Поиск авторов по алфавиту

Автор:Феофан (Говоров) Вышенский Затворник, святитель

Феофан Затворник, свт По случаю пожаров. Слово первое

218

XLII.

ПО СЛУЧАЮ ПОЖАРОВ.

Слово первое (1).

Что мне сказать вам и о чем начать говорить с вами?— Горестно положение наше, велика скорбь! Отяготела на нас рука Господня! Мало ли времени томит нас засуха? Но не прошла еще эта беда, как напала другая—пожар. Еще и думать мы не начинали о том, как оправиться от сего пожара, как напал другой. Еще не кончился этот, как повсюду прошла злая весть о непрерывности пожаров,—и изгнала нас из домов своих. Наш город ныне точно Иов,—которого теснили одно бедствие за другим, пока, лишив всего и покрыв ранами, не выбросили вон из города. И вот, и как тот вне города сидел на гноище,—так ныне у нас все почти вынеслись из домов и живут на пустырях, прибрежьях и иссохших потоках, как пчелы, выгнанные из ульев удушающим дымом. Вот до чего дошли мы!

(*) На 4-й день после двух больших пожаров. Жители выносились из домов. Неделя 12 по Пятидесятнице. 14-го августа 1860.

 

 

— 219 —

Кажется бы,—довольно испытания. Но и еще рука Господня высока.

Все, что может зависеть от предусмотрительности человеческой, сделано (1), и,—благодарение Господу!—опасность уже не так грозна, как было в начале. Но все же покой еще не возвращается к нам, чувство безопасности не приходит и благонадежие не осеняет духа нашего. Что же бы еще надлежало нам сделать, чтоб Господь возвратил нам покой наш?

Предложу вам одно сравнение, и вы сами догадаетесь, что надо нам сделать, чтоб Господь принял тяготеющую над нами руку Свою. Когда учитель, подняв руку, начинает грозить, все ученики, знающие за собою что-либо недолжное, тотчас исправляют свои вольности Не восстановится порядок,—не опустит учитель грозящей руки своей. Но что жизнь наша, как не училище благочестия, и кто учитель в нем, как не всепопечительный Господь? Вот над нами простерта грозящая рука Его и не опускается. Верно же, не все еще мы пришли в порядок, или не все все привели в себе в порядок, что Он не опускает ее. Итак, не будем недогадливее малоопытных детей! Как братья Иосифа, когда он поставил их в стеснительное положение, тотчас сознали свою вину и стали говорить друг другу: се во гресех есмы брата ради нашего (Быт. 42, 2), т. е, это мы терпим за то, что продали брата своего: так и каждый из нас, находясь ныне в стеснительном положении, пусть войдет в себя, сознается во всем, что найдет за собою неисправного—мало ли то, или велико, и положит твердое намерение исправиться. Пусть сознает один-одно, другой-другое, всякий-свое,—и все вместе воззовем: согрешихом, Господи, согрешихом, и крайнего Твоего отвращения достойни сотворихомся; но, не отстави милости Твоей от нас и пощади

(1) Учреждена военная стража по всему городу, сверх того каждый обязан иметь своего стража денно-ночного.

 

 

220 —

нас, смиренно кающихся Тебе! И—милостив Господь!—наверно прекратится беда наша! Разве страданиями нашими утешается Господь?! Нет. Но Ему души наши дороги, и коль скоро они приходят в свой чин, Он тотчас прекращает всякое исправительное бедствие. Таков уж закон промышления Божия о нас! Так, например, Давид согрешил. Бог предложил ему чрез пророка избрать одно из трех наказаний—или трех-месячную войну, или трех-годичный голод, или трех-дневный мор. Давид избрал последнее, говоря: да впаду убо в руце Господни. Но, смотрите, что было! Так как сердце Давида глубоко было сокрушено пред Господом уже самым назначением наказания; то Господь, приводя в исполнение определение Свое о наказании, не на три уже дня посылает смерть, а только от утра до полудня. И даде Господь смерть во Израили от утра до часа обеденного. Видите, какова сила сокрушения! И мало того: лишь только Давид, увидев ангела, биюща люди, возопил: се аз согрешивый!—т. е. лишь только он совершенно сознал, что вся вина на нем одном, и покаялся,—то в ту же минуту Господь повелел ангелу, погубляющему люди: довольно ныне; отыми руку твою (2 Цар. гл. 24.)! Вот и опущена карающая рука Божия! Кто это сделал? Покаяние. Обратимся же и мы к нему,—и увидим милость. Ибо наверно, этого только и ожидает Господь, чтоб помиловать нас. «Бог мог бы и тотчас прекратить всякое бедствие,—говорит св. Златоуст,—по Он не прекращает скорби, пока не увидит, что в нас произошло обращение и покаяние твердое и непоколебимое. И, следовательно, когда произойдет сие последнее, беды тотчас прекратятся милостивою рукою Господа. Как золотых дел мастер тотчас вынимает золото из горна, когда увидит, что оно хорошо очистилось: так и Бог тотчас отводит тучи бед, когда видит, что мы совершенно исправились.»

Да, если б мы попрежде положили начало покаянию и исправлению, то и совсем не постигла бы нас беда сия.

 

 

— 221

Если б вразумились мы засухою, не пришли бы пожары. Но как во время засухи церкви у нас были пусты, а места увеселений полны; то и нужно было новое вразумление. И вот оно! А что это так, можете судить по примеру Ниневии. На что грознее того определения: еще три дни, и Ниневия превратится! И, однако ж Ниневия осталась целою. От чего; Оттого, что как только возвестил пророк Ниневитянам о готовой им казни Божией, они тотчас во вретище и пепле покаялись пред Господом. Покаялись,—и пощажены; ибо не пагубы ищет Господь, а спасения. /7, говорит, возглаголю на язык и на царство, да искореню и разорю и расточу я. Видите,—как!!—Расточу, разорю, искореню... Какое грозное определение! Что же потом? Аще обратится язык той от всех лукавств своих, то раскаюся о озлоблениях, яже помыслих сотворити им (Иерем. 18, 7.). Т. е. если народ покается и исправится, то как бы ни было грозно определение, не потерпит никакого бедствия. Так, в наших руках было отвратить нависшую над нами тучу. Но мы пропустили первое вразумление без внимания,—и вот терпим новое наказание за нерадение и беспечность,—наказание уже более чувствительное. Что же делать?! Тогда пропустили,—теперь по крайней мере воспользуемся уроком, как следует. Покаемся и принесем плод достойный покаяния: исправим все, что есть в нас неисправного. Отложим гордость. Исторгнем из сердец корень зол—сребролюбие. Возрастим милосердие, правду, кротость^ Прекратим роскошь. Отвергнем изысканные украшения и одежды. Презрим забавы суетные, убивающие время, данное нам для делания добра. Дадим силу уставу св. Церкви. Умножим моления—тайные: на всяком месте и во всякое время,— общественные: здесь в храме Божием, держа себя в них, как и во всем, в должном порядке и покорности велениям Божиим. Сотворим все сие,—и могу вас уверить, что возвратится к нам желанный покой наш.

Но—вот—скажет кто: «мы и так убиты горем и по-

 

 

222 —

терями, а тут еще бьют нас обличениями и строгими уроками. Дайте нам слово утешения. Излейте елей на жгучие раны сердца.» Но, бр., я не о словах сладких заботился, а хотел показать вам дело, которое одно может доставить вам утешение истинное и прочное,—и не только утешение доставить, но и отвратить самое бедствие, постигшее нас, и все восстановить в прежний чин и порядок. Ибо ничего нет могущественнее покаяния. Можно, конечно, много придумать успокоительных слов, по что будет от них пользы? Ими можно только сверху закрыть рану, оставив злокачественную материю внутри. Но в таком случае непременно нужны будут новые прижигания, нарезы и пластыри,—иначе—новые беды во уврачевание наших греховных страстей. Покаяние же совершенно врачует все раны душевные,—и следовательно делает излишними все очистительные меры, устрояемые к тому Божиим отеческим о нас промышлением.

А о том и говорить нечего, что нам должно благодушно перенести постигшее нас бедствие. Вы так и делаете, сколько знаю. И пребудьте в сем расположении неизменными, воодушевляясь примером Иова, который один потерпел более, чем все мы, и однако ж не переставал благодушествовать. Внешне мы уже схожи с ним. Позаботимся уподобиться ему и внутренним настроением ума и сердца. Смотрите, как обобрали его беды!—И однако ж он не пал духом под тяжестью искушений. Но что?—Господь, говорит, даде, Господь и отъят. Якоже Господней изволися, тако и бысть. Буди имя Господне благословенно от ныне и до века (Иов 1 гл.). Будем и мы благословлять Господа и смиренно—в вере и любви-лобызать наказующую нас руку Его. Ибо все от Него. Другие участвующие здесь лица, если они есть, суть только орудия Его правды и милости. Источник же—Он один. А Он не по злобе наказывает; ибо бесстрастен есть,—а по одному желанию нам душевного спасения. Ему убо предадим себя, в сердечном исповедании: буди воля Твоя, Господи, на нас. Ему предоставим все; а

 

 

223 —

сами будем только покаянно молиться и молитвенно каяться, с твердым намерением жить благочестно,—по всем заповедям и оправданиям Божиим. И верно, не будем посрамлены в уповании сем.

Буди же, Господи, милость Твоя на нас, якоже уповахом на Тя! Аминь.

 


Страница сгенерирована за 0.63 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.