Поиск авторов по алфавиту

Автор:Евагрий Понтийский, авва

Евагрий Понтийский, авва О сновидениях

О сновидениях.

4. Достойно изыскания, как бесы в сонных мечтаниях напечатлевают и воспроизводят образы во владычественном нашем (уме). Подобное сему обыкновенно бывает с умом (и наяву), когда он, или видит глазами, или слышит ушами, или другим каким чувством восприемлет что со вне, и удерживает то в памяти; память же, приводя в движение то, что получила чрез тело, вносит образы во владычественный ум. Итак, мне думается, что демоны (в сновидениях), вносят образы в ум, приводя в движение память; потому что органы чувств в то время держатся сном в бездействии. Но спрашивается опять, как память приводят они в движение? Посредством ли страстей? Да, (если иметь во внимании страстные сны), и это явствует из того, что чистые и безстрастные не терпят ничего подобнаго. Но бывает и простое (безстрастное) движение памяти,

619

 

 

происходящее от нас самих, или от святых сил, по которому (представляется, что) мы беседуем и вечеряем со святыми. Впрочем, надо иметь во внимании, что как какие образы душа воспринимает с телом, так память воспроизводит их и без тела (т. е. страстно, или безстрастно). То же самое бывает и во время сна, когда тело покоится. Ибо как о воде можно вспоминать и при жажде и без жажды; так и о золоте можно вспоминать и с любостяжательностию, и без любостяжательности. То же бывает и в отношении к другим предметам. (Так на яву; так и во сне). А что ум находит (или сознает в себе во время сна) такия, или такия мечтания, то в этом различии усматривай злокозненность демонов (во всем имеющих в виду нашу погибель). При этом надобно еще знать, что демоны пользуются и внешними вещами для произведения мечтаний, напр. шумом волн, когда кто плывет.

5. Очень много способствует видам демонов и для всякаго их злоухищрения бывает весьма полезна наша раздражительность, приходя в движение не как требуется от нея естеством. Почему ни один из них не отказывается возбуждать ее днем и ночью. Но когда видят, что она связана кротостию, тогда наперед стараются под какими-нибудь, правыми будто предлогами, разрешить ее, чтоб пришедши в напряжение, она стала пригодною для возбуждения их зверских помыслов. Почему ни по праведным, ни по неправедным делам, не должно попускать возбуждаться ей, чтоб не дать таким образом опаснаго меча в руки внушающих нам недоброе, — что, как я знаю, делают многие по самым ничтожным поводам воспламеняясь более, нежели сколько подобает. Из за чего, скажи мне, так скоро приходишь ты в бранное положение; если презрел снеди, деньги и славу? Зачем питаешь пса, дав обет ничего не иметь? Если он лает и бросается на людей, то явно, что ты имеешь нечто внутри и желаешь то сберечь. Я уверен, что таковый далек от чистой молитвы, зная, что гнев есть губитель

620

 

 

такой молитвы. Сверх того дивлюсь, как забыл он святых: Давида, который вопиет: престани от гнева и остави ярость (Пс. 36, 8), Екклезиаста, который заповедует: отстави ярость от сердца твоего, и отрини лукавство от плоти твоея (Еккл. 11, 10), Апостола, который повелевает воздевать во всякое время и на всяком месте преподобныя руки без гнева и размышления (1 Тим. 2, 8). Не другому чему научает нас гадательно и древний обычай — изгонять из дома собак во время молитвы; ибо этим дается разуметь, что в молящихся не должно быть гнева. Некто и из языческих мудрецов утверждал, что желчь и бедро не вкушаются богами, сам не разумея, как думаю, что говорил: ибо полагаю, что желчь символ гнева, а бедро — скотскаго вожделения.

А о том, что не должно заботиться об одеждах или яствах, излишне думаю и писать, когда Сам Спаситель в Евангелиях запрещает это, говоря: не пецытеся душею вашею что ясте и что пиете, или во что облечетеся (Матф. 6, 25). Ибо язычникам это пристало как неверующим, отвергающим Владычный Промысл и отрицающим Творца; а христианам должно быть это совершенно чуждо, после того, как они однажды навсегда уверовали, что и два воробья, продаваемые за один ассарий, состоят под смотрением св. Ангелов. Между тем у демонов есть обычай после нечистых помыслов влагать и помыслы многозаботливости, чтоб уклонился Иисус, народу помышлений сущу на мысленном месте, и чтобы слово, подавляемое заботливыми помыслами, осталось без плода (Матф. 13, 22). Отложив убо их, возвергнем на Господа печаль нашу (Псал. 54, 23) довольни сущими (Евр. 13, 5), чтоб, ведя скудную жизнь, и употребляя убогую одежду, день ото дня совлекаться нам сих породителей тщеславия. Кому же покажется, что ему срамно быть в убогой одежде, тот пусть посмотрит на св. Павла, как он пребывал в зиме и наготе (2 Кор. 11, 27), воодушевляясь несомненным чаянием получить венец правды (2 Тим. 4, 8). По поелику св. Павел назвал мир сей позорищем и поприщем (1 Кор.

621

 

 

9, 24); то посмотрим, можно ли облекшемуся в помыслы многозаботливости тещи к почести вышняго звания (Фил. 3, 14) Божия и бороться с властями, и началами, и миродержателями тьмы века сего (Ефес. 6, 12)? Я по крайней мере не утверждаю этого, научаемый самою этою чувственною историею (тем, что бывает на позорищах), потому что этому (борцу) конечно помешает одежда, спутывая его, как уму помыслы заботливости, если верно слово, говорящее, что ум неотлучно пребывает при своем сокровище. Ибо говорит: идеже есть сокровище твое, ту будет и сердце твое (Матф. 6, 21).

6. Из помыслов одни секут, другие посекаемы бывают; и то злыми посекаются добрые, то опять добрыми посекаются злые. Дух Святый внимает перворожденному помыслу (который берет первенство и преобладание), и по нему нас осуждает или принимает. Что же говорю я, вот что есть! Имею я какой нибудь помысл, напр. странноприимство, и имею его ради Господа; но он, когда находит искуситель, секом бывает тем, что тот внушает странноприимствовать славы ради. И опять имею я помысл странноприимства, чтоб показаться пред людьми, но и он, когда находит лучший помысл, секом бывает тем, что тот направляет добродетель нашу паче к Господу и понуждает нас творить то не для людей. Итак, если и в самых делах останемся наконец при первых помыслах, вторыми будучи только при том искушаемы; то по одним тем перворожденным помыслам получим и воздаяние, потому что как человеки и как состоящие в борьбе с демонами, не имеем мы силы всегда удерживать правый помысл нерастленным, — как, наоборот, и худой помысл не может оставаться в нас без того, чтоб не было покушения возстать против него помыслом добрым, потому что в вас есть семена добродетелей (незаглушимыя). Впрочем, если какой из посекающих помыслов закоснит, то занимает место искушаемаго (т. е. совсем вытесняет первый помысл), и человек начинает действовать движимый уже этим наконец помыслом.

622

 

 

7. Между помыслами Ангельскими, человеческими и теми, кои от бесов, различие, как мы узнали помощию долгих наблюдений, таково: ангельские ищут узнать естество вещей и изследывают духовное их значение, как-то: для чего сотворено золото, и для чего оно разсеяно в виде песка где-то в дольних местах земли, и отыскивается с большим усилием и трудом? как найденное промывается водою, и предается огню, и таким образом вдается в руки художников, делающих из него для скинии светильник, кадильницу, чашицы и фиалы (2 Пар. 4, 21), из которых, по благодати Спасителя, не пьет уже ныне царь Вавилонский (Дан. 5, 3). Клеопа же приносит горящее от сих таинств сердце. Демонский помысл этого не ведает и не разумеет, а только безстыдно внушает одно стяжание чувственнаго золота, и предсказывает имеющия быть от того наслаждение и славу. А человеческий помысл ни стяжания не ищет, ни о том не любопытствует, чего символом служит золото, но вносит в мысль один простой образ золота, без страсти и любостяжания. Подобное же разсуждение придется изречь и о других предметах, если станет кто сокровенно упражнять ум свой по сему образцу.

8. Есть помысл который прилично назвать скитальцем. Он предстает братиям большею частию под утро, и водит ум из города в город, из веси в весь, из дома в дом; причем он сначала ведет простыя беседы; а потом, заговорившись с некоторыми знаемыми наидолжайше, растлевает свое состояние, соответственно качествам тех, с которыми встретился, удаляется мало-по-малу от сознания Бога и добродетели и забывает о своем звании и обете. Итак, отшельнику надо смотреть за этим бесом, наблюдая, откуда он приходит, и где пристает, потому что не даром и не как случилось, делает он такой большой круг, но делает это с намерением разстроить состояние отшельника, чтоб ум, распалившись всем этим, и опьянев от многих бесед, тотчас подпал демону блуда, или гнева, или печали, которые наиболее повреждают светлость устроения его. Но мы,

623

 

 

если имеем намерение узнать яснее козни этого беса, не будем вдруг противоречить ему, и не станем открывать тотчас (отцам), как он мысленно строит в нас беседы, и каким способом мало-по-малу загоняет он ум в область смерти, потому что, от этого он тотчас убежит, не терпя, чтоб видели, как он делает все это; и мы таким образом ничего не узнаем из того, что узнать возжелали. Но лучше попустим ему на другой, или на третий день до конца доводить свою драму, чтоб узнав до точности его хитрые извороты, потом обращать его в бегство одним обличительным словом. Но поелику во время искушения случается уму быть возмущену и не видеть точно происходящаго в нас, то по удалении беса вот что надобно сделать: сядь и сам с собою припомни, что с тобою происходило, откуда ты начал и где ходил, в каком месте схвачен ты духом блуда, или печали, или гнева, и как потом было все прочее, что было: изучи все это и предай памяти, чтоб когда еще придет, уметь обличить его; заметь и самое место, скрываемое им, и не пойдешь уже более в след его. После сего, если захочешь привесть его в бешенство, обличи его тотчас, как только предстанет, и словом назови первое место, в которое вошел ты (мысленно в первом искусительном блуждании), потом второе и третье; потому что он сильно раздражается, не терпя посрамления. Доказательством же того, что благовременно (полезно) держать к нему такую речь, да будет для тебя бегство помысла от тебя; ибо ему невозможно стоять при таком явном обличении. За побеждением же сего демона последуют тягчайший сон, омертвение веждей с великим охлаждением, непомерная зевота и отягощение плеч, что все по усердной молитве разсеявает Дух Святый.

9. Ненависть к демонам много содействует нам ко спасению, и много пригодна в делании добродетелей; и однакоже воспитывать ее у себя, как некое доброе порождение, мы не в силах, потому что ее разсеявают в нас духи сластолюбия и душу опять воззывают к содружеству и свыкно-

624

 

 

вению с ними. Но Врач душ сие содружество, лучше же неудобоисцелимую гангрену, врачует оставлением, попуская нам ночью и днем терпеть от них что-либо страшное. Вследствие этого душа опять восходит к первообразной (нормальной) ненависти к ним, научаемая говорить к Господу словами Давида: совершенною ненавистию возненавидех я: во враги быша ми (Псал. 138, 22). Ибо тот совершенною ненавистию ненавидит врагов, кто ни делом, ни мыслию не согрешает,—что есть знак наивеличайшаго и перваго (какое было в Адаме) безстрастия.

10. О демоне же, делающем душу безчувственною, должно ли и говорить что? Я по крайней мере боюсь писать о нем. Как это душа выступает из собственнаго устроения своего, в то время, как он находит, и страх Божий и всякое благоговеинство отлагает, грех не ставит в грех и беззаконие не считает беззаконием, о страшном суде и вечной муке вспоминает, как о простом (голом) слове, и посмевается тем огненному всепотрясающему воистину перевороту, — и Бога хотя исповедует, но повелений Его знать не хочет. Бьешь себя в грудь, когда она движется ко греху, и она не чувствует; говоришь ей от Писаний, и она как ослепшая, не видит, и как глухая, не слышит; представляешь ей поношение от людей, она ни во что ставит то, стыд пред ними, и не чует того, подобно свинье, которая, закрыв глаза, разломала загородку свою. Этого демона наводят помыслы тщеславия, если попускаем им долго закосневать в себе; и от него, аще не быша прекратилися дние оны, не бы спаслася всяка плоть (Матф. 24, 20). Он из числа редко нападающих на братий (т. е. киновитов, общежительных). Чему причина очевидна, ибо при виде бедствий других, когда или болезнь кого схватывает, или поражает внезапная смерть, он тотчас обращается в бегство, так как душа, исполняясь при этом сострадания, приходит в сокрушение, и ослепление, навлеченное на нее демоном, падает с очей ея. Этого мы (отшельники) лишены, по причине пустыни и ред-

625

 

 

кости у нас немощных. Подавая средство этого особенно демона обращать в бегство, Господь в Евангелиях повелел навещать больных и посещать находящихся в темнице, когда говорит: болен бех, и посетисте Мене; в темнице бех, и приидосте ко Мне (Матф. 25, 36). При этом надобно знать, что если кто из отшельников, подвергшись нападению этого демона, не принял помыслов блудных, или жилища своего не оставил от уныния, то это значит, что он воспринял с небес нисшедшия ему терпение и целомудрие. Блажен он, сподобившись такого безстрастия! Те же, которые дав обет подвижнически пребывать в благоговейном Богоугождении, предпочитают водворяться среди мирян, да остерегаются этого демона. Но больше что говорить, или писать о нем, я стыжусь даже людей.


Страница сгенерирована за 0.16 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.