Поиск авторов по алфавиту

Автор:Флоровский Георгий, протоиерей

Флоровский Г., прот. Латинская книга о Православной Церкви. Журнал "Путь" № 12

Thseologia dogmatica christianorum orientalium ab ecclesia catholica dissidentium. Auctore Martino Jugie, ex. august. ab Assumptione. Tomus I. Theologiae dogmaticae graeco-russorum origo, historia, fontes. — Parisiis, 1926, p. 727.

        Автор этой новой книги давно известен своими работами по истории христианского Востока. В частности следует напомнить его прекрасную монографию о Нестории и несторианстве (1912). Теперь он ставит перед собою широкую и общую задачу—дать характеристику и разбор всего восточного богословия. Вся его новая работа распределена на три тома: два первых посвящаются греко-русской Церкви, третий — несторианству и монофизитству. Пока вышел только первый. Новая книга имеет школьный характер и составилась из лекций в Римском Восточном институте по кафедре «восточ-

121

 

ного богословия» и из уроков догматики в униатской греко-болгарской семинарии.

        Автор идет историческим путем. В первом «трактате» своей книги он изображает историю разделения между Востоком и Западом и подробно останавливается на его мотивах, как они выразились в древней полемической письменности времен патр. Фотия и М. Керулария (р. 48-391). Во втором «трактате» очень сухо и сжато рассказана история православного богословия со времен Керулария и до наших дней; по временам изложение превращается в простой перечень имен и книг (р. 392-641). В истории русского богословия автор менее оригинален и самостоятелен, чем в истории византийского. Богословский разбор отдельных православных учений отложен до второго тома. От полемики автор в общем воздерживается, но в оценках торопливо резок. В последнем и третьем «трактате» идет речь об «источниках» восточного богословия, о каноне Св. Писания и «символических книгах». (р. 642-682). В качестве прибавления помещен интересный очерк о почитании патр. Фотия в православной Церкви (р. 683-691). Поминовение «святого отца нашего Фотия». (под 6 февраля) было установлено, по-видимому, вскоре после его кончины, и имя Фотия встречается во многих синаксарях с конца Х-го века, впрочем, это почитание имело местный характер и за пределы Константинопольской Церкви не распространялось.

        В вступительном очерке автор ставит общий вопрос о природе и характере отдаленных Церквей Востока, — вернее, о тех «именованиях» (de communitus appellationibus), которыми их следует обозначать (р. 15-46). Автор полагает, что эти «церкви» (имеется в виду именно православная Церковь) суть «еретические и схизматические религиозные сообщества», но практически (in praxi) таких обозначений следует избегать, чтобы «не слишком огорчать» верующих этих церквей (ne fideles illarum Ecclesiarum hoc loquendi modo nimis laedantur), и пользоваться «болee мягкими» (benigniores) названиями: «отделенные церкви» (ecclesiae dissidentes, ecclesiae separatae), — «истина» при этом не потерпит ущерба (р. 20). Более того, члены этих церквей, «заблуждающееся bona fide», по обычаю и по наследству, не могут быть признаны за схизматиков и еретиков в собственном смысле слова (nonnisi improprie), хотя по существу они и таковы (schismatici et haeretici materiales); и, так как практически невозможно разделить еретиков «формальных» и «материальных», то в общем следует в определениях отвлекаться от «формального греха», схизмы и ереси (a peccato formali, p. 23). Автор думает, что

122

 

он не расходится в данном случае с Влад. Соловьевым (р. 27-28). В этих соображениях явно просвечивает желание разделить восточных христиан и восточную Церковь, как «лжецерковное учреждение» (institutio pseudo-ecclesiastica). Поэтому автор и настаивает, что многие «заблуждающиеся» и «отделяются» bona fide, т. е. бессознательно и невольно. Он припоминает различение «тела» и «души» Церкви. Отделенные церкви, как религиозные сообщества, не суть ни члены, ни части «основанной Христом Церкви»; но «материальные» схизматики и еретики более или менее (perfecte vel imperfecte) могут принадлежать (в виду крещальной печати и добродетельной жизни) не только к душе, но даже и к телу Церкви, хотя бы канонически и были за ее пределами, как видимого общества. Во всяком случае католическая Церковь сохраняет над ними полную власть (veram jurisdictionem). Среди них есть тайные и неведомые члены истинной Церкви (р. р. 32 squ). — Такова точка зрения официозного римского богословия. Богословская проблематика здесь заслонена полемическими и миссионерскими соображениями. Есть что-то наивное в этих попытках внушить православным, что они скрытые католики, — и это наивность надуманная и расчетливая. Много в ней и близорукости: при такой постановке вопроса ускользает от западного взора самое существо, душа Православия. И тогда ученое знание Востока становится бесплодным. К действительному пониманию «великого раскола» оно тогда не ведет. В католическом миpe, конечно, гораздо больше чуткости, нежели в официозном латинском богословии. И, может быть, по милости Божией некогда и откроются пути подлинного «иренического» (не «унионального», но именно «примирительного») богословия. И для самого Запада откроется его внутренняя схизма, тот раскол, который в истории католицизма разделяет его «православное» прошлое от «не-православной» современности (увы, очень давней современности). Это не каноническая схизма, а мистический разрыв. — На православных богословах нашего времени лежит прямой долг помочь Западу в этом самопознании. И вопрос нужно ставить именно о Востоке и Западе, о Православии и «Католицизме», а не об отдельных верующих. При всех своих ошибках Влад. Соловьев это хорошо понимал.

Георгий Флоровский.

123


Страница сгенерирована за 0.05 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.