Поиск авторов по алфавиту

Автор:Евагрий Понтийский, авва

Евагрий Понтийский, авва О тщеславии

О тщеславии.

13. Из всех помыслов, только помысл тщеславия многопредметен, обнимая почти всю вселенную, и всем бесам отворя двери, как какой злой предатель какого-нибудь города. Он окрадывает ум отшельника, и, наполняя его множеством словес и вещей, губит молитвы его, которыми напрягается он врачевать раны души своей. Этот помысл распложают все побежденные уже демоны, чрез него получая опять вход в душу, и делая таким образом

627

 

 

последняя горша первых (Лук. 11, 26). От этого помысла раждается и помысл гордости, низринувший с небес на землю печать уподобления и венец доброты (Иезек. 28, 12). Но отскочи от него, не закосневая в нем, чтоб не предать иным живота нашего, и жития нашего немилостивым (Прит. 5, 9). Обращает в бегство этого демона усердная молитва и то, чтоб ничего произвольно не делать и не говорить такого, что ведет к проклятому тщеславию.

14. Когда ум отшельников приобретет немного безстрастия, тогда, взяв коня тщеславия, начинает он носиться по городам, неудержимо упояваясь похвалами и славою своею. Но, по смотрению Божию, сретив его дух блуда, и заключив в какой-нибудь хлев, научает его тем,—не оставлять одра прежде выздоровления и не подражать тем нетерпеливым больным, которые, имея еще в себе остатки недуга, пускаются в дорогу, или начинают ходить в бани, и от того впадают в прежния болезни. Посему сидя в келлии, будем лучше внимать себе самим, чтоб, преуспевая в добродетели, соделаться нам неподвижными на зло, обновляясь в ведении, сподобиться множества различных созерцаний, а возвышаясь в молитве, яснее узреть свет Спасителя нашего.

15. Всех злодейств демонских описать я не в состоянии, и исчислять все злокозненности их стыжуся, боясь вместе и за простейших из читателей. Впрочем послушай о злоухищрениях духа блуда. Когда кто приобретет некое безстрастие в похотной части, и смрадные помыслы сделаются у него холодноватыми, тогда он вводит (в мысли его) мущин и жен и представляет их играющими между собою, а отшельника делает зрителем их срамных дел и телодвижений. Но это искушение не из числа закосневающих (в уме); потому что внимательная молитва и крайне-стеснительная диэта с бдением и упражнением в духовных созерцаниях, прогоняют его, как безводное облако. Но бывает, что этот лукавый касается даже и плоти, возбуждая в ней неразумное распаление, и строит тысячи других козней, которыя нет

628

 

 

нужды обнародовать и предавать письмени. Многопомощно против таких помыслов воскипение гнева, устремленное на демона их, который крайне боится этого гнева, когда он воскипает по поводу помыслов, потому что он этим разстраивает все его замыслы. И сие-то значат слова: гневайтеся и не согрешайте (Псал. 4, 5). Полезное врачевство, прилагаемое к душе во время искушений. Подражает этому демону и демон гнева, представляя (в мечтах ума) отшельнику, будто кто-нибудь из родителей, или друзей, или родственников его терпит обиды от людей ничтожных, и приводя тем в движение гнев его, с внушением сказать что-нибудь злое, или сделать тем, которые мечтаются ему в уме (обижающими). Это надобно замечать, и скорее исторгать мысль из таких воображений, чтоб, закосневая в них, она во время молитвы не была дымящеюся головнею. Искушениям же таким подвергаются наиболее люди гневливые, легко разжигаемые к устремлениям (против других), которые далеки от чистой молитвы и от дознания Спасителя нашего Иисуса Христа.

16. Помышления века сего Господь предал человеку, как овец доброму пастырю, придав ему в помощники вожделение и ярость, чтоб яростию обращал он в бегство помышления волков (бесовския), а вожделением душевно любил овец (добрые помыслы), и пас их, подвергаясь многократно с ног сбивающим ветрам и дождям. Дал Он ему притом и закон, как пасти овец, и место злачно и воду покойную (Псал. 22, 2), и псалтирь и гусли, и жезл, и палицу (и постановил), чтоб от сей паствы (и пастбищ) и питался он, и одевался, и собирал сено нагорное (Прит. 27, 25). Кто бо, говорит, пасет стада, и от млека стада не яст? (1 Кор. 9, 7)? Итак отшельнику должно день и ночь стеречь сие стадо, чтоб какое-либо порождение (овечье—ягненок) не было похищено зверями, или не попалось в руки разбойников; а если случается что подобное в дебри где-нибудь, тотчас надобно исхищать (похищенное) из уст льва или медведицы (1 Цар. 17, 34. 35). Бывают же зверохищными — помышление о брате,

629

 

 

если оно пасется в нас с ненавистию; помышление о женщине, если оно вращается в нас с срамным вожделением; помышление о сребре и золоте, если оно водворяется с любостяжательностию; — даже помышления о святых дарованиях, если они пасутся в уме с тщеславием. Тоже надобно сказать и о других помышлениях, если они похищаемы бывают страстями. Не днем только должно блюсти (стадо свое), но хранить и ночью бодрствуя. Ибо случается, что иной, замечтавшись срамно и лукаво, теряет свое. Сие-то означает сказанное св. Иаковом: овцы звероядной не принесох тебе: аз воздаях от мене самого, татьбины денныя и татьбины нощныя. Бых во дни жегом зноем, и студеностию в нощи, и отхождаше сон от очию моею (Быт. 31, 39. 40). Если от преутруждения приразится к нам уныние, то, востекши на камень ведения, начнем беседу со псалтирию, ударяя в струны ведения добродетелями. Будем же пасти овец опять и под Синайскою горою, чтоб Бог отцев наших и нас возввал из купины (Исх. 3, 1. 4), и даровал нам силу знамений и чудес.

17. Разумное естество, умерщвленное грехом, Христос пробуждает (к покаянию) созерцанием всех веков (т. е. бывшаго, бывающаго и паче имеющаго быть); а Отец Его сию душу, умирающую потом смертию Христовою (в крещении или покаянии отвращающуюся от греха), воскрешает познанием Его Самого. И сие-то значит сказанное Апостолом Павлом: аще умрохом со Христом, веруем, яко и живы будем с Ним (Римл. 6, 8).

18. Когда ум, совлекшись ветхаго человека, облечется в того, который от благодати, тогда и свое устроение узрит он во время молитвы, подобным сапфиру или небесному цвету, что Писание именует и местом Божиим, какое видели старцы на горе Синайской (Исх. 24, 10).

19. Из нечистых демонов одни искушают человека, как человека, а другие встревоживают человека, как безсловесное животное. Первые пришедши влагают в нас помыслы тщеславия, или гордости, или зависти, или осуждения,

630

 

 

которые не касаются ни одного из безсловесных; а вторые, приближаясь, возбуждают гнев или похоть не по естеству их; ибо эти страсти общи нам и безсловесным, и сокрыты в нас под природою разумною (т. е. стоят ниже ея, или под нею). Почему Дух Святый, имея в виду помыслы, бывающие с людьми, как с людьми, говорит: Аз рех: бози есте и сынове Вышняго вси: вы же, яко человецы умираете, и яко един от князей падаете (Псал. 81, 6. 7). Имея же в виду помыслы, движущиеся в человеке, как в безсловесном, что говорит? Не будите яко конь и меск, имже несть разума: броздами и уздою челюсти их востягнеши, не приближающихся к тебе (Псал. 31, 9).

20. Когда какой враг, пришедши, уязвит тебя и ты желаешь, по написанному, обратить его меч в сердце его (Псал. 36, 15), то поступи как тебе сказываем. Разлагай (делай анализ) сам себе вложенный им помысл, кто он, из чего состоит, и что собственно в нем поражает ум. Что это говорю я, вот что есть. Пусть наслан им на тебя помысл сребролюбия. Разложи его на ум принявший его, на помышление о золоте, на самое это золото и на сребролюбную страсть. Наконец спроси: что из всего этого есть грех? Ум ли? Но как же он есть образ Божий? Или помышление о злате? Но и это кто может сказать, имеющий ум? Так не самое ли золото грех? Но зачем же оно сотворено? Итак, остается положить грех в четвертом (т. е. в сребролюбной страсти), что не есть ни самостоятельная по сущности вещь, ни понятие о вещи, но сласть какая-то человеконенавистная, раждающаяся из свободнаго произволения, и понуждающая ум зле пользоваться тварями Божиими, каковую сласть пресекать и повелевает закон Божий. Когда будешь ты это разследывать, помысл исчезнет, будучи разложен на то, что он есть, и демон убежит, как скоро мысль твоя восхитится горе, окрыляемая таким ведением.

Если же ты не хочешь обращать против него его же меч, а желаешь прежде поразить его с помощью своей пращи,

631

 

 

то возьми и ты камень из своей пастушеской сумки, и вот в какое войди умозрение: как Ангелы и демоны приражаются к нашему миру, а мы к ихним мирам не приражаемся? Ибо ни Ангелов не можем мы более приблизить к Богу, ни бесов сделать более нечистымн не приходит нам в голову. Также (и о том войди в умозрение), как денница, восходящая заутра спаде на землю (Исаии 14, 12), и мнит море, яко мироварницу, и тартар бездны, яко пленника, возжигает же бездну, яко пещь медную (Иов. 41, 22. 23), всех возмущая своею злобою, и над всем начальствовать желая? Умозрение о сих предметах очень уязвляет демона и обращает в бегство все его полчище. Но так действовать возможно только для тех, которые несколько очистились и прозирают сколько-нибудь в причины того, что совершилось. Но нечистые не умеют держать такого умозрения, и даже, быв научены другими обаявать, не будут услышаны, когда во время брани, внутри у них стоит пыль столбом и все в смятении по причине страстей. Ибо всеконечно необходимо всему полчищу иноплеменников стать смирно, чтоб один Голиаф выступил против нашего Давида. Так и при других нечистых помыслах будем употреблять и (указанное прежде) разложение (анализ помысла), и этот (вторый) вид брани.

21. Когда какие-нибудь нечистые помыслы слишком скоро обратятся в бегство, поищем причины, почему так случилось. По редкости ли вещи, потому, т. е., что трудно достигнуть предмета помысла, или по присущему нам безстрастию, не смог нам сделать ничего враг. Например, если кто из отшельников помыслит, будто ему вверено духовное правление первенствующаго града, и он не закоснит в мечтаниях по сему помыслу, то очевидно, что это случится по первой причине (по недостижимости предмета); но если кто замечтает, что становится правителем кое-какого города (и следовательно дело очень может быть сбыточным), и он также отнесется к помыслу (с презрением), то этот блаженный причастен безстрастия. Равно и при других помыслах

632

 

 

откроется (почему бежали помыслы так скоро), если употребим тот же способ изследования. Это необходимо нам знать для оживления нашего усердия и усилий, ибо чрез это мы узнаем, перешли ли мы Иордан, и находимся близ града фиников (Второз. 34, 3), или еще в пустыни пребываем, и нас бьют иноплеменники.

Весьма искусен, как мне кажется, и изобретателен на обольщения демон сребролюбия. Он часто, утеснен будучи крайним отречением от всего, берет на себя вид эконома и нищелюбца, радушно принимает странннков, которых вовсе и нет, посылает, что потребно другим нуждающимся, посещает городския темницы, выкупает продаваемых, прилепляется к богатым женщинам и указывает кому оне должны благосострадать, а другим, у которых влагалище полно, внушает отречься от мира; и таким образом мало-по-малу, обольстивши душу, облагает ее помыслами сребролюбия и передает помыслу тщеславия. Этот вводит множество прославляющих Господа за такия его (отшельника) распоряжения, а некоторых заставляет потихоньку говорить между собою о священстве, предсказывает смерть настоящаго священника, и прибавляет, что ему именно не избежать (избрания), что бы он ни делал для того. Так бедный ум, опутавшись такими помыслами, с теми, которые не принимают его—препирается, тем, которые принимают,—усердно раздает подарки, и с благодарностию радушно принимает их, некоторых же упорных (противников) предает судьям и требует изгнать их из города. Между тем как такие помыслы вращаются внутри, предстает демон гордости, частыми молниями бороздит воздух келлии, напускает крылатых змий и, последнее зло, лишает ума. Но мы, молясь, да сгинут такие помыслы, постараемся в благодарном расположении, сжиться со скудостию. Ничтоже бо внесохом в мир сей, яве, яко ниже изнести что можем: имуще же пищу и одеяние, сими довольни будем (1 Тим. 6, 7. 8), помня, что сказал далее св. Павел: корень всем злым сребролюбие есть (— 6, 10).

633

 

 

22. Все нечистые помыслы закосневают в нас по причине страстей, низвергающих ум во всегубительство и пагубу. Ибо как мысль о хлебе у голоднаго закосневает по причине алчбы, и мысль о воде у жаждущаго по причине жажды; так помыслы о деньгах и срамные помыслы, раждающиеся от обильных яств, тоже закосневают в нас по причине (соответственных) страстей. Подобное сему откроется и в отношении помыслов тщеславия, равно как и других помыслов. Но невозможно, чтоб ум, подавляемый такими помыслами, предстал Богу и украсился венцем правды. Сими помыслами поглощен был треокаянный оный ум, который по притче Евангельской, отказался от вечери Боговедения (Лук. 14, 18—20). Равным образом и тот, связанный по рукам и ногам и вверженный во тьму кромешную, имел из сих же помыслов сотканное одеяние, которое Звавший признал недостойным брачнаго пира (Матф. 22, 11—13). Брачное одеяние есть безстрастие разумной души, отвергшейся мирских похотей. Какая же тому причина, что долго остающияся в нас помышления о вещах чувственных растлевают ведение, — об этом сказано в главах о молитве.

23. У демонов, противящихся деятельной жизни, есть три первостоятельные, за которыми следует все полчище этих иноплеменников, и которые первыми стоят на брани, и посредством нечистых помыслов вызывают душу на грех:—во-первых, которым вверено стремление чревоугодия; во-вторых, те, которые подущают сребролюбию, в-третьих, те, которые позывают нас искать человеческой славы. Итак, если желаешь чистой молитвы,—блюдися от гнева; если любишь целомудрие, воздерживай чрево,—не давая ему в сытость хлеба, и скудостию воды удручая его. Бодрствуй в молитве и памятозлобие далеко отжени от себя; словеса Духа Святаго да не оскудевают у тебя и в двери Писаний толцы руками добродетелей. Тогда возсияет в тебе безстрастие сердца, и ты узришь ум свой в молитве блестящим подобно звезде.

634

 

 

У св. Нила Синайскаго—идет выбор до 27-й главы. Приложим и их. В предыдущих 23-х главах содержатся его—24 главы.

25. Когда демон чревоугодия, после частых и сильных борений, не сможет растлить установившагося воздержания, тогда влагает в ум желание строжайшаго подвижничества; ради чего выводит на среду известное о Данииле,—ту скудную жизнь, и семена (служившия ему единственною пищею) (Дан. 1, 16), припоминает ему и других некоторых отшельников, которые всегда так жили, или в новоначалии,—и понуждает стать их подражателем, чтоб погнавшись за неумеренным воздержанием, не успел он и в умеренном, когда тело по своей немощи окажется безсильным для того. Думаю, что им справедливо не верить таким внушениям, и не лишать себя хлеба, елея и воды. Ибо братие опытом дознали, что такая диэта есть самая лучшая, только всего этого принимать не досыта, и однажды в день. И было бы дивно, еслиб кто досыта вкушая хлеба и воды, мог получить венец безстрастия. Безстрастием же я называю не удаление от дел греховных, ибо это называется воздержанием, но отсечение страстных в сердце помыслов, которое св. Павел назвал и духовным обрезанием сокровеннаго Иудея (Рим. 2, 29). Если кто падает духом, слыша такия слова, тот да приведет себе на память сосуд избран (Деян. 9, 15),—Апостола, который в гладе и жажде совершал свое течение, Этому демону подражая и дух уныния, сей противник истине, внушает терпеливому мысль об удалении в глубочайшую пустыню, призывая его возревновать Иоанну Крестителю, и начатку отшельников—Антонию, чтоб не вынесши долговременнаго и вышечеловеческаго уединенничества, бежал он со стыдом, оставя свое место, а этот, хвалясь после того сказал: укрепихся на него (Псал. 12, 5).

26. Тоже, что гл. 68—Евагр. перв.

27. Демоны не знают наших сердец, как думают некоторые из людей. Ибо Сердцеведец один сведый ум че-

635

 

 

ловеч (Иов. 7, 20) и создавый наедине сердца их (Псал. 32, 15). Но то из слов, какия произносятся, то по каким-либо движениям тела, они узнают многия из движений, происходящих в сердце. Положим, что мы в разговоре обличали тех, которые нас злословили. Из этих слов демоны заключают, что мы относимся к ним нелюбовно, и берут от этого повод влагать нам злые против них помыслы, приняв которые, мы подпадаем под иго демона памятозлобия, и этот непрестанно потом распложает в нас против них помыслы мстительные. Посему справедливо Дух Святый обличает нас, говоря: седя на брата твоего клеветал еси, и на сына матере твоея полагал еси соблазн (Псал. 49, 20), отворял, то-есть, дверь помыслам памятозлобия, и возмущал ум во время молитвы, представляя непрестанно лице врага своего, и его имея таким образом за бога. Ибо на что ум взирает непрестанно во время молитвы, то справедливо признать его богом. Потому будем избегать болезни злословия, никого не будем поминать злом, или извращать лица свои, при воспоминании о каком-либо ближнем. Ибо злые демоны с любопытством наблюдают всякое наше движение, и ничего не оставляют неизследованным из того, чем можно воспользоваться против нас,—ни вставания, ни сидения, ни стояния, ни поступи, ни слова, ни взора, — все любопытствуют, весь день поучаясь на нас льстивным (Псал. 37, 13), чтоб во время молитвы осрамить смиренный ум и блаженный его погасить свет.


Страница сгенерирована за 0.18 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.