьим епископом Ростовским от начала епархии и скончался около 1077 г.. Его жизнь, весьма мало известную, мы передали выше. В 1164 г. были открыты его мощи по одному случайному поводу, именно—в Ростове сгорел собор (1,161 г.) и нужно было приступить к постройке нового: когда стали копать рвы для фундамента этого последнего, то и открыли мощи Леонтия вместе с мощами его преемника Исаии. Праздновать память Леонтия (23 Мая в день обретения мощей) установил епископ Ростовский Иоанн через 25—30 лет после открытия мощей между 1190—1194 года 2). Необходимо или по крайней мере весьма вероятно предполагать, что епископ сделал это сспроса и дозволения митрополита и более чем вероятно предполагать, что празднование установлено было местное, только для одной епархии Ростовской 3).

1) Какой-то странствователь по святым местам, бывший в Киеве в Печерском монастыре в 1590-ы году, уверяет, что он видел в монастыре нощи преподобных Антония и Феодосия и что ему дали мира, исходящего из главы Феодосия, см. Описание рукописей библиотеки Троицкой Лавры 734 л. 35. Что касается до мира, то, конечно, должно разуметь миро из мироточивых глав неизвестных святых; а что касается, до мощей (из которых мощи преп. Антония и совсем не были открываемы): то или странствователя непозволительным образов мистифицировали, попросту сказать—обкапывали, в монастыре, или же сам он принадлежал к числу странствователей—сочинителей и вралей.

2) См. Ключевского Жития святых стр. 9 sqq. Об епископе Иоанне, которому, по словам летописца, «отверзене беста от Бога очи сердечней на церковную вещь», cfr Лаврент. лет. под 1194 г..

3) Летописец Владимирский, распространяющийся об епископе Иоанне под-

 

 

391

О кратком житии Леонтия мы говорили выше (первой половины тома стр. 757). О службе Леонтию, написанной помянутым сейчас епископом Иоанном или по его приказанию, см. в приложении к этой главе.

Относят к периоду домонгольскому установление празднований святым и равноапостольным Ольге и Владимиру. Но то и другое весьма сомнительно. Что Владимир не был причислен к лику святых тотчас или вскоре после своей смерти, это мы положительно знаем из монаха Иакова 1). Он не был причислен к лику святых и в то время, как была составлена неизвестным автором Похвала ему, послужившая основой для повести об его крещении, помещенной в летописи 2); а эта Похвала не может быть относима к более раннему времени, чем вторая половина XII века. Под 1200 годом Лаврентьевская летопись говорит об одном событии, случившемся 15 Июля или в день кончины Владимира: она говорит, что событие случилось на память святых мучеников Кирика и Улиты и не прибавляет, что и на память св. Владимира. Под 1229 г. Ипатская летопись, говоря о Владимире, прилагает к нему эпитет «великий», чем дает знать, что он еще не был святым («иной князь не входил бе в землю Лядьску толь глубоко, проче Володимера великого, иже бе землю крестил»,—2 изд. стр. 505 sub fin.). Новгородская 1-я летопись под 1240 г., говоря подобно Лаврентьевской о событии, имевшем место 15 Июля, вместе с греческими памятями дня не означает, подобно ей, памяти св. Владимира. Это последнее свидетельство, младшее из всех, особенно решительно. Событие, которое случилось 15 Июля 1240 г., есть победа (знаменитая) Александра Невского над Шведами на реке Неве, при устье Ижоры (та, по которой он назван Невским): если бы тогда уже праздновалась память Владимира, то как бы летописец не вспомнил о крестителе Руси, который, быв причислен к лику святых, естественно, начал быть считаем и ее нарочитым патроном, и не приписал победы его заступлению, и сле-

1194 г. (Лаврент. лет.), не позднее которого установлено празднование, ничего не говорит об этом установления: ясно, что празднование не касалось Владимира (и других мест, кроме Ростова).

1) Который доказывает, что Владимир хотя и не творит чудес, но свят делами (первой полов. т. стрр. 185 fin. и 243). Если бы он был причислен к лику святых, то не было бы нужды этого доказывать.

2) Которая говорит, что не только не празднуется Владимиру в день его кончины, но и за него не возносятся молитвы,—ibid. стрр. 186 и 236.

 

 

392

довательно как бы опустили, и забыл выставить его имя? Между тем у него записано, что Александр победил Шведов «силою святые Софья и молитвами Владычица нашея Богородица и приснодевица Мария, месяца Июля в 15, на память святого Кюрика и Улиты, в неделю на сбор святых отец 630, иже в Халкидоне». Наконец, ни в одних святцах домонгольского периода и ближайшего к нему времени нет имени Владимира, хотя между сими святцами мы знаем такие, писцы которых имели очевидное намерение внести имена русских святых как можно полнее, каковы напр. святцы Румянцевского Обиходника XIII в. (напечатанные преосв. Макарием в И. Р. Ц., т. III, по изд. 2 прилож. 5). В виду, сейчас сказанного мы не можем принять за доказательство противного то, что в службе Владимиру есть признаки ее написания в период домонгольский,—что Киев называется в ней «велиим градом», каковым перестал быть после нашествия Монголов, и что русские люди приглашаются в ней снитися «к честней церкви Владимира преблаженаго», которая после нашествия Монголов перестала существовать. Не невозможно, что служба действительно написана уже в период домонгольский; в этом случае дело должно будет понимать так, что неизвестным ревнителем памяти Владимира она была составлена задолго до того, как было установлено ему празднование. Гораздо же вероятнее понимать дело так, что позднейшие творцы службы переносятся в обстановку домонгольского периода просто в своем воображении для придания своему представлению большей наглядности и для сего пользуются так называемою ораторскою вольностью 1). После 1240 г. празднование

1) И если они были жители севера: Новгорода иди Владимира—Москвы, то могли и не знать, что после нашествия Монголов Киев перестал быть велиим градом и что Десятинная церковь (в которой погребен был Владимир) перестала существовать. В списках более раннего времени, чем XV век, нам неизвестно службы Владимиру. В рукописях XV—XVII века она читается не во всех в одном и тон же виде, но и одних полнее, в других сокращеинее: по сакой полной, известной нал, редакции (Троицк. Лаврск. № 613, л. 392, XV в.) она содержит: двои стихиры на Господи воззвах, стихиры на стиховне, тропарь, седальны по1 и 2 кафисмах и по полиелее, два канона, светилен и стихиры на хвалитех. Из этого первоначальное, как кажется, есть первые стихиры на Господи воззвах и первый канон (обозначение стихир и канонов их началами см. в приложениях). О церкви Владимира говорится в первом или считаемом нами первоначальным каноне; именно второй стих 9-й песни: «Людие рустии придете к честней церкви Владимера преблаженаго, великого князя...», и

 

 

393

памяти Владимира было установлено когда-то до 1811 года, ибо в этом последнем году архиепископ Новгородский Давид поставил церковь в его вопля на одних из ворот своего Софийского Кремля 1).

Чтобы празднование Ольге было установлено прежде празднования Владимиру, это весьма сомнительно. Затем, ее имени точно так же нега в святцах периода домонгольского и ближайшего времени, как и имени последнего 2).

Может, конечно, казаться весьма недоуменным, что у нас, установляя свои праздники, не установили таковых в числе первых начальникам и виновникам нашего христианства, каковы Владимир с Ольгой. Общий ответ на это есть тог, что недоуменного в истории весьма не мало; недоуменно напр., что в Печерском монастыре не было написано жития Антония и что он не был причислен к лику святых вместе с Феодосием или вообще в период домонгольский, и однако это есть факт. Что касается до ответа частнейшего, который может быть дан, то о нем сейчас ниже.

потом 4-й: «Да торжествует днесь весело память твою святолепно в церкви, богоизбранный съсуд Божия милости, гоже любезно украси»... Киев называется велим градом во вторых стихирах на Господи воззвах, именно во второй стихире:.. «веселится и радуется велийград твой, Василие»...

1) Новг. I лет. под 1311 г. fin—В Ипатской летописи Владимир называется святым под 1254 г. (2 изд. стр. 545); но составляет вопрос—не позднейшая ли это приписка иди поправка из «великий», как под 1229 г. А что касается до позднейших приписок, то сравнивай приведенную запись Новгородской 1-й летописи 1240 г. с ее воспроизведением в Софийском Временнике под 1241 г. и в Лаврентьевской летописи под 1268 г. (Ссылка на последний год в первой половине тока, стр. 185, должна быть считаема за недосмотр.— Принимает мы за вероятное, что празднование памяти Владимира установил,— конечно, через посредство церковной власти, Александр Ярославич Невский, побуждаемый тем, что в день его кончены одержал свою знаменитую победу, cfr наше сочинение: История канонизации святых в Русской церкви).

2) У нас под руками два списка службы Ольге: Академичч. из Волоколл. № 372 л. 161 об. и № 389 л. 263 об. В службе читается: «проси мира князем и на поганые победы»... (4-й стих 3-й песни канона), «мир ведвижим князем испроси»... (3-й стих 6-й песни канона). Из этих слов как будто следует, что она писана еще до единовластных великих князей Московских (ни с другой стороны не есть ли она творение Пахомия Сербина,—Филар. Обз. (§ 95, который просто тем же воображением, что и выше, переносится во времена многих князей?)—О службе см. в приложениях.

 

 

394

В нынешних святцах кроме названных четверых—Бориса с Глебом, преп. Феодосия и св. Леонтия, есть еще не малое количество святых из периода домонгольского; но внесение в святцы всех других святых и начало празднования их памятей (со включением в то число, как сейчас сказано, и преп. Антония Печерского) относится к разному позднейшему времени.

Наши святые домонгольского периода были канонизованы собственною властью нашей Русской церкви без сношения с патриархами Константинопольскими. Так это было, как мы сказали выше, и в Греции, где канонизация святых принадлежала местным церквам. Какими правилами руководствовались при сем в Греции, остается нам неизвестным 1). Но у нас, как это ясно дается знать, для сего требовалось, чтобы тела или останки святых были прославлены чудотворениями. Одновременно с Борисом и Глебом потерпел мученическую смерть от руки Святополка третий сын Владимира Святослав; но его тело отсутствовало 2) и не творило чудес, а поэтому об вместе с двоими первыми и не причислен к лику святых. В Ростове одновременно были открыты мощи Леонтия и Исаии, и однако причислен к лику святых только один первый: необходимо подразумевать причиною то, что только при его мощах совершались чудотворения. В Смоленске было написано житие Авраамия, и однако он не был причислен к лику святых: ясно, что к свидетельству жития не доставало свидетельства чудотворений. Что последние считались необходимым условием для канонизации, это ясно дают знать автор Похвалы Владимиру и вслед за ним летопись. Первый, а за ним вторая жалуются, что Русские люди, обязанные Владимиру таким великим благом, как христианская вера, не воздают своему крестителю «почестья противу оного изданью»: «да аще быхом, говорят они, имели потщание и молбу приносили Богу зань в день преставления его, видя бы Бог тщание наше к нему, прославил бы й». Т. е. прославил бы чудотворениями, после чего—подразумевается—он был бы причислен к лику святых.

На основании сейчас сказанного может быть дан частный вероятный ответ на вопрос: почему Владимир и Ольга не были причислены к лику святых в период домонгольский. Именно—ответом

1) Cfr сейчас указанное наше сочинение История канонизации святых в Русской церкви.

2) Бежав от Святополка в Венгрию, он убит и погребен на горе Угорской или на Карпатах.

 

 

395

этим будет то, что вероятно в продолжение всего периода домонгольского при их гробах не совершалось чудотворений.

Вместе с чудотворениями, как это и в позднейшее время, не составляло необходимого условия для причтения к лику святых или для канонизации нетление мощей. Мощи Бориса и Глеба, быв открыты, найдены нетленными, но учредить праздник в честь их или канонизовать их решено было прежде, чем открыты были мощи. В известии о канонизации преп. Феодосия ничего не говорится об его мощах. Св. Леонтий был канонизован не тотчас и ее вскоре после того, как были открыты и найдены нетленными его мощи. Открытие мощей последнего вместе с мощами Исаии, совершенное не вследствие бывших при их гробах чудотворений и не с целью их канонизации, возбуждает и другой вопрос, на который мы затрудняемся ответить: какая была цель этих открытий. Авторы кратких житий Леонтия и Исаии, говоря об открытии их нощей и обретении последних нетленными, выражают такую радость, что как бы это было уже самым прославлением святых. Из сего можно заключать, что нетление мощей считалось залогом прославления (посредством чудес).

В древнее и старое время под нетлением мощей не разумели непременно целости всех тел, но столько же целость и одних костей. Прежде всего самое слово мощи значит именно кости и с совершенною ясностью употребляется иногда в старом языке для обозначения их одних, а не целых тел: в 1472 г. в Москве по случаю перестройки Успенского собора открывали гробы митрополитов, и в одной летописи читаем о результате досмотра: «Иону цела суща обретоша, Фотея же цела суща не всего, едины ноги толико в теле, а Кипреяна всего истлевша, едины мощи» 1). Что касается в частности и собственно мощей святых, то помянутый выше летописец прямо и ясно высказывается, что под мощами святых должно разуметь именно кости и говорит о простом народе: «кой толко не в теле лежит, тог у них не свят, а того не помянут, яко кости наги источают исцеления» 2). Зиновий Отенский в своем «Истины показании», писанном в 1566 г., говорить: (во Святых Господних, в церквах положенных), воистинну удивляет вся воля Божия: чудо бо преславно воистинну—кости годы сухи на

1) Софийск. лет. 2,—в Собр. летт. т. VI, стр. 195 fin.

2) Ibid., стр. 196. Cfr Историю митр. Платона,I, 323.

 

 

396

всякие недуги и болезни исцеления точат и бесов прогоняют» 1). В грамоте Новгородского митрополита Питирима от 1667 г. читаем о мощах Нила Столбенского: «гроб и тело его святое земли предадеся, а мощи святые его целы все» 2). Если с сейчас приведенными указаниями относительно значения и употребления слова мощи мы обратимся к известиям о мощах снятых периода домонгольского, то увидим, что и они в некоторых случаях говорят о костях, а не о целых телах. Первоначальный наш летописец, бывший монахом Печерского монастыря и сам откапывавший по поручению игумена мощи преп. Феодосия, говорит: «прокопах (место в пещере, где положен был Феодосий) велми и влезохом (с товарищем) и видехом и (Феодосия) лежащь мощьми, но составы не распалися беша и власи главнии притяскли бяху»: оборот «мощьми» и слово «состави», при соображении указанного выше, не оставляют сомнения, что летописец говорит об обнаженных костях, причем вместо не совсем определенного «не распалися беша» в некоторых, списках стоит совершенно определенное «не разсыпалися быша». О мощах Бориса и Глеба, Леонтия и Исаии сказания говорят, как о целых телах.

Как кажется, в период домонгольский мощи святых полагались не на вскрытии в том смысле, что оставлялась открытою верхняя гробовая доска, а в наглухо закрытых гробах. Так думать заставляет то обстоятельство, что некоторые мощи, напр. Феодосия Печерского, были поставлены не в самой церкви, а в притворе или на паперти 3). Если бы мощи были открыты, то едва ли бы находили удобным и приличным ставит их в притворе 4).

1) Рукоп. Моск. Д. Акад. № 61 стр. 324.

2) Акты историчч. IV, 207 col. 2.

3) «Принесше (из пещеры) положиша и в церкви своей ему в притворе на десней стране», летоп. под 1091 г.. А также и мощи Исаии Ростовского: «полагают святого в притворе на правой стране входя в церковь».—житие в Правосл. Собеседн. 1858 г., кн. I, стр. 446. Что и у Греков нощи святых подавлялись в притворах, см. Вальсам. с толков. на 2 пр. Дионисия Александр.,— у Ралли и Π. IV, 8 (а в древнейшее время нощи мучеников полагались и не в церквах, а в особых кимитириях).

4) У Греков по крайней мере до конца XI в. мощи святых, находившиеся в церквах, не только не предлагались на вскрытии, но и находились в закрытых раках не поверх полов церквей, а под полами: о древнем времени до

 

 

397

Кроме свитых прославленных и настоящим образом канонизованных для общего или местного празднования были еще в период домонгольский, как и во всякое время после, святые, так сказать, непрославленные,—люди, по существовавшим о них мнениям, свято почившие, которым не творилось празднований церковных даже и местных, но которых память и гробы более или менее усердно чтились (подобно напр. тому, как в настоящее время в Москве—у Троицы чтутся памяти и гробы митрополитов Платона и Филарета).

Таких святых по мнению и так сказать по чаянию народному в разных местах России, вероятно, было не мало.

Из них известны и могут быть указаны:

В Киеве. После Владимира и Ольги вел. кн. Мстислав Владимирович, по христианскому имени Феодор, скончавшийся в 1132 г. и положенный в церкви св. Феодора, им самим созданной (его имя даже внесено в некоторые святцы, см. у Восток. № 319 л. 100 об., стр. 452). Затем, вероятно, многие или по крайней мере некоторые из сонма подвижников Печерских и во главе их, конечно, преп. Антоний.

В Чернигове. Князь Игорь Ольгович (внук Святослава, правнук Ярослава), убитый в 1147 г. Киевлянами и вскоре перенесенный из Киева в Чернигов.

В Смоленске. Преп. Аврамий Смоленский (о котором см. в первой половине тома стр. 640).

В Пскове. Князь Новгородский Всеволод-Гавриил Мстиславич, изгнанный из Новгорода в 1136 г. и скончавшийся во Пскове в следующем 1187 г.

В Ростове. Епископ Исаия, преемник св. Леонтия, мощи которого были открыты и найдены нетленными одновременно с мощами последнего.

VI века включительно см. Прокопия в De aedificiis libi I, cap. IV (о мощах апостолов Андрея, Луки и Тимофея, находившихся в Константинопольской церкви апостолов); что касается до позднейшего времени, то в 1087 г. Барские купцы нашли мощи Николая Чудотворца под полом церкви в закрытой наглухо раке (см. в Трудах Киевск. Д. Акад. в Декабрьской кн. 1874 г. статью Красовского: Установление праздника 9 Мая, стр. 549). — Мощи Иоанна Златоустого в Григория Богослова, находившиеся в церкви апостолов, лежали запечатанными в каменных ковчегах во второй половине XIV века (Диакон Игнатий, у Сахарова в Сказаниях русского народа, т. II, кн. 8, стр. 101).

 

 

398

Во Владимире Кляземском. Аврамий, мученик Болгарский. Этот Аврамий 1), родом не русский, а какого-то «иного языка» христианского, был весьма богатый купец, объезжавший для торговли земли и города; когда он прибыл к Болгарам Камским в их столицу, то последние, отличавшиеся веротерпимостью 2), по неизвестной причине начали нудить его отречься от Христа; но он не захотел сделать этого и предпочел мученичество, которого и сподобился 1 Апреля 1229 г. Черев год его мощи, погребенные на общем христианском кладбище столицы Болгарской, были принесены во Владимир и положены в женском Успенском монастыре 3).

Празднования, установленные у нас в период домонгольский в память событий, как мы сказали, не своих, а чужих, были: 9 Мая перенесения мощей Николая Чудотворца и, может быть, 1 Октябри Покрова Божией Матери.

Мощи Николая Чудотворца были перенесены из города Мир в Ликии, где он был епископом и где скончался, в Бар-град или город Бари в южной Италии в 1087 г» Это перенесение мощей было собственно их похищением со стороны Барян. Около 1036 г. Ликия с Мирами подпала власти магометан и у жителей Итальянских коммерческих городов, ведших торговлю с Малой Азией, явилась мысль приобрести мощи Николая Чудотворца, как знаменитейшего святого христианского мира и в частности как патрона мореплавания. В 1087 г. одновременно приняли намерение сделать это купцы Венецианские и Барские, причем последним удалось предупредить первых. Приплыв в Миры и пришед в церковь св. Николая Чудотворца, находившуюся вне тогдашнего города, они нашли ее стражами четырех живших при ней монахов. Заставив последних обманом указать себе место, где находились мощи, и отняв у них возможность дать известие о совершаемом хищении в город, онинашли мощи в гробнице под полом церкви, с поспешностью вынесли их из нее и бежали на корабль. В Бар они прибыли с мощами после 19-дневного плавания 9 Мая 1087 г.. В России были получены известия об этом событии и было установлено

1) Сказание о нем  Лаврентьевской летописи под 1229 и 1230 годами.

2) Как дается знать в сказании упоминанием о христианском кладбище в их столице.

3) О святых и о почитаемых усопших домонгольского периода cfr указанное выше наше сочинение: История канонизации святых в Русской церкви.

 

 

399

в память его празднование почти тотчас же, как оно случилось. Каким образом были и могли быть получены известия, мы говорили;выше(первой полов. т. стр. 774); но установление празднования составляет не легко-решимый вопрос. Из страны православной мощи, были похищены в страну отпавшую от православия: какая же могла быть причина для установления празднования? Что это было сделано не по приказанию папы, власть которого будто бы признавали тогда Русские, как хотят утверждать католические писатели, совершенно ясное и совершенно современное доказательство на сие представляют сношения папы Климента с нашим митрополитом Иоанном II, да и вообще думать, будто мы когда-нибудь признавали власть папы или были с ним в единении могут только именно эти писатели. Остается  полагать, что Русские видели в этом перенесении мощей их изхищение из нечистых рук мусульманских в руки хотя и не православные, но все-таки христианские, и что взгляд на дело с сей-то стороны и побудил их установить празднование в память события. В нашем слове на перенесение или о перенесении мощей (см. о нем выше ibid.), воспроизводящем латинские сказания, есть одна особенность против последних. В нем утверждается, что Баряне решились принести к себе мощи вследствие видения, бывшего одному «благоверному» пресвитеру, которому явился св. Николай и приказал передать Баранам свое желание быть положенным в их городе. Под «благоверным» пресвитером несомненно должно разуметь греческого православного священника, т. е. священника тех православных Греков, которые были в Баре, как и во многих других местах южной или нижней Италии. На этом основании можно думать, что православные Греки итальянские (приходившие в Киев для торговли с другими Итальянцами) уверяли Русских, будто перенесение случилось по их желанию и при их содействии и будто св. Николай пожелал лежать в неправославной Италии именно ради их — православных. А если так, то это должно было еще более расположить Русских к тому, чтобы видеть в перенесении событие радостное, а не скорбное. Множество чудес, которые совершались при мощах Николая Чудотворца в первое время по их принесении в Бар-град и слухи о которых дошли до них 1), еще более должны были утвердить их в сейчас указанном взгляде на дело. В каком именно году было установлено празднование 9 Мая, точным образом

1) О чудесах говорится в нашем русском слове.

 

 

400

неизвестно; но вообще, как дает знать наше слово на перенесение мощей, весьма в скором времени после самого события 1).

Празднование Покрова Божией Матери 1 Октября установлено у нас в России в воспоминание одного чудесного видения, о котором повествуется в житии одного греческого святого, именно—преп. Андрея, Константинопольского юродивого.

Преп. Андрей жил во времена импер. Льва Великого (457—474) или неизвестно когда позднее. Он был родом Скиф или не Грек и в детстве был куплен в рабы одним Константинопольским вельможей. Наученный греческому языку и грамоте, он начал прилежно читать жития мучеников и святых и наконец возревновал подражать последним. Для подвижничества ему нужна была свобода от рабства, а так как он не надеялся получить ее от господина, то избрал подвиг юродства, дабы быть отпущену, что и случилось, как рабу непотребному. Юродствовав на улицах и ринках Константинополя и подвизавшись подвигом суровейших лишений в продолжение 66-ти лет, преп. Андрей, по его житию, сподобился очень многих видений, к числу которых принадлежит и то, в воспоминание которого установлен наш праздник.

В житии Андрея об этом последнем видении читается следующий рассказ: «Некогда во время совершения неусыпаемого славословия (всенощного бдения) в святом гробе, находящемся во Влахернах 2), пошел туда блаженный Андрей, творя (дорогою) обычное (т. е. юродствуя). Присутствовал там и Епифаний, (друг Андрея

1) Читаемая в рукописях служба на перенесение мощей (см. в приложениях), не содержащая признаков времени, может быть, написана вскоре после установления праздника и автор ее не есть ли Григорий, ионах Печерский, который называется в Патерике «творцом канонов» и которому после канона преп. Феодосию может быть усвояем только наш канон (если разуметь каноны на определенные праздники, а не просто для молитвенного употребления)?

2) Влахернами в Константинополе называлась местность, составляющая его северо-западный угол, прилежащий к Золотому рогу или заливу. Императрица Пульхерия, сестра Феодосия младшего и супруга Маркиана († 453), построила здесь знаменитую церковь Божией Матери, получившую от места название Влахернской. Император Лев Великий пристроил к церкви придел и в нем положил, (в 469 г.) обретенную в Иерусалиме и принесенную в Константинополь нешвейную ризу Божией Матери, для которой устроил из золота и серебра великолепный ковчег, называвшийся святым гробом—ἅγιος σωρός. В нашем видении под снятым гробом разумеется придел сего святого гроба. Всенощное бдении в честь Божией Матери совершалось в нем под каждую субботу.

 

 

401

из благородных юношей) с одним из своих рабов. Имел же (блаженный) обычай стоять (там на бдении), смотря по тому, сколько давало бодрости расположение духа, — иногда до полуночи, иногда же до утра. Итак, когда был уже четвертый час ночи, видит блаженный Андрей ясными очами (ὀφθαλμοφανῶς) Превеличайшую, идущую в женском образе от царских дверей 1) в сопровождении страшной свиты, в которой были и честный Предтеча и сын Громов, державшие ее под руки с обеих сторон, и многие святые в белых одеждах предшествовали ей, другие же последовали с пениями и песнями духовными. Когда она приблизилась к амвону,—идет блаженный к Епифанию и говорят: видишь ли Госпожу и Владычицу мира? этот отвечает: да, отче мой духовный. И когда они смотрели, (Богоматерь), преклонив колена свои, молилась на многий час, омочая слезами свое боговидное и непорочное лице. После окончания молитвы она вошла в алтарь, моляся в нем за окружающий его народ. Когда кончила молитву, то омофор 2) свой, который имела на своей пренепорочной главе и который был как вид молнии, сняв с нее с прекрасною честностию 3) и взяв в свои пренепорочные руки, — великий и страшный, распростерла поверх всего стоявшего там народа. Чудные мужи (т. е. Андрей и Епифаний) на многий час видели его распростертым над народом и блистающим славою Господа как илектр. Доколе там была всесвятая Богородица, видимбыл и он; когда же удалилась Она, невидим стал и он: совсем взяла его с собой, благодать же оставила бывшим там»... В заключение рассказа прибавляется, что видение было для Епифания предстательством богоносного отца, т. е. св. Андрея (жития глава 24-я, у Болландистов р. 94).

В воспоминание этого-то видения и был установлен у вас в России праздник Покрова Божией Матери. Весьма нелегко ответить на вопрос: что было побуждением к его установлению или как случилось, что он был установлен? Отвечают на него, что св. Андрей был принимаем предками нашими за Славянина, что на видение, которого он удостоился, они смотрели, как на залог Божия благово-

1) Под царскими дверями разумеются не наши царские двери алтаря, а главные входные двери в церковь, — у Греков эти последние назывались царскими.

2) Τὸ μαφόριον — женский головной покров, женский головной платок (убрус).

3) Τῇ ὠραία σεμνότητι—важностью, пристойностью (изяществом).

 

 

402

ления к народам славянским и что по сей причине и установили праздник, придавая ему значение как бы празднования национально-славянского 1). Но трудно понять, с какой стати предки наши, считая преп. Андрея за Славянина, усвоили ему сейчас указанное значение, когда видение было не у Славян где-нибудь, а в Константинополе. В древних Прологах славянских читается краткое слово о нашем празднике, которое дает ответ на вопрос об его установлении, но, к сожалению, ответ, которому не достает совершенной определенности. Сказав кратко о страшном и чудном видении святым Андрею и Епифанию, автор слова продолжает: «Се убо егда слышах (—в), помышлях: како страшное и милосердное видение и заступление наше бысть без праздника; надеяжеся на милосердая твоя словеса, Владычице, еже к Сыну в молитве рече: Царю небесный, приими всякого человека, славящего Тя..., тем словесем надеяся въсхотех, да не без праздника останеть святый покров твой, Преблагая, но якоже ты хощеши украсити честный праздник твоего покрова, Всемилостивая, украси, да прославляющий тя взвеселятся, видящи многоименне твоя праздникы сияющи»... Эти слова, как, по-видимому, совершенно ясно, говорит человек, который установил праздник, т. е. в этих словах дается знать, что праздник уставлен каким-то частным лицом или каким-то одним человеком. Но в заключение слова по девяти спискам, которые мы имели под руками 2), говорится—по одним: «уставы же таковы праздник праздновати месяца Октямъбря в 1 день»... по другим: «уставижеся таковы праздник»... До окончательного разъяснения дела, если оно возможно, мы полагаем, что или должно читать: «уставах», или читая: «уставное» должно относить безличную речь автора к и ему самому, как бы он хотел сказать: «уставися нами», вообще полагаем, что на основании слова должно приписывать установление праздника какому-то

1) Что предки наши, разумея под Скифами Славян, и именно сами себя (cfr летопись под 907 г.), и св. Андрея принимали за Славянина, это видно, во-первых, из того, что слова жития Андреева: ἦν τῷ γένει Σκύθης по-славянски переводятся: «беаше же родом Словенин» (см. житие в Четь-Минее митр. Макария под 2 Октября), во-вторых—из того, что и в древнем проложном сказании св. Андрей называется Славянином, см. у Срезневск. в Сведениях и заметках о малоизвестных и неизвестных памятниках № LXXXVII стр. 159 нач..

2) Восемь списков XIII—ΧΙV века Типографской библиотеки и девятый 1400 г. Синодальной библиотеки.

 

 

403

одному человеку и чьей-то частной и личной инициативе. Допуская и принимая это, мы без особенного труда объясним себе загадку установления праздника: с частным человеком могло случиться, чтобы он возымел мысль установить праздник и без всякого особенного повода, просто возбужденный ревностью прославить видение, свидетельствовавшее о готовности Божией Матери к заступлению рода христианского. Но если и здесь должно искать особенных поводов, то нам представляется до некоторой степени вероятным думать следующее: у нас в России в честь Константинопольской Влахернской церкви были устрояемы церкви ее имени 1); так как видение имело место во Влахернской церкви, то кто-нибудь из основателей или настоятелей наших Влахернских церквей и пришел к мысли установить в память видения праздник. Так или иначе, но если праздник был установлен по инициативе какого-нибудь частного лица, то он долженствовал быть сначала частным праздником только того места, где был установлен, причем самое вероятное подозревать какой-нибудь знаменитый монастырь 2). Будучи в начале местным, праздник скоро мог сделаться общим по крайней сочувственности всем его мысли и цели, т. е. по той причине, что прославлять покров Божией Матери и молить Ее о нем исполнены готовности все христиане. Что праздник не заимствован нами от кого-нибудь из

1) Так, Стефан, игумен Печерский, преемник преп. Феодосия, будучи согнан с игуменства братией монастыря, составил себе в Киеве свой собственный монастырь «и церковь возгради (в нем) в имя святыя Богородиця и нарек место то по образу сущаго в Костянтиниграде—из Лахерьна» (Нестор в житии Феодосия на конце). А вообще об известности и знаменитости у нас Влахернской церкви дает знать Патерик Печерский, по которому зодчие для строения Печерской церкви были посланы Божией Матерью из Влахерны.

2) Что праздник сначала был местным в том смысле, что был праздником не всей страны, а одной какой-то области и одного какого-то города, это совершенно ясно дается знать в каноне ему, в котором многократно говорится об одном князе и об одном городе. Канон мы имеем под руками в двух списках—Синодальном 377 л. 1 и Академ. из Волок. № 389 л. 1. Во 2 стихе 3 песни: «защити князя и люди». В 4 стихе той же песни: «молися победу дати князю на враги». В 4 стихе 4 песни: «Укрепи, Владычице, славящего тя князя на враги— и заступнице граду нашему». В 4 стихе 5 песни: «подати победу князю нашему, погубити (на) нас воюющих». Во 2 стихе 8 песни: «благочестивому князю нашему рог возвыси». В 1 стихе 9 песни: «спаси град и люди умножи и дай же князю здравие». Во 2 стихе той же песни: «радуйся страж граду нашему».

 

 

404

южных Славян, а, наоборот, последними заимствован от нас,в этом удостоверяют, или по крайней мере дают все право думать это, слова службы: «Владычице... за вы грешные к Богу помолися, твоего покрова праздник в рустей земли прославльшим» 1). Когда установлен праздник, это пока вовсе неизвестно. Желающие положительно относить его к периоду домонгольскому ссылаются на то, что в Новгороде есть Покровский Зверин монастырь, существующий по крайней мере с первой половины XII века, и что близь Владимира есть Покровская церковь, построенная по всей вероятности Андреем Боголюбским и во всяком случае несомненно относящаяся к периоду домонгольскому. Но монастырь и церковь суть ли Покровские с периода домонгольского или стали таковыми только в последующее время, это остается неизвестным 2). Праздник находим записанным в святцах второй половины XIII века 3); следовательно, он явился не позднее этого времени. Если принимать предположение, что сначала он явился в виде частного праздника, то первое его установление можно будет относить к периоду домонгольскому, потому что как бы ни скоро частный праздник сделался общим, но все-таки для этого нужно было некоторое время. На вопрос: почему праздник положен 1 Октября, пока не можем отвечать совершенно ничего 4).

Пространное и в своем роде весьма замечательное житие св. Андрея юродивого написано священником церкви св. Софии в Константи-

1) Канона 8-й песни стих 1-й. Кроме наших двух списков см. указание относительно нашего места еще на третий в Описании Синодд. ркпп. Горск. и Невостр., Отд. III. 1, стр. 554, JV 431 л. 126 об..

2) Церковь Зверина монастыря под 1148 г. называется в летописях церковью св. Богородицы, но не называется Покровскою.

3) Святцы Румянцевского Обиходника, напечатанные преосв. Макарием в приложениях к 3-му т. Истории, по изд. 2 прилож. 5.

4)  1 Октября память преп. Романа сладкопевца, который, жив в Константинополе при церкви Богородицы Кировой, ходил во Влахернскую на всенощные бдения: нет ли тут какой-нибудь связи? Стефан Печерский, устроив свой Влахернский монастырь, по вся лета творил в нем праздник светл святей Богородице месяца Иулия во 2 день (положению честные ризы Богородицы во Влахернской церкви,—Нестор в житии Феодосия). Что касается до самого Андрея Юродивого, то он скончался по житию 28 Мая, а в наших старых святцах его память записана под различными числами: 2 и 16 Октября, 4 и 5 Июня (в греческих святцах его нет). О службе Покрову см. в приложениях.

 

 

405

нополе Никифором, который выдает себя за современника и за близкого друга святому (оно напечатано в Acta SS. Болландистов, Maiit. VI, Corollarium). Но личность автора возбуждает сомнения: он был уже священником, когда Андрей начал юродствовать (сар. 2 sub fin.); Андрей юродствовал 66 дет (сар. 28); житие написано не тотчас после смерти Андрея, а после того, как умер ученик его Епифаний, согласно с его пророчеством бывший после его смерти епископом (sic) Константинопольским (ibid.). Таким образом, должно будет выходить, что Никифор писал житие более чем в столетней старости, что не весьма вероятно.

Время жизни св. Андрея автор вовсе не обозначает годами (хотя и сообщает день его смерти в неизвестном году). Но он говорит, во-первых, что вельможа, купивший его в рабы дитятей, жил при импер. Льве Великом (ἀνήρ τις ἐν Κωνσταντινουπὸλει ἐπἱ τῆς βασιλείας Δέοντος τοῦ φιλοχρίστου βασιλέως τοῦ μεγάλου, cap. 1нач.); во-вторых, что во время его юродства был его современником св. Даниил столпник, что в Анапле (сар. 18), который взошел на столп, в 465 г., а скончался в 489 г. (у Болландистов место о Данииле понято и переведено неправильно). По сим двум согласным между собою свидетельствам время жизни Андрея должно быть относимо ко второй половине V века. Однако в житии есть признаки, которые заставляют относить жизнь его к более позднему времени. Таковые признаки суть: во-первых, житие, если оно современно Андрею, должно быть относимо но его языку (который весьма варварствует) к более позднему времени, чем V век; во-вторых, говорится в житии, что Андрей, приняв на себя подвиг юродства, «начал ребячествовать по примеру оного древнего дивного Симеона» (сар. 2 fin.), а разумеемый тут Симеон, юродивый Сиро-Палестинский, жил во второй половине VI века 1): в-третьих многократно упоминаются в житии Сарацины и Агаряне и в одном месте ясно представляются народом, высоко поднявшим рог свой на Византию (сар. 25).

Полагают, что под Львом Великим жития должен быть разумеем Лев философ (886—911). Однако последнего, сколько знаем, никто не называет Великим. Притом, упоминание о Данииле столпнике, как современнике Андрея, дает знать, что примирения противоречий или разрешения вопроса о них должно искать иным путем.

Время пребывания на кафедре Константинопольской ученика Андреева Епифания должно бы служить к определению времени жизни первого. Но Епифаний взошел на кафедру с монашескою переменою имени и не называемый в житии по этому второму имени он остается между епископами (sic) Константинопольскими вовсе неизвестным. Господин, ку-

1) В наших святцах 21 Июля; у Болландистов его жизнь под 1 Июля, ibid. t. I. р. 136 sqq.

 

 

406

пивший Андрея в рабы, по имени Феогност, имел сан протоспафария и наконец был стратилатом в восточных пределах; но пока у летописцев византийских не найдено подобного Феогноста.

Житие св. Андрея, как мы сказали, весьма пространное и в своем роде весьма замечательное, после изображения подвигов его юродства и суровейшего аскетизма, повествует: о многочисленных видениях, ему бывших, о случаях обличения пм людей грешных и о многообразных (отчасти так сказать апокалипсических по характеру) беседах его с Епифанием.

(Нарочитый экскурс о житии Андрея юродивого см. у Срезневского в Сведениях и заметках о малоизвестных и неизвестных, LXXXVII, стр. 149 sqq).

Относят к периоду домонгольскому установление в Новгороде празднования иконе Знамения Божией Матери, 27 Ноября, в воспоминание бывшего от нее чуда.

Зимой 1169 г. великий князь Суздальский Андрей Юрьевич Боголюбский, ссорясь с Новгородцами из-за Двинских областей и из-за принятого последними враждебного ему князя 1),послал на Новгород весьма большую рать под предводительством сына своего Мстислава, которому сопутствовало еще пятеро князей с вспомогательными войсками из других княжений. Опустошив область Новгородскую и пожегши ее села, Суздальцы подступили к самому Новгороду. Тогда владыка Новгородский Иоанн с посадником Якуном вынесли на острог, сделанный около города по случаю нашествия врагов, икону Знамения Божией Матери, находившуюся в церкви Спаса на Ильиной улице. Три дни съезжались Новгородцы биться с Суздальцами; в четвертый день, 25 Февраля, Суздальцы пустили на острог стрелы, как дождь,—и обратилась икона лицом к городу и напала на Суздальцев тьма и все ослепли, а Новгородцы, вышед на поле, одних избили, других изымали, а прочие разбежались, и пленных взято было такое множество, что продавали человека по две ногаты 2).

1) Ронана Мстиславича, сына Мстислава Изяславича Владимиро-Волынского, которого Боголюбский прогнал из Киева в предшествующем 1168 году.

2) Мы передали редакцию сказания, помещенную в 4-й Новгородской летописи, которая представляется нам старейшею. Другая редакция (в Новгородской 3-й летописи краткая, а в Псковской 2-й летописи имеющая вид пространной и цельной повести), говорит, что архиепископу Иоанну был глас во время молитвы вынести на град икону Богородицыну, что архиепископ послал было за иконой архидиакона, по она не двинулась, и что когда он сам пришел со кре-

 

 

407

Более чем вероятно, что празднование иконе Знамения в воспоминание этого чуда установлено не в 1169 г., а спустя значительно времени после. Во всех сказаниях владыка Новгородский называется Иоанном, но он был не Иоанн, а Илия, принявший имя Иоанна только перед смертью, при, пострижении в монашество, и употребление в сказаниях второго имени вместо первого несомненно указывает на позднейшее время. Во-вторых, об установлении празднования вовсе не говорит древняя Новгородская летопись, писанная современниками 1), равно как не говорят о нем и другие древние летописи 2). В третьих, сохранился до настоящего времени от второй половины XII века Устав церковный, принадлежавший именно Благовещенскому монастырю архиепископа Илии: в его месяцеслове нет нашего праздника. Наконец, в четвертых и главное — весьма трудно и совсем невероятно допустить, чтобы Новгородцы захотели установить этот праздник тотчас после победы или вообще в период домонгольский. Сделать это значило бы нанести Суздальцам тяжкую обиду, а на это они не могли решиться ни при Андрее Боголюбском, к которому, не смотря на победу, обратились в следующем 1170 г., ни при его преемниках до конца периода (Праздник находим записанным в месяцеслове второй половины XIII века 3); когда он установлен ранее, сказать не можем. Новгородцы победили Суздальцев 25 Февраля, а праздник — 27 Ноября; это объясняют так, что не находили удобным временем для него великий пост, в среду на второй неделе которого было 25 Февраля в 1169 г. и в котором оно по большей части приходится и что поэтому установили его праздновать в день ангела тогдашнего воеводы Якуна, ибо 27 Ноября Иакова

стами, икона двинулась сама о себе. 1-я Псковская летопись, сокращенно повторяя 4-ю Новгородскую, прибавляет новое против ней и против других двух помянутых выше, что «застрелиша Суздальцы икову». По трем первым летописям число князей, приходивших под Новгород, было 70 и 2.

1) Т. е. Новгородская 1-я летопись.

2)     Лаврентьевская и Ипатьевская (последняя под 1173 г.).—Все три летописи ничего не говорят и о чуде, бывшем во время осады, но автор второй из них, повторяемый в последней, пишет: «слышахом преже трии лет бывшее знаменье Новегороде всем людем видящим: в трех бо церквах Новгородьскых плакала на трех иконах святая Богородица, провидевши бо Мати Божия пагубу, хотящюю быти нал Новым городом»...

3) Румянц. Обиходника, напеч. преосв. Макарием (Однако написанное  святцах: «Знамение святые Богородица, иже на иконе» необходимо ли разуметь о нашем Новгородском празднике?).

 

 

408

Персского. Если бы было несомненно доказано, что праздник установлен в 1169 году, то, конечно, объяснение можно было бы находить удовлетворительным. Но пока дело составляет вопрос).

Кроме праздников, нарочито установленных, была еще у нас в период домонгольский категория новых и собственно Русских праздников, относительно которых со всею вероятностью следует думать, что они не были установлены нарочно, а вводились сами собой. Эти праздники—дни освящения некоторых знаменитых церквей, как-то: Владимировой Десятинной, Софии Киевской Ярославовой и других. Обыкновенно думают о происхождении этих праздников, что князья установляли их нарочитыми узаконениями. Но гораздо вероятнее думать о них совсем другое. В древнее время день освящения каждой церкви долженствовал быть для нее великим годовым праздником, т. е. каждая церковь ежегодно должна была праздновать день своего освящения как большой праздник 1). Естественно, что по сей причине церкви отмечали в своих месяцесловах или вносили в свои святцы дни своих освящений. Писцы книжные, переписывая святцы знаменитых церквей для других церквей, не выпускали из них местных праздников первых, а таким образом праздники эти распространялись по святцам и становились общими праздниками всей Русской церкви. В позднейших святцах праздников этих уцелело немного, именно—12 Мая освящение Десятинной Владимировой церкви, 11 Мая и 4 Ноября два освящения Киевской Ярославовой Софии, 26 Ноября освящение Киевской Ярославовой церкви св. Георгия; но весьма вероятно, что в домонгольский период были вносимы из местных святцев в общие дни освящения и многих других церквей.

Один праздник из этой категории остался навсегда или до настоящего времени; это—праздник св. Георгия 26 Ноября, иначе осеннего Юрия 2). Причина, почему сохранился один этот праздник из числа многих ему подобных, очевидно, должна быть полагаема в особом усердии народа к св. Георгию, которого собственный, т. е. независимый от каких-нибудь сторонних поводов, праздник он видел в празднике 26 Ноября.

1) Симеона Солунского De sacro templo глава 121: О том, что в каждом божественном храме необходимо должно быть (ежегодно) празднуемо его священие,—у Миня в Патр. t. 155, р. 324.

2) Который, как мы сказали, есть празднование дня освящения Киевской Ярославовой церкви св. Георгия.

 

 

409

Новый праздник, установленный в период домонгольский Русскою церковью в совокупности с церковью Греческой, был праздник Всемилостивому Спасу и пречистой Богородице 1-го Августа. В настоящее время этот праздник у нас уже не празднуется 1), но об его прежнем праздновании свидетельствует народное название 1-го Августа Спасовым днем. Праздник учрежден был нашим великим князем Андреем Юрьевичем Боголюбским и императором Константинопольским Мануилом или, точнее говоря, учрежден был последним и принят по его предложению первым. О времени и причине установления праздника сказание, читаемое в Прологе, говорит, что в 1164 г. князь и император в один и тот же день вышли войной на врагов — первый на Камских Болгар, второй на Сарацин, и что оба они одержали над врагами победы заступлением  Всемилостивого Спаса и пречистой Богородицы. Но должно думать, что относительно времени автор ошибается, хотя Боголюбский, кото, рому он хочет усвоят инициативу, и действительно одержал победу над Камскими Болгарами в 1164 г. Сохранился до настоящего времени указ импер. Maнуила от 1166 г. о праздниках неприсутственных и полу-присутственных, т. е. о таких, в которые или совсем не должно быть присутствия в судах или должно быть только после обедни 2). Если бы не между первыми, то между вторыми долженствовал быть праздник только что учрежденный самим императором; а между тем его нет ни между одними ни между другими. Из этого следует, что в 1166 г. он еще не был учрежден. Весьма вероятно, что Мануил установил праздник в 1168 г. по

1) В настоящее время у нас 1-го Августа «Происхождение честнаго и животворящаго креста Христова»—праздник в воспоминание того, что в Константинополе, начиная с l-го Августа до Успеньева дня, обносился по всему городу в торжественной процессии животворящий крест, хранившийся во дворце (см.  Констант. Порфирог. De ceremm. lib. II, с. 8, у Миня в Патр. t. 112, р. 1005. cfr преосв. Сергия Полный Месяцеслов Востока, т. II, ч. 2, Заметки, 1 Августа). Название праздника «происхождение» есть неудачный перевод греческого слова προέλευσις, которое значит торжественную церемонию, крестный ход (или может быть — πρόοδος, которое употреблялось в одном смысле с προέλευσις. Ношение креста или ходы с ним начинались с 1-го Августа, а поэтому в записано под 1-м Августа, с подразумением, что в этот день—начало ходов). Служба Всемилостивому Спасу (по содержанию — Спасу и Кресту) печатается в и Августовской месячной Минее до настоящего времени (и ее предписывает Минея совершать 1 Августа в тех храмах, которые посвящены Всемилостивому Спасу).

2)    Напечатан в Jus Graeco-Romanum Цахарие, III, 469.

 

 

410

случаю блестящей победы, одержанной им над Венграми (8 Июля 1167 г.), которую он усвоял заступничеству Божией Матери, почему когда возвратился с войны домой и в триумфе въезжал в Константинополь, то приказал везти впереди себя на особой колеснице ее икону 1). Что касается до Андрея Боголюбского, который вообще был князь из ряду вон благочестивый и особенно усердный чтитель Божией Матери, то он, нет сомнения, встретил бы предложение императора принять установленный праздник с величайшею готовностью и без особенных личных к тому побуждений. Но он имел этих личных побуждений слишком много, имел их и в то самое время, когда по всей вероятности пришло к нему предложение императора: в 1168 г. его войска (под предводительством сына его Мстислава) одержали победу еще более важную, чем та, которую он одержал в 1164 г. над Болгарами, именно — победу над его врагом великим князем Мстиславом Изяславичем, которого выгнали из Киева 2). Несомненно, что ни Киев ни Новгород ни питали к Боголюбскому ни малейшего расположения; а на этом основании более чем вероятно предполагать, что праздник, установленный им, был введен только в области Суздальской и что он не был первоначально принимаем ни в Киеве ни в Новгороде (если только и потом был принимаем 3).

1) Ἱστορία τοῦ Ἐλληνικοῦ ἔθνους ὑπὸ Κ. Παπαῤῥηγοπούλου, IV, 591 (О годе и дне победы—Geschichte von Ungarn Фесслера, изд. Клейна, I, 267). Под иконой должно разуметь знаменитую Константинопольскую икону Божией Матери Одигитрию, о которой сейчас ниже, и дело должно представлять так, что· император брал ее с собою в поход.

2) Предполагать, чтобы праздник был установлен по инициативе русского князя и от него принят императором, как представляет дело наш Пролог, и само по себе совершенно невероятно. Что это и на самом деле было не так, а наоборот, доказательства находим в самом же Прологе: в нем уцелел отрывок послания к Боголюбскому, писанного по приказанию Мануила (и по приговору всего причта церковного, как будто патриархом) с предложением принять праздник, см. у преосв. Сергия в Полн. Месяцеслове, т. II, ч. 2, Заметки, 1 Августа (cfr в Никон. лет. II, 159).

 

3) Нарочитую службу празднику мы, конечно, заимствовали от Греков вместе с самым праздником. См. о ней в приложениях.


Страница сгенерирована за 0.2 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.